Запретное влечение - Барбара Пирс

Фейн сунул пучок прутьев в руки Кадда и двинулся в сторону Эверода, сердито глядя на своего самодовольного друга. Жаль, что Эверод не имел ни малейшего понятия о приличиях, чем можно было судить по его спутницам.

– Леди Спринг. – Принимая протянутую дамой руку, Фейн галантно склонился над ней.

Отпустив руку, он обратился с приветствием к ее подруге:

– Леди Силвер. Какой сюрприз.

Он слегка повернулся в сторону Эверода, выражая ему взглядом свое неудовольствие оттого, что застал его в компании двух дам.

– Вы сегодня сильно отклонились от обычного пути.

Велотт Волл, графиня Спринг, и леди Силвер Мекифф были полными противоположностями друг другу, но в свое время им довелось делить внимание Фейна. Эверод представлял Фейна его же бывшим любовницам. Фейн вежливо улыбнулся дамам, размышляя о том, с каким удовольствием он бы придушил своего друга.

– Тэм, – хрипло вымолвила леди Спринг, обращаясь к Фейну ласковым семейным прозвищем. – Когда мы узнали об этом ужасном столкновении с лордом Холленсвотом, ни я, ни леди Силвер не могли думать ни о чем другом.

Леди Спринг была темноволосой красавицей с пышными формами. Ее безупречная кожа и большие карие глаза, составлявшие ее главные достоинства, были унаследованы от матери-испанки. Кровные связи с королевской фамилией позволили ей в шестнадцать лет удачно выйти замуж. Брак длился четыре года. Внезапно лорд Спринг заболел воспалением легких и скончался. Графиня хотела скрасить свое одиночество, чтобы пережить потерю, и Фейн рад был удовлетворить невысказанную просьбу молодой вдовы.

– Леди, в этом нет никакой необходимости, – заверил их Фейн. – Холленсвот и я собираемся помериться силами в обычном состязании. Ничего более.

Леди Силвер наклонилась вперед, и ее шаль скользнула вниз, щедро открывая пышную грудь.

– Вы такой смелый. Эверод рассказал нам о том, как барон жестоко напал на вас.

Дочь графа, леди Силвер Мекифф была замужем за полковником Перри Мекиффом, когда пригласила Фейна разделить с ней ложе. Она была намного выше леди Спринг. Природа наделила ее красивыми женственными формами, которые приводили Фейна в восхищение. У леди Силвер были светло-карие глаза и белоснежная кожа, которую она тщательно прятала от солнца под шляпками и зонтиками. Волнистые волосы падали ей на плечи роскошной каштановой гривой. Долгое отсутствие мужа и, как утверждали, его бесконечные измены заставили леди Силвер отчаянно флиртовать с Фейном в надежде завоевать его внимание. Они оставались любовниками до тех пор, пока ее муж не вернулся в Англию.

– Я уверен, что лорд Эверод приукрасил ситуацию, – сказал Фейн, дружески положив руку на плечо виконта и слегка сжав его.

Улыбка на мгновение исчезла с лица Эверода, так как боль, причиненная ему Фейном, была невыносимой.

– А теперь, леди, если вы извините меня, я вынужден оставить вас в умелых руках Эверода, – поклонившись и отступая на шаг, сказал Фейн.

Повернувшись, он направился к сцене, у которой его ожидали Кадд и Рамскар.

Эверод догнал его. Леди оставались неподалеку.

– Объяснитесь, ваша светлость, – потребовал виконт, с сарказмом произнося титул друга. – Что только что произошло?

Ничего, ровным счетом ничего. И если бы у Эверода была хоть капля рассудка, он бы держался подальше от них обеих.

– Я был вежлив, – замедляя ход между каретами своих бывших любовниц и сценой, сказал Фейн.

Он не хотел, чтобы Рамскар и Кадд были втянуты в этот спор. Если этой тройке дать волю, то они не пощадят его, а Фейн не хотел делать свою личную жизнь достоянием широкой общественности.

Эверод взглянул на обеих дам. Леди Силвер махнула ему и ответ. Он кивнул и жестом попросил ее проявить терпение.

– Нет, друг мой, ты осел. Ты отдаешь себе отчет в том, что только что отказался от величайшего удовольствия?

Что ж, будучи не понаслышке знакомым с предметом разговора, Фейн прекрасно знал, от чего он отказывался. Осознание происходящего не добавило ему хорошего настроения.

– Эверод, ты знаешь, что обе эти дамы были в свое время моими любовницами?

Лоб виконта перерезали морщины, выдавая его удивление.

– Но какое это имеет отношение к нашему разговору?

Фейн хлопнул себя ладонью, затянутой в перчатку, по ноге, демонстрируя отчаяние.

– Я не могу продолжать эту беседу. Холленсвот прибудет с минуты на минуту, а тебя волнует лишь то, с кем я мог бы разделить постель сегодня вечером. Ты осознаешь, что сейчас творится в моей жизни, Эверод?

Виконт положил руку на плечо Фейна к прошептал ему на ухо:

– Ты можешь взять их обеих.

– Я уже брал их обеих, – закатывая, глаза от возмущения, сказал Фейн.

– И я. – Эверод закрыл глаза и покачал головой. – Вообще-то я спал лишь с леди Спринг, – уточнил он.

Его гуманное представление о правде никогда не переставало изумлять его друзей.

И прежде чем Фейн успел уйти, Эверод наклонился к нему и сказал:

– Но мы можем взять их обеих сегодня же. Две леди, мечтающие исполнить нынче ночью все наши желания… Не говори, что тебя это не волнует.

Тыльной стороной ладони Фейн стер капельки пота со лба. Черт побери, его это волновало. В прошлом он и его друзья не раз делили женщин. Леди Спринг была большой выдумщицей. Леди Силвер была покорной и позволяла любовнику играть со своим телом, как ему вздумается. Эверод был прав. Это был бы великолепный вечер: можно было бы хоть на несколько часов забыться в податливой женской плоти и освободиться от всех своих обязательств.

Чувствуя, что Фейн вот-вот сдастся, Эверод добавил:

– Может, ты не в курсе, но семь месяцев назад леди Силвер потеряла мужа. Твой интерес будет вознагражден: ты сможешь продолжить вашу связь. Теперь, став герцогом, ты можешь позволить себе все: я готов поспорить, что они обе согласятся быть твоими любовницами.

Фей услышал в голосе друга нотки зависти. Хотя женщины и прежде не отказывали Фейну, теперь ситуация изменилась: любая великосветская дама была бы польщена мыслью о том, что может стать герцогиней.

– Солити! – крикнул ему Рамскар, приглашая присоединиться к ним. – Холленсвот на месте.

Волна нервного напряжения всколыхнула тело Фейна. Он кивнул в ответ, давая понять, что подойдет через минуту. – Барон ждет. Ты идешь? Эверод с сожалением покачал головой.

– Я обещал, что буду с леди. Они с волнением ждут твоего ответа: Что мне сказать им?

– Солити!

Услышав, как Рамскар выкрикнул его имя во втором раз, Фейн пришел в еще большее волнение.

– Я уже сказал тебе, что у меня нет времени думать об этом.

– Раздумья в таком деле ни к чему, – возразил Эверод. – Тебе предлагают сад наслаждений. Почему бы не сказать «да»? Ты не пожалеешь.