Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

Нет. Не так. Парень был ОДАРЕННЫМ. Именно так. По-другому Дим не мог думать, когда вспоминал, как воздух плавился от взаимодействия их энергетик. Впрочем, опять не так. И на самом деле это было сложно принять, а уже тем более объяснить. Гимнаст словно сам был стихией, заключенной в телесную оболочку. Поэтому и вытворял с воздухом все то, что мог бы делать с частями своего тела. Он за него держался, он на нем стоял, он в него закутывался, развеивал и вновь возрождал, купаясь в невесомости.

Однако даже не это удивляло больше всего. Дар гимнаста был недоступен для взора остальных. Он пользовался своими способностями на совершенно ином уровне, взаимодействуя с теми глубокими пластами энергии, из которых собственно и состоял энергетический холст мироздания их планеты. Теми самыми, которые, как считал Дим, были доступны лишь ему или любому одаренному с серебром в крови. Однако циркач не был Серебряным или же научился пользоваться своим даром так, чтобы не показывать своей настоящей сущности, что было еще более невероятным.

Вот оно скрытое орудие Служителей – неизвестный паренек с удивительным даром. Что же, наверное, у него были шансы. Приблизиться к Аурино Эллетери и нанести один единственный роковой удар, что будет стоить жизни повелителю империи. Всего несколько мгновений, пока охрана заподозрит неладное, а сам император почувствует опасность. Всего миг, чтобы обменять свой великий дар на последний вдох врага. Почувствовать, как тяжелый груз, навсегда прикрепившейся к твоей душе взрывается сонмом брызг той самой радости, которую может испытать лишь победитель в беспощадной и затянувшейся войне. Миг, чтобы почувствовать, как это быть свободным и… навсегда уйти вслед за проигравшим.

Так как даже если гимнасту удастся совершить задуманное, спастись он все равно уже не сможет. Жизнь за жизнь. Веские должны быть у паренька причины, чтобы с таким упорством стремиться совершить подобный обмен.

Были, кончено же, еще варианты. Помимо личного взаимодействия – оружие дальнего боя. Умея так обращаться со стихией, наверняка гимнаст виртуоз в метании ножей или стрельбы из лука. Однако столь прочный контакт вряд ли возможен на дальнем расстоянии.

Так, играя догадками и предположениями, Димостэнис проследил куда направился интересующий его объект и пошел за ним. В палатке, куда он нырнул следом за циркачом было довольно просторно. То ли потому что парень там был один, то ли потому что шатер внутри был почти пустой. Стол с зеркалом, стул на котором собственно и сидел артист, устало упустив голову на руки, в углу собранная кровать. Еще небольшая ширма, скорее всего, где тот переодевается и хранит свои костюмы.

Гимнаст почувствовал чужое присутствие, резко вскинулся. Дим слегка досадливо причмокнул языком. Надо было не спешить и дать парню время избавиться от плаща и маски. Теперь уже было поздно что-либо менять, уже не выйдешь за порог с вежливым: «я зайду немного позже», надо было убедить артиста, что он не враг.

Однако гимнаст времени не терял, молниеносно вскочил на ноги и в его руках Димостэнис увидел небольшой изящный лук и стрелу, которую тот уже успел натянуть на тетиву. Подобное мастерство артиста поразило Дима даже больше кувыркания на канате. Да и оружие было на загляденье – явная работа какого-то именитого оружейника. Ко всему этому прибавлялось удовлетворение от того, что он все же оказался прав и не разучился анализировать и предугадывать события.

- Я хочу всего лишь поговорить, - миролюбиво произнес Дим.

Он видел, как вздрогнули пальцы циркача. На всякий случай окружил себя легким щитом. Впрочем, не будучи уверенным, что он поможет на таком расстоянии, да еще если парень применит свой дар. Димостэнис медленно поднял руки, доказывая искренность своих слов и опустил капюшон с головы.

- Я знаю, кто вы и знаю о ваших планах. Я хочу помочь вам не совершить роковых ошибок.

Циркач начал пятиться. Лук он опустил, и стрела упала на пол. Парень прижался к стенке шатра, словно пытаясь пройти сквозь него. Кто бы мог подумать, что он такой нервный. Димостэнис подался вперед, но гимнаст сделал неуловимое движение рукой и буквально вывалился в открывшийся проход.

Серебряный рванул за ним, чувствуя, как сгустился воздух вокруг него. Словно жирный неповоротливый паук стихия поймала его в свои сети, тормозя, мешая каждому шагу. Дим уже не таясь, выпустил свое серебро, собираясь вступить в бой. Тяжелый, рваный то ли стон, то взвизг стал ответом на его действия и путы рассеялись.

Ругаясь сквозь зубы, Димостэнис выскочил на улицу вслед за циркачом. Его ждали трое. Нет уж! Хватит! Поговорить он уже пытался. Да и не хотелось терять времени, он все еще надеялся догнать гимнаста. Дим снес защиту троих, не останавливаясь. Саданул ближнему противнику локтем по горлу, смял нос второму, и пинком ноги в живот отшвырнул от себя последнего. На то, чтобы расчистить себе дорогу ушло несколько мен. Безвозвратно потерянных мен, за которые гимнаст успел скрыться из вида.

Дим в бешенстве оглянулся назад, окидывая взглядом оставшуюся позади веселящуюся толпу народа, бросил оценивающий взгляд на реку, на деревья, растущие рядом и побежал туда. Однако далеко он не продвинулся в своей погоне, так как из шатров, затаившихся в тени вековых дубов, стали выходить люди. В течение всего лишь мига он был окружен циркачами с хмурыми лицами и оружием в руках.

Димостэнис едва не взвыл от досады. Не сбавляя хода, он поравнялся с одним из мечников и нырнув под руку с клинком, вновь вырос рядом, нанеся сильный точечный удар по глазам и выхватывая меч из ослабевшей руки. Вскинул ладонь с плотно переплетенными на ней серебряными линиями, поймал брошенную в него энергетическую связку, разрушая ее звенья и освобождая стихии. Разбуженные инстинкты мастера боя бешеными толчками разгоняли кровь по венам.

Молниеносно вскинул клинок, прочертив кровавую линию на груди напавшего на него воина. Левым предплечьем отразил атаку отточенной с двух концов палки, ударом меча перерубая ее пополам.

Главное ненароком никого не отправить к Вратам Зелоса. Он все еще не оставлял надежду на плодотворное общение.

- Я видел, как убили Айрека, - громко произнес Димостэнис. Так чтобы его слышал молодой мужчина, стоящий у входа одного из шатров и наблюдающий за их дракой. – И покарал его убийцу.

Об истинных причинах своего поступка, он благоразумно умолчал. Факт остается фактом. Ни Клита, ни Айрека на этом свете больше нет, и он единственный свидетель разыгравшейся на его глазах трагедии.

- И чего ты хочешь? – поинтересовался, стоящий у шатра. Видно, он