И грянет весна! - Серослав Амадайн

Глянув вниз, на другую сторону ската, я увидел корчащегося в муках шамана. Его лицо сильно обгорело, конечности торчали под невероятными углами, что явно означало множественные переломы. А одна нога и вовсе держалась на куске кожи.

— Га!… Гагагааа! — истерически, со злорадством, не своим голосом рассмеялся я.

Рах скосил свои жуткие бельма на меня, и как-то совсем по мышиному, обречённо запищал. Истерический смех безумного маньяка безостановочно вырывался из моей груди, пока я полз к нему. Добравшись до его ног, я медленно потянул за ту, которая едва держалась. Рах чуть двинулся с места, но потом нога оторвалась. Не выпуская её из руки, я потянул его к себе за вторую. Я чувствовал как его обожжённая кожа под моими пальцами сползла с мяса и собралась в кровавую гармошку у меня в ладони. Подтянув его достаточно близко, я широко раскрыв глаза заглянул ему в лицо. Даже на грани смерти в них не промелькнуло ни грамма того желания жить, или интереса к жизни, что когда-то мне удалось разглядеть в Разнаке.

Перехватив ногу поудобнее в скользкой руке, как следует размахнувшись, я опустил её прямо на его обожжённое лицо. Потом ещё раз! Потом ещё! Ещё, и ещё! В какой-то момент я остановился, понимая что бью куском кости с ошмётками мяса на ней по размочаленному вдрызг черепу.

Устало забравшись снова на холм, окинул взором продолжающуюся битву в лагере. Должно быть мой бой занял не так много времени, как мне показалось. Но помочь нам уже было нельзя. Да и я уже никому не помогу.

Я уныло сидел на заднице и смотрел как моих товарищей вот-вот убьют, когда позади меня раздался звонкий зов рога! Хмуро обернувшись через плечо, пуская краем губ слюну, вижу как гремя доспехами в мою сторону несётся закованное в латы войско тангоров. Без криков, без гиканий и улюлюканий волна тангоров, обтекая меня словно вода выступающий камень, устремилась рахам в тыл. Я только с безучастным взглядом провожал их мимо.

На моё плечо осторожно легла рука, и я вяло шарахнулся в сторону, едва не упав вниз по склону.

— Стой! Стой, анай! — раздался знакомый голос. — Это я, Лана!

Она скинула шлем и я увидел её лицо. Тангорку сложно было узнать. Одетая в доспехи, со щитом за спиной и притороченной к широкому поясу изящной шипастой булавой, Лана вполне сошла бы за одного из тангорских воинов.

А мимо нас всё бежали и бежали бесчисленные талнагеры, лишь мельком уделяя нам внимание. Да и то, всё больше в мою сторону.

«Ну да, чутка замарался. Ничегооо… Погладиться, причесаться, сменить трусы, и буду как огурчик…»

Осматривая меня, по щекам Ланы заструились слёзы.

— Прости, Янко! — тихо проговорила она всхлипывая, и осторожно погладила меня по опалённому плечу рукой.

Сил реагировать на боль у меня уже не было.

— Турим не пришёл. — еле ворочая языком с сожалением и досадой в голосе, сипло произнёс я.

— Да, я знаю. — кивнула она.

Тангорское войско с грохотом и грянувшими боевыми выкриками, врезалось в спины раханидам.

Лана пригладила рукой мои грязные волосы откидывая их назад, и заглянула мне в лицо:

— Янко, ваш турим мёртв!

Глава 20

Войско тангоров скрыть было невозможно. Костры горели повсюду, особенно у берега. На сотни метров река этой ночью окрасилась багровыми всполохами и шумом голосов. Я сидел со своими людьми, но совсем не участвовал в разговорах. Особо жаркий спор разгорелся у варваров, когда дело дошло до бахвальства количеством убитых врагов. Варгон поглядывая на них, только покачивал головой. Старик кидал выжидательные взоры и в мою сторону. На его лице читалось, что пора возвращаться.

