Что-то кроме магии - Akana again

* * *

— Господин директор, тесновата комнатка-то для Пушка, — Хагрид ворочался в небольшом сводчатом помещении, стараясь не угодить ногой в круглый люк, зачем-то проделанный в каменном полу.

— Ну, он все-таки пониже тебя, — улыбнулся Дамблдор.

— А кормить и убирать за ним кто будет?

— Едва ли он подпустит к себе кого-то кроме своего хозяина.

— Это да, — расплылся в польщенной улыбке великан. — И когда мне его приводить?

— Встретишь учеников и можешь отправляться за ним. Только проведи его через ту потайную дверь, которую я тебе вчера показал.

Хагрид посерьезнел. Еще бы! Директор так доверяет ему. Месяц назад поручил забрать из хранилища в банке жутко ценную вещь. Развернуть грубую оберточную бумагу Рубеус не решился, но сквозь нее прощупывалось что-то твердое, гладкое и приятно теплое. Так и не научившийся толком колдовать, он благоговел перед любым волшебством, а тут не что-нибудь, а сам философский камень! И вот теперь новое свидетельство того, как высоко ценит профессор Дамблдор его, Хагрида, помощь: с ним лично оговаривает все детали охраны той самой вещи! Уж будьте покойны, профессор, ни Хагрид, ни Пушок не подкачают!

— Не сомневаюсь, — кивнул в ответ на прочувствованную тираду Дамблдор. Он взмахнул палочкой, и на зияющее отверстие опустилась массивная деревянная крышка. — Постарайся, чтобы Пушок почаще сидел именно здесь. И, конечно, держи все в секрете.

— А что, камень уже там? — замирая от причастности к великой тайне, спросил Хагрид.

— Как только приведешь собаку, он там появится.

Великан согнулся чуть не вдвое, покидая будущее пристанище трехголового пса. Дамблдор прошел следом, и оба поспешили каждый в свою строну: первый — к выходу из замка, второй — в свой кабинет.

— Помона, у меня для вас хорошая новость. Помнится, в конце прошлого учебного года вы жаловались, что Филч занял у вас часть подземелий и вам негде выращивать Дьявольские силки и другие тенелюбивые растения?

Декан Хаффлпаффа, не привыкшая к тому, что директор легко идет на уступки, сдержанно ответила, что, мол, действительно, затяжной конфликт между ней и завхозом имел место и она в результате осталась без подземных оранжерей.

— В вашем распоряжении весь этаж под Восточным крылом, — сообщил Дамблдор. — Можете приступать к высадке хоть сейчас.

— Большое спасибо, Альбус! — просияла Спраут. — У меня как раз готова рассада силков.

Дождавшись, пока стихнут ее шаги на лестнице, Дамблдор удовлетворенно выдохнул, как хорошо поработавший человек. С Хагридом дело улажено, а теперь и Помона все выполнит в лучшем виде. МакГонагалл не станет задавать лишних вопросов, но для Флитвика предстоит подыскать достаточно убедительную причину. Или обойтись без него? Нет, чем больше препятствий на пути к цели, тем она заманчивей. И, конечно же, надо подключить к делу нового учителя ЗоТИ: интересно, какие преграды он соорудит для себя самого? А Северуса оставим напоследок, благо для него Альбусу не потребуется выдумывать никаких поводов: зельевару всего лишь будет предложено составить задачку попроще, для первокурсников. Он, по своему обыкновению, загнет что-нибудь совершенно мозголомное, но упростить никогда не поздно. Главное, чтобы у Гарри не пропал азарт. Директор внутренне усмехнулся: ну что ж, начинается новая игра. Большая игра.

* * *

Ветер легко колыхал гардину на приоткрытом окне, через которое в комнату заглядывало полуденное солнце. На полу в беспорядке валялась одежда.

— Сними его.

— Не-а. Он мне нравится.

— Мне тоже, но в одном тюрбане и больше ни в чем ты выглядишь глупо.

— Смотри не на тюрбан, а ниже, — предложил Квиринус, подталкивая Сивиллу к дивану. — Лично мне нет дела, что у тебя на голове.

— А мне — есть! — хохотнула полуголая Сивилла и, выудив откуда-то волшебную палочку, быстро выкрикнула: — Вингардиум Левиоса!

Фиолетовый шарф взвился в воздух. Женщина испуганно охнула: гладкая здоровая кожа висков и лба под тюрбаном переходила в синюшно-бледную, испещренную зеленоватыми пятнами. И ни следа волос не было на этом шишковатом, уродливо разросшемся черепе, лишь кое-где виднелся редкий пух, похожий на белесые шерстинки плесени. По комнате пополз тошнотворный запах.

— Что... что это? — помертвевшими губами прошептала она.

— Дура, — скривился Квиррелл, движением руки возвращая свою защиту на место. — Остолбеней!

Развлекаться с неподвижной Сивиллой оказалось не менее приятно. Он не спеша оделся и, уже уходя, бросил через плечо:

— Обливиэйт.

* * *

Р-раз — и в стену. Два — свеситься с потолка высоко над головами. Три — прорасти грибом прямо из-под ног Филча, чтобы тот отпрыгнул кузнечиком в сторону. Четыре — со свистом пролететь по коридору, заставляя ковровые дорожки идти волнами от сквозняка. Пять, шесть, семь — нет для Пивза в Хогвартсе запертых дверей и запретных комнат! До чего ж здорово носиться по замку, вновь ожившему после летнего безлюдья!

Шумный дух вломился в пустующие апартаменты в жилом крыле второго этажа. Так и есть: двухлетняя пыль убрана, мебель расставлена, занавеси повешены... Прежний хозяин вернулся.

Пивз разогнался было к просторному дивану, подушки которого так и напрашивались на хороший пинок, но чья-то цепкая твердая рука поймала его в полете.

— Стоять, уродец, — почти ласково сказали за спиной. — Скоро ты забудешь сюда дорогу.

Безжалостная сила скрутила Пивза жгутом и швырнула об стену. Он повис на крюке от светильника и смог наконец разглядеть того, кто так легко с ним расправился.

Разглядел и прицельным плевком угодил точно на носок начищенного ботинка.

— Блоха ты вонючая, поганая...

— Умолкни.

Губы слиплись намертво, и язык стал свинцовым. Никто не знает, каким предстает мир в глазах полтергейста, но Пивз в тот момент