Молот Люцифера - Ларри Нивен

— Ни одного. Мария, он прав. Если мы поедем прямой дорогой, то никогда туда не доберемся.

Взгляд Марка выразил удовлетворение. Джоанна прислонила свое ружье к мотоциклу и, сев боком, скорчилась обессиленно на сиденье.

— Если б вы объяснили это раньше… — начала Мария.

— Господи, я ведь пытался! — закричал Марк.

— Не только мне, но и ему.

Она имеет в виду меня, подумал Гарви. И она права. Я не имел права свернуться клубком и спать, я обязан разыскать место мальчика в этих горах, а для этого я должен добраться туда, и — благодарение Богу, что существует Мария. — Как у нас с горючим? — спросил Гарви.

— Очень неплохо. Мы уже проехали около пятидесяти миль…

— Но не больше пятидесяти, — пробормотал Гарви. Разумеется, все было именно так, это подтверждала карта. А казалось, что много больше. Да, они продвигались не слишком быстро. — Марк, вы уверены в этой вашей проселочной дороге?

— Все возможно, — ответил Марк. И не говоря более ни слова, указал на плотины, нависшие над шоссе N5. — А здесь риск меньше?

— Нет. Что ж, если мы едем, то лучше с этим не медлить, — сказал Гарви. — Машину поведу я.

— А я поеду впереди разведывать дорогу. Джоанна оставит ружье в вашей машине, — о Марии Марк не упомянул. Ему не хотелось говорить ни с ней, ни о ней.

Хорошо, что нужно что-то делать. Что угодно. Гарви чувствовал пульсирующую боль в голове, начиналась мигрень. Плечи и шея напряглись так, что Гарви ощущал на них затвердевшие бугры мышц. Но все же это — лучше, чем свернувшись в клубок, валяться на сиденье.

— Поехали, — сказал Гарви.

Дорога шла по горам и вдоль гор, огибала вершины, уклоняясь к северо-западу. Нигде не спускалась с возвышенностей. То и дело встречались скатившиеся сверху обломки скал и грязевые оползни. Но на этой вышине слой грязи и камня, перегородивший дорогу не был и не мог быть глубоким. Проехать было очень трудно, но все же возможно.

Очертания гор изменились. Дорога могла оборваться, где угодно. Как полагал Марк Ческу, ни на что нельзя рассчитывать с абсолютной уверенностью; но на этот раз им везло: машина преодолевала все препятствия. Наконец выехали на дорогу с искусственным покрытием, и Гарви смог увеличить скорость.

Ему было по душе вести машину. Он вел ее по дороге и она полностью поглощала все внимание, не оставляя в мозгу места для других мыслей. Вовремя увидеть преградивший путь обломок. Вписаться в поворот. Безостановочно ехать, глотая мили, все дальше и дальше, не оглядываясь назад и не думая о том, что осталось позади.

А теперь все вниз и вниз, к Сан-Иоаквину. Всюду высоким слоем стояла вода, это пугало. Гарви застопорил и глянул на карту. Дорога шла прямо к высохшему озеру. Сейчас это озеро, видимо, нельзя посчитать высохшим. Итак: пересечь реку Керн там, где проходит шоссе, затем свернуть в сторону и двинуть к северо-востоку…

Хватит ли горючего? Проехали уже много, и ехать еще далеко. Гарви вспомнилось запасенное им первоклассное горючее, и вспомнились воры и убийцы в голубом фургоне. Где бы они не прятались, когда-нибудь он выследит их. Но этой дорогой они не ехали. Он бы заметил следы. Они выбрали для себя какую-то другую дорогу.

Рассвет застал пассажиров вездехода где-то к северо-востоку от Бейкерсфилда. Они уже далеко заехали. Тридцать миль в час, и снова они сейчас ехали по возвышенностям, огибая Сан-Иоаквин по восточному его краю. Ничто не останавливало бега машины.

Река Тюл была слишком глубока. А дорога покрыта слишком толстым слоем воды. Никто бы не осмелился воспользоваться этой положенной вдоль реки дорогой. Когда до Гарви дошло все это, было уже слишком поздно. Он уже мог рассмотреть возвышающуюся впереди плотину.

С края плотины и поверх ее гребня потоками неслась вода. Невозможно было определить, где находятся водостоки: беснующаяся река вздымала свои струи снизу доверху плотины. Гарви дал звуковой сигнал и рукой просигнализировал едущему впереди Марку. Сжав кулак, он энергично махнул им вверх-вниз. Принятый в армии знак: времени не остается, торопись. И указал на плотину.

Марк понял, что хотел сообщить ему Гарви, ускорил ход мотоцикла. Гарви ударом ноги вдавил вниз педаль акселератора. Автомобиль, взревев, помчался за мотоциклом. Они были уже почти возле плотины, когда…

Река грязи погребла под собой дорогу. С дюжину людей возились в грязи: их машины завязли.

Гарви перекинул рычаг: перевел привод на обе пары колес. И промчался дальше, не останавливаясь. Какой-то мужчина кинулся навстречу с раскинутыми руками: хотел преградить им дорогу. Он оказался достаточно близко, чтобы Гарви мог увидеть его лицо, на котором смешались решимость и ужас… а мужчинаувиделлицоГарви.

Едва избежав удара фары вездехода, мужчина отпрыгнул.

Грязь плыла и вместе с ней сносило вездеход. Гарви с трудом вывернул, добавил мощи двигателю и, напрягая все силы, продолжал безумную гонку. Балансировал, ловя равнодействующую между сносом грязевых слоев и сцеплением частиц этой же грязи с дорогой. Вездеход подпрыгивал на булыжниках, усеивающих дорогу, и от этого к горлу подкатывало. Затем Гарви ощутил, что колеса вездехода вновь катятся по твердому покрытию. И услышал, как Мария выдохнула с облегчением.

Впереди показался мост. Он был перекинут через ответвление озера… и он уже весь был залит водой. Невозможно угадать, какова глубина воды, покрывающей мост. Гарви замедлил ход.

Внезапно к шуму дождя, реву реки и раскату грома примешались какие-то другие звуки. Крики. Джоанна обернулась.

— Господи! — закричала она.

Гарви остановил вездеход.

Плотина рушилась на глазах. Одно ее крыло мгновенно рассыпалось, и через пролом из озера хлынул гигантский поток воды. Рев потока заглушил крики.

— К-как раз успели, — сказала Джоанна.

— А все те люди… — пробормотал Гарви. Все те путники, у которых машины были похуже, чем его вездеход. Все те фермеры, которые думали, что им удастся переждать бедствие. Люди уже вскочившие на ноги, люди, уже вскарабкавшиеся на крыши своих машин, взобравшиеся как можно выше, на любой бугор, возвышающийся над этими только что возникшими легководными озерами — у них у всех глаза сейчас обращены вверх, на катящийся на них водяной вал.

Когда рухнет вторая плотина, будет еще хуже. Вся долина будет затоплена. Не существует плотины, способной противостоять этому нескончаемому дождю.

Гарви глубоко втянул в себя воздух:

— Ладно, с этим закончено. Мы — справились. Трясущаяся осина только в тридцати милях отсюда. Горди должен привести мальчишек туда. — Он вызвал в памяти дорогу, ведущую к северу от Спрингвилля. Эта дорога пересекала не одну реку, и карта показывала, что по берегам некоторых из этих рек построены небольшие силовые станции, а течение перегорожено плотинами. Плотинами нависшими над дорогами.