Сборник повестей. Книги 1-12 - Юджин Пеппероу

— У тебя, Китти, больное воображение, к тому же ты начиталась бульварной литературы. У тебя лексикон заимствован из детективных романов: ухлопал, грязные делишки. Все гораздо прозаичнее: твой бывший муж жив и здоров, а что касается моего предложения, то я же не настаиваю на нем. У тебя всегда остается альтернативный вариант.

— Какой еще вариант? — подозрительно спросила Китти, настороженная его спокойствием.

— Да вот такой…

Алекс быстрым движением положил ей руку на голову и резко надавил вниз. Тело соскользнуло на дно ванны, и голова ее ушла под воду.

Китти отчаянно забила руками и ногами, поднимая фонтаны брызг, но, вдохнув воды, потеряла сознание. Алекс за волосы вытащил ее голову на поверхность и энергично похлопал ладонью по щекам. Как только женщина пришла в себя и открыла глаза, она судорожно начала вдыхать воздух. Алекс тут же снова толкнул ее под воду и держал там, пока беспорядочные движения ее рук и ног не затихли. Убедившись, что Китти опять потеряла сознание, Алекс вытащил ее из воды и несколько раз с силой надавил ей на спину. Изо рта женщины на пол хлынула вода. Обезумевшая от ужаса Китти задыхалась, хрипела, ее бил кашель и сотрясали приступы рвоты.

— Умоляю… — прохрипела, она, как только речь вернулась к ней, — …прекрати это… ты убьешь меня… я не хочу, не хочу!!!

Алекс с трудом поборол внезапно возникшее острое желание, толкающее его к этому сильному женскому телу, такому беспомощному в его руках.

— Мне бы тоже не хотелось убивать тебя, — с сожалением произнес он, проведя кончиками пальцев, по упругой груди Китти, — но ведь ты сама на это напрашиваешься своей строптивостью и, похоже, что не успокоишься. Ну что ж, жаль, конечно, но другого выхода я не вижу. Он поддернул вверх правый рукав рубашки и шагнул с решительным видом к ванне.

— Не-е-ет! — отчаянно закричала Китти, с неожиданным проворством выскользнула из ванны, рухнула на кафельный пол и как железным кольцом обхватила руками колени своего мучителя.

— Я согласна… согласна, — рыдала Китти — я все, все сделаю, что ты захочешь, только не му-у-учай меня бо-о-ольше.

— Ну вот видишь, дорогая, ты все поняла, хоть и не сразу. И незачем было изображать из себя в ванной кашалота. Говорят, они по полчаса могут находиться под водой не дыша, но у тебя это не получается. Всегда помни об этом. А теперь отпусти мои ноги, я и так из-за тебя весь вымок.

— А ты… ты не будешь больше… Ты не убьешь меня?

— Ну зачем же мне убивать собственную жену, если она хорошо себя ведет? Ты мне не мешаешь, даже наоборот. Все-таки крупному дельцу как-то неприлично быть неженатым, а я стану крупным дельцом, можешь не сомневаться в этом. Могу повторить то, что уже говорил. Я тебе предлагаю полную свободу, приличное материальное обеспечение до конца жизни. Ну, что скажешь?

— А Майкл, что с ним? — с опаской спросила Китти, поспешно натягивая халат прямо на мокрое тело и отойдя на всякий случай подальше от ванной.

— Позвони ему в Москву, если хочешь. Вот номер моего домашнего телефона. Или лучше соедини меня с ним, а сама возьми вторую трубку и молча слушай. Надеюсь, ты узнаешь его голос?

Китти, не совсем оправившаяся от недавно пережитого испуга, робко кивнула, еще не вполне веря, что опасность ей больше не угрожает. Алекс поощрительно потрепал ее по щеке и вышел из ванной комнаты. Разговаривал с Москвой он из гостиной на первом этаже дома. Для спутниковой связи слышимость была отличной. Майкл оказался дома, видимо, рассчитал время прилета и сидел у телефона.

— Это ты, Майкл? — неуверенно спросил он по-русски.

— Я, братец, — ответил по-английски Алекс, — кто же тебе еще может звонить из Америки?

— Как вы долетели? — тоже переходя на английский, спросил Майкл. — Я очень волновался за вас.

— Нормально долетели, без приключений. Китти немного перебрала у тебя перед отлетом, но сейчас приняла ванну и ожила.

— Как… как она отнеслась к твоему э-э… предложению?

— Нормально, как и положено деловой американке. Я оставляю ей дом и завтра уезжаю. Хочу поездить по стране. Начну с Калифорнии, потом, наверное, поеду во Флориду, оттуда в Техас. Попробую подыскать какой-нибудь бизнес по душе. Хорошо бы, конечно, взять Китти с собой, но она так привязана к своим здешним друзьям, что ни за что не согласится. Ее ведь хлебом не корми, дай только повращаться в обществе. Твое счастье, брат, что ты не женат и свободен, как птица. Ну ладно, будь здоров, Александр. Если будут нужны деньги, сразу дай знать. Я буду звонить тебе из каждого крупного города, в котором буду останавливаться. 0'кей?

— О'кей! — повеселевшим голосом ответил Майкл, потом после секундного колебания добавил: — Передай, пожалуйста, привет Китти и попроси у нее от меня прощения за все. Я думаю, что она будет счастлива… теперь.

Попрощавшись с кузеном и положив трубку, Алекс поднялся на второй этаж, где в одной из спален он видел второй телефонный аппарат. Китти сидела на кровати, уронив руки на колени, и тихо плакала. Телефонная трубка лежала рядом с ней на тумбочке. Подняв глаза на вошедшего без стука Алекса, она беспомощно улыбнулась и, стараясь сдерживаться, с трудом выговорила дрожащими губами:

— Мы прожили с Майклом почти десять лет, а он… он бросил меня при первом удобном случае, как… как сломанную ложку.

Рыдания помешали ей продолжить. С мокрыми, облепившими лицо волосами, с опухшими от слез глазами, без косметики — она производила довольно жалкое впечатление, и Алекс попытался утешить ее.

— Не огорчайся так, Китти, — примирительно сказал он. — Ты еще молода, свободна, у тебя прекрасный дом, приличное содержание. Выйдешь еще раз замуж, если тебе это так нужно. Не сомневаюсь, охотники найдутся.

Китти подкинуло с кровати, будто пружиной От негодования у нее даже слезы на глазах высохли.

— Если я правильно тебя поняла, — почти ласково, усмехаясь, сказала она, со вкусом выговаривая каждое слово, — тебя теперь зовут Майкл Хофф и я, стало быть, твоя законная жена. Так вот не надейся, дорогой муженек, что когда-нибудь получишь у меня согласие на развод. А если ты попытаешься развестись со мной через суд, то я уж постараюсь отсудить у тебя половину твоего наследства. Теперь-то я понимаю, зачем тебе понадобилось отказываться от него в пользу Майкла. Я еще в Москве, как узнала про это, сразу подумала, что тут какая-то афера. Ты думаешь, что я совсем дура и об меня можно вытирать ноги? Ошибаешься, дорогой