И грянет весна! - Серослав Амадайн

его перевалить и положить на бок, хоть немного, что бы пробоины оказались над водой, то его всё ещё можно починить.

«Хм. Вот как?»

Утро началось со всеобщей мобилизации сил для высвобождения корабля. Пришлось выложиться на полную, проявив всё своё красноречие и подхалимство дабы уболтать тангоров Финли помочь нам в этом деле. Кабы не Дорсон и Брэнсон, то плакали бы мои планы. После долгих обсуждений, решено было зацепить его верёвками за корму, переплыть на ту сторону Тарнаи, и стащить его с отмели. Верёвки вдоволь нашлось на обоих суднах, а реку переплыть не составило особого труда. В этом месте Тарная была шириной с сотню метров, может чуть больше. По словам тангоров, раньше река была уже едва ли не на треть, мельче и быстротечнее. До перевалочного поста приходилось хорошенько поработать вёслами, дабы плыть вверх по течению. Зато вниз плыть было, одна благодать.

Дождавшись сигнала Гунтара, что якорь хорошенько закреплён, мы взялись за верёвки. Пол сотни тангоров вместе с нами разом ухнули, дёрнули, и… Раздались щелчки порванных канатов, словно выстрелы из «пугача». Пришлось снова лезть в воду, вылавливать концы, увязывать между собой. Погружаясь в реку, моё очко сжималось до состояния кусачек, и с лёгкостью наверное могло перекусить лом. Незримые водяные обитатели реки заставляли сердце сжиматься от страха, когда нога цепляла какую-нибудь водоросль. Но два моих внутренних рачительных товарища с миловидными взглядами подталкивали вперёд.

Управившись с верёвками, снова ухнули и на «раз, два» потянули что есть мочи.

— Есть дело! — крикнул Гунтар радостно размахивая руками. — Сползает потихонечку!

Снова собрались, взялись за концы мокрых, разбухших от воды верёвок, и на этот раз малой, но настойчивой тягой потянули их снова на себя. Оба варвара тянули за один канат отдельно от остальных, заменяя собой десятерых. Утопая в прибрежной грязи едва ли не по колено, мы медленно но верно стаскивали корабль на воду. В один прекрасный момент судно рывком сползло на глубину, заставив нас от неожиданности повалиться наземь. Плавно качнувшись из стороны в сторону, корабль неспеша развернуло кормой по течению, якорный канат со скрипом натянулся струной… И судно замерло на месте. Дружный хор голосов грянул на радостях, спугнув стаи попривыкших было уже к нам птиц.

«Так, теперь бы со вторым разобра…»

Тревожный звук сигнального рога прокатился над лагерем!

Толпа тангоров вспенивая воду ринулась вперёд, спеша оказаться на том берегу. К лагерю спешно бежали дозорные с постов, а те кто был на месте, натягивали доспехи и занимали оборонные рубежи.

Переплыв, я запыханно принялся облачаться в свои нехитрые, но проверенные доспехи. В мою сторону торопился Молчун, пока Финли раздавал команды спешащим к валу тангорам. В лагере поднялся гомон и суета.

— Сколько их?! — не дожидаясь пока тангор добежит ко мне, выкрикнул я.

— Не меньше шести сотен! — подбегая и быстро утерев пот, ответил Сторан. — Идут скорым ходом, с севера!

«Много, сука! Очень много! Видать у дауранцев что-то пошло не так, что пропустили их.»

— Бери сигерниды, и на корабль! — подхватывая щит, приказным тоном гаркнул я ему.

— Что бы я… — начал было закипать гневом Молчун.

— Сейчас не время для споров талнагер! — рявкнул я, сурово посмотрев на напыжившегося тангора. — Они пришли за камнями! Нельзя рисковать!

— Но Финли не отдаст…

— Брэнсон, забери эти чёртовы камни и бегом на корабль!!! — заорал я так, что многие обернулись в нашу сторону.

Больше я не стал уделять ему внимания и рванул на передовую.

Первые рахи показались верхом на свинорылах уже спустя десять минут. На вершины холмов перед нами выходили тёмные рати раханидов и сплачивали ряды. Засвистели первые стрелы, заставляя нас укрыться за щитами и молиться своим богам, чтобы ни одна из них не нашла лазейку.

Быстро поняв что одними стрелами им ничего не добиться, издавая дикие вопли, рахи на свинорылах ринулись в атаку, набирая скорость вниз по холмам. Хриплый визг беснующихся под ними тварей озарил округу, а топот массивных лап отозвался в земле под ногами.

