Если бы я знал - Рейн Уайт

напирая, не заставляя раскрыться, а скорее лаская. Медленно и

нежно, тягуче, словно карамель. У его губ сегодня и вкус был

карамельный, то ли от печенья, то ли от фруктового чая. А от

Джоя ― он знал точно, учитывая, что прикончил за день почти

полпачки сигарет ― пахло дымом и одеколоном. И ещё, возможно, чуть-чуть домашними пирожками, которые сегодня

стряпала мама.

В какой-то момент Джой перехватил инициативу и

углубил поцелуй, строить из себя святую невинность не было ни

сил, ни желания. А ещё он чуть подался вперёд, переползая на

диване ближе, и закинул свободную руку Никите на плечи.

Одной продолжал всё так же опираться о спинку, удерживая

равновесие ― если поцелуй должен был завершиться сейчас, он

хотел хотя бы не выглядеть жалко, пусть и не знал, как сможет

остановиться. А потому, когда чужая ладонь опустилась на

поясницу, забираясь под майку и притягивая его ближе, Джой

застонал. Стон вибрацией прошёлся по телу, возбуждение

горячей волной пронеслось по венам. Господи, ему уже этого

было достаточно. Нахер нормальный секс, нахер вообще всё ―

Джой был готов кончить от одной только близости.

Да и какой секс, когда презерватив, который до встречи с

Ником обязательно хранился в заднем кармане, был попросту

забыт. Джой не помнил, когда перестал перекладывать его из

одних джинсов в другие. После нового года, когда понял, что

никто, совершенно никто его больше не возбуждает? Что он

«сломался»? Или ещё в сентябре при очередной стирке, когда

осознал, что им с Ники ничего не светит? В любом случае, Джой

помнил, что в тумбочке хранится небольшая упаковка, а вот

задний карман давно уже предназначен исключительно для

мобильного.

― Чтоб тебя, Ники… ― чертыхнулся Джой, когда горячие

пальцы пробежались по спине, точно пересчитывая позвонки.

Ники сам ― сам! ― целовал, сам касался слишком

откровенно, сам рискнул. И Джоя одновременно накрывало

волной абсолютного неверия и адского желания пополам со

счастьем. Был ещё страх, где-то там, внутри, но ему никто не

позволял выбраться наружу. Зато Джой позволил себе другое, более дерзкое.

Поцелуй, нежный и почти трепетный, всё же стал чуть

более страстным и яростным. Простых объятий было

недостаточно, по крайней мере, Джою, так что он, не позволяя

отстраниться хоть на мгновение, просто рывком придвинулся и

повернулся к Нику, практически прижал его к дивану. Ники не

сопротивлялся, ни этому, ни тому, что в следующее мгновение

Джой оседлал его колени, наконец-то оказываясь ближе.

Гораздо ближе. Настолько, чтобы ещё сильнее углубить поцелуй

и прижаться грудью к его груди, ощутить, как крепкие руки

сильнее стискивают талию и даже ― о да! ― опускаются на

задницу.

Джой снова застонал, чувствуя, как пульсирует его

напряжённый член в плену жёсткой ткани джинсов, и как

возбуждён Ники ― как прерывисто он дышит; как подрагивают

его пальцы, впивающиеся в обнажённую поясницу; как пылают

щёки, как тяжело вздымается грудная клетка и колотится

сердце. Его? Джоя? Или, возможно, почти в унисон? Но главное

доказательство возбуждения точно давало о себе знать. Стоило

податься бёдрами чуть ближе и сорвать стон с этих мягкий губ.

― Фак… ― выдохнул Ники. И всплеск эйфории на

секунду ослепил, заставляя всё же разорвать бесконечно долгий

поцелуй.

Сердце действительно колотилось. Никита тяжёло дышал, запрокинув голову на спинку дивана, пытался прийти в себя, но

Джой не мог и не собирался это позволить. Он коснулся губами

подбородка, осторожным, но чувственным поцелуем спустился

на шею, вдыхая аромат кожи. Сегодня не ощущалось

привычного одеколона с цитрусовыми нотками, зато был запах

геля для душа. Господи, Ники ― чёртова диснеевская

принцесска, которая моется чем-то приторно-фруктовым! Но

Джою нравилось даже это.

Ники не разжимал объятий, без поцелуя возбуждение

слегка ослабило градус, но Джой не мог остановиться. Он

провёл рукой вниз по груди, ощущая биение сердца под

подушечками пальцев, по животу, пересчитывая пуговицы

рубашки, и…

― Стой, погоди! ― Ники дёрнулся, когда ладонь Джоя

накрыла его пах. Когда член призывно дрогнул от

прикосновения даже через ткань.

Вот только пальцев на запястье, заставивших отвести руку, Джой не ожидал. Он уже вообще не ожидал, что Ники

остановится. Вроде бы мозгом понимал, но…

― Опять? ― хрипло выдавил Джой, устремляя на Ники