Сталин и бомба: Советский Союз и атомная энергия. 1939-1956 - Дэвид Холловэй

88

В 1941 г. в работах Хлопина, а также Харитона и Зельдовича появилось несколько ссылок на эту статью. Зельдович и Харитон ссылались на нее во второй части своей статьи о механизме деления ядер (см.: Зельдович Я. Б., Харитон Ю.Б. Механизм деления ядер. II. С. 286), а Хлопин — в своей лекции в марте 1941 г. (см.: Хлопин В.Г. Превращение элементов… С. 1065). 121

89

Я слышал другое объяснение: что Сталин не хотел, чтобы первая премия его имени была присуждена за работу, не имеющую практического значения.

90

Точная дата, когда был прочитан доклад, неизвестна, но это произошло между 17 и 23 декабря 1941 г. Эти даты указаны в командировочном удостоверении на имя Флерова, копия которого имеется в распоряжении автора.

91

Он также отклонил предложение, которое, по его словам, сделал Алиханов. Согласно этому предложению, следовало использовать цепную реакцию для получения 100 килограммов искусственно радиоактивных веществ. Оно было отклонено не только из-за технических трудностей, но и из-за высокой стоимости процесса. Это наводит на мысль, что Алиханов видел возможность использовать цепную реакцию деления для получения делящихся материалов типа плутония.

92

Это свидетельствует о том, что Флеров знал о расчетах, выполненных не только Зельдовичем и Харитоном.

93

Флеров не знал, какой из изотопов урана претерпевает спонтанный распад. Такой способностью обладает уран-238, но на самом деле этот вид деления можно не принимать во внимание в случае бомбы на основе легкого изотопа урана-235. Спонтанное деление, однако, оказывается серьезной проблемой в случае плутониевой бомбы.

94

Этот механизм — тот же, что был предложен в работе Харитона и Зельдовича (см. с. 98).

95

Курчатов до самой смерти хранил это письмо в ящике своего письменного стола.

96

Полный текст этого письма не был опубликован. Я исхожу из наброска, сделанного Флеровым, часть которого была опубликована Михаилом Черненко в статье «100000 тонн динамита, или Прошу исправить орфографию» (Моск. новости. 1988. 17 апр. С. 16).

97

А.Б. Мигдал был физиком-теоретиком из института Иоффе.

98

С.А. Балезин, заместитель Кафтанова, утверждает, что письмо Флерова было передано в одну из государственных служб, а не в Научно-технический совет (см.: Балезин С.А. Рассказ профессора Балезина// Химия и жизнь. 1985. М» 6. С. 19). Однако Кафтанов писал также и в другом месте о том, что письмо Флерова было передано ему (см.: Кафтанов С.В. Организация научных исследований… С. 28), и не верить ему нет оснований. В то время Балезин мог и не знать о письме.

99

«Pile» («сборка») — так американцы называли то, что потом получило название реактора.

100

Он же «Громов», он же «Генри». — Прим, ред.

101

Глава шпионской организации (pезидентуры) в советском посольстве или консульстве за границей известен как резидент. О Горском см.: Andrew С., Gordievsky О. KGB: The Inside Story. N. Y.: Harper Collins, 1990. P. 293, 294.

102

Сейчас полагают, что эта группа состояла по крайней мере из семи человек и что Кэйрнкросс был шестым ее членом. — Прим. ред.

103

Остальные четверо — это Филби, Маклии, Берджесс и Блант.

104

С.Д. Кремер (ок. 1900–1994) — участник гражданской войны. До прихода в военную разведку служил в кавалерии, артиллерии, танковых войсках. Посол СССР в Лондоне И.М. Майский не любил резидента НКВД Горского, благодаря чему информация Фукса попала к военному разведчику Кремеру. Вернувшись во время войны в Москву, Кремер привлек к себе пристальное внимание Берии, от которого сумел «бежать» на фронт. Там командовал танковой частью, стал Героем Советского Союза. В разведку больше не вернулся. (См.: С. Пестов. Бомба. СПб., 1995. С. 15–19, 33–35). — Прим. ред.

105

Документ, представленный в этой статье, является лишь наброском в действительности отправленной записки, которая поэтому может от него отличаться.