Стоявший неподалёку от меня эквилианец широко раскинув руки ответил им яростным криком, и показательно медленно достал из-за спины свою рельсу. На лице Тарика при этом отобразилась такая ухмылка, что пресловутые волки бы позавидовали.

«Вот уж кому в радость помахать мечом!» — только и успел я подумать, когда вдруг Финли высоко поднял булаву. Под левым глазом у него чётко просматривался наплывающий синяк.

«И где успел то?»

— Атарууух!!! — зычно закричал он, и каждый из тангоров отстегнул от пояса маленькие булавы, размером со среднюю кувалду с короткой рукоятью. Рой голосов затянул какую-то песню на тангорском. Мой источник мягко толкнула Сила.

«А это ещё что?»

Рахские наездники были уже на расстоянии двадцати метров, и быстро приближались.

— Ашатрааан!!! — прозвучал голос Финли снова.

Прикрываясь щитами, тангоры споро поднялись на гребень вала и отвели руки для броска.

Десять метров!

Я уже видел как из распахнутых клыкастых пастей свинорылов разлетается в стороны слюна, а их хозяева наклонили короткие копья вперёд. Земля под ногами ощутимо задрожала.

— АррРАТХ!

Дорсон опустил резко булаву, щиты разошлись, и в сторону несущихся навстречу нам рахских наездников, оставляя серебристый след метнулись маленькие булавы. Взрыв кровавых брызг! Раздались крики боли! Разлетающиеся на куски головы рахов и свинорылов, падающих на всём скаку, буквально нависли кровавым маревом над полем боя. Ломая лапы и перемалывая под собой седоков, по ним тут же проносились следующие за ними. А первые ряды тангоров сменились вторыми, и снова последовал смертельный залп. Всё это произошло за секунды. Но остановить их полностью было невозможно.

— Тараш Айданун! В бой, талнагееерыыы!!!

Волна наездников докатилась до рва и первые свинорылы, перепрыгнув ров на всей скорости, обрушились на вал. Довольно шустро загребая рыхлую землю толстыми лапами, они дорвались до вершины, где их встретили плотным строем тангоры, и началась кровавая заруба! Обезумевшие от жажды крови и убийства рахи, не щадя ни себя ни нас, верхом на визжащих тварях кидались на всех подряд. Даже без седоков, свинорылы доставляли немало проблем. Их хищные челюсти то и дело захлопывались на том, либо ином воине.

Прикрывшись тяжёлым щитом, вопя во всю глотку маты в три этажа, я ворвался в общий замес. Варгон и Хата прикрывали меня с флангов, ожесточённо рубя тёмных направо и налево. Сойдясь с первым же наездником, я понял насколько мало эффективен мой клинок. Убить им раха не составляло труда, но вот прирезать свинорыла, это была проблема. Он просто не пробивал толстую головную кость этих бестий, и лишь наносил глубокие резанные раны. Гораздо лучше всё получалось у тангоров. Своими тяжёлыми булавами они буквально раскалывали их черепа, ломали им хребты и рёбра. Видя что я не справляюсь, Варгон крутанул меч и вогнал его почти на половину в бок отвлёкшейся на меня твари. Но тут же получил жёсткий удар в голову, и если бы не шлем, то он бы неминуемо погиб. Хата крутился волчком, его секиры мелькали туда-сюда, оставляя за собой лишь кровавые струйки слетающие с их лезвий. Широко и с азартом рубился с рахами и Тарик. Вокруг него как-то само собой образовалось пустое пространство, и теперь варвар действовал словно комбайн на поле, перемалывая одного наездника и его свинорыла, за другим.

Несмотря на суматоху и жестокость боя, вскоре стало ясно, что наездников больше не осталось. Последнего свинорыла Тарталан насадил на меч, показательно приподнял, и скинул с вала в ров. Такой эпичный как мне показалось бой, начался быстро, и также закончился. Мне довелось сразиться всего лишь с тремя врагами, и то не без помощи товарищей. Но даже с этим условием, я вполне ощутимо прочувствовал что такое удар лапы от свинорыла, и когда кривое копьё пробивает доспех. Правый бок горел огнём, а теплая струйка крови начала уже пропитывать штаны на бедре. Ров и пространство перед ним были завалены телами рахов и свинорылов. Многие ещё копошились, силясь подняться, уползти, или просто выбраться из под