Если бы я знал - Рейн Уайт

Джою невыносимо захотелось, чтобы эти самые пальцы сейчас

сжали его волосы. Момент всё же будет подходящий… Хах.

Подходящий…

Сглотнув, Джой всё же справился с застёжкой и накрыл

рукой пах, ощущая жар и твёрдость возбуждения. Чтоб его, это

реально происходит, да? Кажется, реально, потому что никто ―

никто! ― не помешал Джою запустить пальцы под резинку

боксеров, касаясь напряжённого члена. Он никогда не

волновался во время секса. Господи, да было бы из-за чего

волноваться. Но сейчас… его колотило и одновременно

накрывало таким возбуждением, что оно грозило погрести под

собой всё. Мозг в первую очередь. Хотя его и так отключило.

Ощущение бархатистой кожи под пальцами вызывало

практически эйфорию. Растягивая момент ― и пытаясь обуздать

волнение, ― Джой оставил поцелуй на выступающей бедренной

косточке, затем чуть ниже…

― Слушай, я понимаю, что ты у нас «с принципами», ―

выдохнул Джой, сам портя момент. Ему нужно было сказать, оправдаться хоть немного, подсознательное ощущение вины

давило. Пресс под его ладонью напрягся, а Ники дёрнулся, вскидывая голову. ― Но мне это важно. Просто, блять, представь девчонку, которая нравится. ― Он усмехнулся, смотря на Ники снизу-вверх и продолжая поглаживать пальцами

его член, и прошептал: ― Раз меня не хочешь. ― А затем

склонил голову, чтобы…

― Стоять! ― рявкнул Ники.

Бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться.

Джой хотел, чтобы эти пальцы сжимали не плед, а его волосы?

Он это получил. Сильная рука заставила поднять голову. Опять.

― Блять, я же просил помолчать!

Джой взорвался. Вот теперь отказал не только мозг. Твою

мать, он хотел этого, просто хотел. В следующую секунду Джой

уже со злости оттолкнул руку Ники, вырываясь из его хватки ―

плевать, если выдрал при этом клок волос, боли он сейчас не

чувствовал, ― и замахнулся. Кулак врезался в подбородок Ники

с силой, достойной боёв без правил. Сексуальная энергия имеет

особенность конвертироваться и преображаться в другую.

Впрочем, как и любая иная.

― Да иди ты… Я сваливаю.

― Ты серьезно? ― взвыл в ответ Никита, хватаясь за

челюсть. ― Ты сам слышал, какую хрень несёшь?

― Не лучше чем ты каждый грёбаный раз, ― отозвался

Джой, вылетая в коридор. ― Справляйся со стояком сам.

― Джой! Джой, блин!

Судя по грохоту, Ники попытался кинуться следом, но

спущенные джинсы успешно помешали его марш-броску.

Ключи от машины нашлись на тумбочке. Джой ничего больше и

не искал, подхватил их и пулей вылетел из квартиры ― благо, замок оказался обычный, который открывался с одного

поворота. Было абсолютно плевать, что с собственным стояком

тоже придётся справляться самому. У него есть авто и влажные

салфетки, а в такую долбаную рань разве что дворники заметят, как какой-то белобрысый недостаршеклассник отдрочит себе в

машине.

И всё же в машину он не пошёл. Заглянул в салон, достал

из бардачка пачку сигарет и обречённо застонал. Одна. Осталась

одна!

Джой на всякий случай ещё покопался в бардачке, но

сигарет больше не нашлось ― разве что пара стольников, чтобы

их купить. Джой тут же сунул деньги в карман. Одновременно

пришло тоскливое воспоминание, что кошелёк остался на

тумбочке в квартире Ники: со всеми картами, с наличкой и даже

со счастливой денежной мышкой, которую по какой-то дурной

фэн-шуйной традиции он обязательно таскал с собой. Впрочем, телефон тоже лежал там.

Джой вздохнул, позволяя прохладному утреннему воздуху

остудить горящие щёки, и упал на лавочку у подъезда.

Запрокинул голову, уставившись в светлеющее небо, поднял на

уровень глаз руку с часами. Пять утра. Супер! Губами зажал

последнюю сигарету, чиркнул зажигалкой, делая первую

затяжку. Эхх, ирония судьбы. Собирался сделать парню, который нравится до дрожи, охрененный минет, а вместо этого

курит на улице, сидя на лавочке, обычно облюбованной

бабушками, и ждёт, когда же стояк хоть немного спадёт. В ―

воздержание, твою мать.

Стоило бы уйти, раз так эпично свалил из квартиры, но он

медлил. Подняться за кошельком и телефоном хотелось, но не

стоило. Если бы Джой остался ещё хоть на минуту в одном

помещении с Ники, то одним ударом бы не удовлетворился, а

относительно обученному рукопашнику уж точно не полагается

избивать девятнадцатилетнего паренька за то, что он ему «не

дал». М-да, не дал отсосать. Ублюдочно звучит. Джой снова

застонал и, пальцами одной руки перехватив сигарету, спрятал

лицо в другой ладони. Вот как? Как-как-как, твою мать, от

прелюдии к минету они перешли к ругани? Он перешёл.