Неожиданная смерть Андэвэйна перевернула все планы. Точнее, ясно было, что ему немного осталось, но…

«Чтоб тебя, старый ты хрен! Нашёл время! Подумать только, столько жизней положили!» — скрипнул я зубами, кутаясь поплотнее в замызганный плащ, под которым большая часть тела была покрыта плотными льняными бинтами, пропитанными пахучей заживляющей мазью. — Досадно то, что никто из ближайшего круга его сэров и пэров не надоумился продолжить операцию. Вот что меня беспокоило и бесило одновременно! Как можно не понимать, что угроза рахов гораздо серьёзнее, чем простые набеги на отдалённые хутора да сёла?! Это стало понятно сразу, когда мы убили Рахшанара. Ворвавшееся в пещеру войско рахов отнюдь не походило на простых налётчиков-грабителей. Уже тогда надо было собирать войска, едва Торихолд доложил обо всём в Акаване. А теперь что делать? Начинать слать малявы принцам, в надежде, что они отложат распри за трон и выступят на помощь Гуриндану? Даже если и так, на это уйдёт месяц, если не больше. Да и то, если вообще захотят отвечать.»

Я буквально взявшись за голову пытался загипнотизировать костёр, всё больше погружаясь в мрачные думы.

«Ещё и корабль сжёг, мелкий п#дор! Брэнсон вон напару с Гунтаром до сих пор славят своих богов, что первой целью выбрал не их судно. Рах возможно решил, что на кораблях наше подкрепление, и шарахнул не разбираясь. Так что наверное да, никак боги шутканули.»

— Не помешаем?

Лана в сопровождении трёх тангоров вошла в круг света, прервав моё молчаливое уныние.

— Дочери Борда Железнорукого всегда найдётся место у моего костра. — ответил я ей, указывая на место рядом.

Лана подошла ближе. В добротной одежде, с заплетёнными косами и с изящным ремешком с многочисленными вкраплениями мелких драгоценных камней, тангорка выглядела достойной своего высокого положения.

— Это Танрад Седобор, — представила она незнакомого мне тагора. — Командующий дауранских талнагеров.

Сурового виду седой тангор шагнул вперёд и коротко кивнул в приветствии. В своих габаритах, этот дедковатый на вид талнагер мог с лёгкостью поспорить с Хатой. А толщиной рук и ног, так наверное и с самим Тарталаном. Рукава его камзола были закатаны по локоть, и на них виднелись шрамы. На ногах, вместо тяжёлых ботинок, на нём были лёгкие сапожки и обтягивающие штаны от поддоспешника.

— Рад знакомству, — как можно бодрее произнёс я ему. — Спасибо, вы вовремя подоспели! — с самым серьёзным видом поблагодарил я командующего тангоров.

Лана присела рядом. Седой тангор остался стоять, а двое других её спутников заняли место поодаль и достали трубки.

— Ваши речи лестны анай, не скрою. — пробасил Танрад, доставая в свою очередь расписную трубку и кисет из-за пояса. — Но благодарить вам нужно госпожу. — выразительно повёл он бровями в сторону тангорки и принялся набивать табаку. — На подходе к азготу на переправе, мы заметили отряды рахов, двигающихся на юг со стороны Гуриндана. Часть из них отделилась, и они стали лагерем неподалёку. Мы сразу смекнули, что они собираются напасть на азгот.

— Так к нам дошли только половина рахов? — поразился я.

Танрад Седоборый раскурил в два пыха трубку и отбросил лучину обратно в костёр:

— Не половина, — отрицательно покачал он головой, отчего кольца на его бороде звякнули друг об друга. — Треть примерно.

Я прикрыл глаза сжав кулаки.

— Используя неожиданность, мы не таясь вышли к ним и сходу отвлекли на себя боем. Едва началась битва, наш пятисотенный отряд вышел из ворот и ударил им в тыл. Эти пожиратели дерьма сурхов хотели было отступить на север, но у них ничего не вышло. Узнав, что немало рахов отправилось к устью, госпожа Лана наотрез отказалась уходить в Дауран, и настояла всем войском идти сюда. Оставив полторы сотни булав в азготе, мы двинулись к вам.

— Но откуда вас тут так много? — задал вопрос рукавой, внимательно до этого слушавший тангора. — За вашей госпожой должно было прийти пять сотен, а вас здесь никак не меньше тысячи! Как вы так быстро добрались в эти края?

Командующий повернулся к нему ухмыляясь в бороду:

— У нас есть свои секреты, большой.

Варгон только хмыкнул в ответ.

— Что ты намерен делать дальше, Янко? — спросила Лана.

Я открыл глаза и посмотрел на неё:

— А вы?

Все четверо дауранцев замерли в ожидании её ответа.