106

Скобельцын работал в области физики космических лучей, Капица — в области физики низких температур, а Слуцкий был специалистом по радиотехнике, работавшим в УФТИ. Берия в своей записке ошибочно называет Слуцкого Слуцкиным.

107

Этот приказ, зачитывавшийся в то время войскам, не был опубликован вплоть до 1988 г. См.: Щербаков А. Начальникам политуправлений фронтов и округов и начальникам политотделов армий// Воен.-ист. журн. 1988. № 8. С. 78, 79.

108

Отчет Старинова о том, что содержалось в записной книжке, более сдержанный. Но он не понимал существа ее содержания, а только ссылался на имеющиеся в ней формулы. В отчете отсутствует правдоподобное объяснение самого существования немецкого офицера с подобного рода записной книжкой, путешествовавшего между Мариуполем и Таганрогом.

109

По этому предложению запрашивалось мнение различных государственных структур, и их ответы были переданы Кафтапову. Предложение не встретило единодушной поддержки. Госплан, который, несомненно, был обеспокоен проблемой обеспечения проекта требуемыми ресурсами, был в числе его противников (см.: Кафтанов С.В. По тревоге…).

110

Версия Балезина о встрече у Сталина, па которой он сам, кажется, не присутствовал, но о которой, несомненно, слышал от Кафтанова, совпадает в основном с кафтановской. «И сколько все это будет стоить?» — спросил Сталин. Кафтанов, как пишет Балезин, ответил, что это обойдется для начала в 20 миллионов рублей. «И что мы с этого получим?» — спросил Сталин и тут же ответил на свой собственный вопрос: «Мы можем не получить ничего. Но…» Тут он взглянул на Кафтанова, который добавил: «Стоит рискнуть!» Сталин высказал свое одобрение (см.: Балезин С.А. Рассказ профессора Балезина. С. 19).

111

Головин называет имена Иоффе, Хлопипа, Капицы и Вернадского. С.А. Балезин упоминает Вавилова, Вернадского и Иоффе (см: Балезин С.А. Рассказ профессора Балезина. С. 19). См. также: Головин И., Кузнецова Р. Достижения есть?// Правда 1988. 12 янв. В дневнике Вернадского упоминание об этой встрече отсутствует.

112

Согласно Головину и Кузнецовой, Иоффе рекомендовал Первухину пригласить Курчатова в Москву (Там же).

113

В то время была популярной песня, содержавшая такие строчки: «Вот когда прогоним фрицев, Будет время — будем бриться».

114

Эту встречу А.И. Иориш, И.Д. Морохов и С.К. Иванов (см.: Иориш А. И., Морохов И. Д., Иванов С.К. Атомная бомба. М.: Наука, 1980. С. 377) относят к весне. М.Г. Первухин в статье «Первые годы атомного проекта» (Химия и жизнь. 1985. № 5. С. 62) утверждает, что она произошла в сентябре-октябре. В другой его статье говорится просто об осени (см.: Первухин М.Г. У истоков урановой эпопеи// Техника — молодежи. 1975. № 6. С. 17).

115

Февральское решение не было опубликовано. Предположительное его содержание приведено Первухиным (см.: Первухин М.Г. Первые годы… С. 63). Головин указывает, что это решение было принято 11 февраля (см.: Головин И.Н. Игорь Васильевич Курчатов. С. 60, 61). В.В. Гончаров полагает, что это произошло 15 февраля (см.: Гончаров В.В. Первые (основные) этапы решения атомной проблемы в СССР. М.: Изд-во Ин-та атомной энергии им. И.В. Курчатова, 1990. С. 3). В хронологии, приведенной в «Воспоминаниях об Игоре Васильевиче Курчатове» (под ред. А.П. Александрова, с. 461), указано, что Курчатов был назначен научным руководителем проекта 10 марта.

116

Представляется вероятным, что как раз это письмо, которое Иоффе и Кафтанов направили в ГКО, имел в виду Вернадский. Это подтверждает рассказ Кафтанова о его и Иоффе обращении к Сталину. Несколько раньше в том же месяце Вернадский составил памятную записку об организации научных работ, в которой он настаивал на оживлении работы Урановой комиссии и превращении ее в более гибкую организацию. Он направил эту записку В.И. Комарову, президенту Академии наук СССР. См.: Вернадский В.И. Об организации научной работы// Природа. 1975. М» 4. С. 37.