Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

вышедшему из воды мужчине, прижавшись к нему, не боясь намокнуть, уткнулась носом в щеку, вдыхая запах его кожи, смешанный с соленной горечью морской воды.

- А, - Дим вяло махнул рукой, - не особо.

Он не мог часто бывать здесь. Это привлекло бы ненужное внимание со стороны его недругов и усилило бы их интерес к этому месту. Однако находиться совсем рядом и не быть со своим ангелом он тоже не мог.

В комнате горел камин. Энергетика огня восстанавливала силы и бодрила. Дим опустился на расстеленный на пол мягкий плед и потянул Олайю вслед за собой. Она улыбнулась теплой, волнующей его улыбкой, слегка прикрыв глаза, с видимым наслаждением подставляя свое тело под его прикосновения. Ее соблазнительные, слегка припухшие губы шептали что-то ласковое.

Она была несчастлива. Дим знал это. И проклинал себя за то, что вместо исполнения ее желаний, он смог дать ей лишь каменную клетку и безнадежность одиночества. И только в мены близости забывались горести и страхи, и он ощущал ее всепоглощающую любовь, однако их было слишком мало этих мен, чтобы сложить из них жизнь, наполненную счастьем.

- У меня кое-что есть для тебя, - произнес Дим некоторое время спустя, когда сердце перестало так дико стучать о грудную клетку и он смог оторваться от нее, чтобы дотянуться до своей одежды.

В глазах Олайи, следящих за ним, все еще светились обожание и страсть. Драгоценные мгновения, которые вскоре станут очередными воспоминаниями.

Димостэнис протянул ей белую, искрящую серебром жемчужину. Она непроизвольно дотронулась пальцем до маленькой ранки у самого основания ладони.

- Так вот зачем это нужно было, - задумчиво протянула она и подставила ладонь, принимая подарок. - Ты все-таки решился.

- У меня просьба к тебе, - сердце болезненно сжалось от проскользнувшей в голосе вновь появившейся тоски, - чтобы она всегда была с тобой.

-Ты уходишь? – стараясь казаться спокойной, спросила Олайя.

Димостэнис кивнул.

- Да. Какое-то время меня не будет здесь.

- Я ждала этого момента.

Промелькнувшее в глазах разочарование он уже не смог перенести. Порывисто потянулся к ней, прижал к себе.

- Клянусь, я все исправлю. Ни ради этого мира и людей, живущих в нем. Ни ради своих целей. Только для того, чтобы ты была счастлива. Ты поверишь мне еще раз?

И почувствовал, как она тихо кивнула.

- Ты обещал мне, что будешь рядом, - детский голосок срывался от негодования и обиды.

Димостэнис не мог видеть его обладателя, скрытого за деревьями роскошного сада имения Эардоре, где он еще с самого утра проводил обычные тренировки по усовершенствованию своих новых способностей.

- И я не обманывал тебя. Немного изменились обстоятельства, - ответил тихий голос Янаура. На таком расстоянии князь уже не мог не почувствовать чужого присутствия, а значит Дим мог не опасаться, что его обвинят в подслушивании или нарушений иных правил этикета. Зато мог заочно познакомиться с «сыном», а заодно получше узнать какие отношения связывают мальчика с лэрдом.

- Мама сказала, что ты больше не мой опекун.

- Как ее высочество это объяснила?

- Что в силу своего мировоззрения, ты не сможешь мне дать того, что мне пригодится в жизни.

Димостэнис не сразу понял, что имеет ввиду мальчик, однако вспомнив и сопоставив все то, о чем ему говорил Янаур, он догадался что речь идет о наличии дара у одного и отсутствии оного у другого.

- Думаю, что ее высочество несколько поспешна в своих решениях, - ответил князь после некоторой паузы, - не считаю, что мои способности, как-то помешают в твоем обучении.

- Но она уже назначила нового опекуна – эссу Витэсса!

- Я обязательно поговорю с княгиней, я ждал лишь вашего возвращения в Антаклию.

- Значит, я могу остаться с тобой? – тон мальчика смягчился. – Помнишь, ты обещал мне, что мы с тобой уедем на несколько дней?

В голосе Эерико явно были слышны восторг и обожание. Их было так много, что эмоции ребенка можно было ощутить на физическом уровне.

- К сожалению, сейчас тебе надо вернуться во дворец. Мы обязательно совершим с тобой наше путешествие, когда я решу возникшую проблему.

Эмоциональный фон второго собеседника никак не изменился с начала беседы. Сухие, слегка монотонные интонации, с нотками равнодушия.

- Нет! Я не вернусь!

В воздухе разлилось негодование. Упрек, обида. Словно ведро холодной воды опрокинутое в бурю разгоревшихся чувств.

- Ваше высочество! – слегка повысил голос князь. – Вы ведете себя как капризный ребенок!

- А вы – как предатель, ваша светлость!

Топот удаляющихся шагов по аллее. Темноволосая кудрявая макушка, мелькнувшая среди зеленой листвы деревьев.

Димостэнис вышел из-за своего укрытия и остановился перед князем.

- Все слышал? – спросил Янаур. Маска равнодушия и спокойствия сползала с его лица, обнажая непривычную для лэрда ранимость, горечь, уступая место внезапной усталости. – Теперь понимаешь, чего я хочу?

- Слышал, но не понимаю.

- Когда Эерико родился, княгиня предложила мне стать его опекуном. Его наставником, воспитателем, быть ответственным за его обучение и познание окружающего мира вплоть до его аров самостоятельности.

То есть быть отцом, которым лэрд и являлся.

- В обмен на упразднение должности главного везеря и лишение рода Эардоре права вето.

Дим почувствовал, как его брови неконтролируемо бегут вверх от ошеломления. Янаур горько усмехнулся.

- Тогда я легко согласился на подобное предложение. Я чувствовал, что потерпел полное фиаско во всех своих свершениях. Шла война. Был потерян сильный союзник в лице князя Аввара и Скалистого государства, разрушен хрупкий баланс между Астрэйеллем и Мюрдженом. На полях некому работать, встали фабрики, вся промышленность, кроме военной, перестала развиваться. Благословенная земля превращалась в груду руин. К тому же природные катастрофы, обрушившиеся на княжество, еще больше ухудшили сложившееся положение. То землетрясения, то ураганы, то неурожай. Княжеская казна стала пустеть и платить за свои прихоти правящему Дому стало категорически нечем. Люди, не привыкшие к подобному образу жизни, стали злы и только и ждали любого малейшего повода, чтобы выйти на улицы.

- И посреди этого хаоса лэрд Эардоре, занимающийся воспитанием ребенка, - съязвил Дим, - так и хочется смахнуть слезу умиления.

- Я держал под контролем все, что происходило в государстве. Однако понимал, что Кари не остановить в ее безумной жажде разрушения. К сожалению, она не смогла стать достойной наследницей своего великого брата и устремленного отца. Иасион был прав, он лучше знал свою сестру и