Роковое наследство - Поль Феваль

В конце Каштановой улицы Винсент впервые оглянулся, но не заметил ничего подозрительного.

Карпантье уже собрался было продолжить свой путь, как вдруг шагах в пятидесяти увидел какое-то существо, двигавшееся в том же направлении, что и он сам.

– Если это собака, то она слишком уж большая, – пробормотал недоумевающий Винсент и пошел дальше.

Вскоре он пересек бульвар.

Дальше находилась контора, служащие которой взимали пошлину с въезжающих в город. У дверей конторы стояла скамейка. На ней дремали двое караульных.

«Вот сейчас и выясним, не был ли тот зверь двуногим», – подумал Карпантье.

– Видно, далеко вам идти на работу, приятель, раз вы поднялись в такой ранний час, – проговорил один из служащих.

– Мне нужен квартал Пале-Рояль, – ответил Винсент. – Я не местный. Не могли бы вы мне подсказать дорогу?

– Что ж, запоминайте: улица Рокет, потом – площадь Бастилии, улица Сент-Антуан и улица Сент-Оноре. Далековато, конечно, но это – самый удобный путь.

– Спасибо, – улыбнулся Винсент. – Скажите, вы не позволяете ворам и убийцам проникать в Париж?

– Откуда мы знаем, кто – убийца, а кто – нет? Мы же не шпики, – гордо заявил второй бандит, прикидывавшийся караульным, как и его приятель.

Неподалеку от этой конторы находилась мастерская по обработке мрамора. К ней-то и направился Винсент. Перед дверью лежало несколько не отшлифованных мраморных глыб. Он спрятался за одну из них и осторожно выглянул из своего укрытия.

Винсент хотел увидеть ту самую загадочную собаку.

Ему не пришлось долго ждать. Скоро фонарь, горевший у дверей конторы, осветил громадную фигуру негра. Великан шагал, небрежно засунув руки в карманы.

Остановившись возле скамейки, негр что-то произнес. Наверное, спросил, сколько времени, потому что один из караульных посмотрел на часы.

Вслед за негром появилась группа людей, затем – другая. Эти люди перебросились со служащими конторы какими-то замечаниями.

Всего преследователей было человек двадцать. Таким образом, за Винсентом по пятам шла не одна большая черная собака, а целая свора охотничьих псов. Однако это не удивило и тем более не испугало Карпантье. Ему казалось, что его защищают какие-то неведомые силы.

Он тихонько подтащил второй камень поближе к первому и принялся наблюдать в образовавшуюся щель.

Негр подошел к витрине мастерской и остановился. По всей видимости, он поджидал тех, кто крался следом.

Первым к гиганту приблизился Робло. Белый Малыш что-то зашептал ему на ухо.

– Что новенького? – издалека осведомился Пиклюс. Шагнув ему навстречу, Робло тихо спросил:

– Хочешь пойти со мной?

– Конечно, хочу, – не раздумывая, ответил Пиклюс.

– И я тоже, – добавил подбежавший Кокотт. – Втроем мы отлично справимся с этим делом. А остальные пусть уматывают!

Бандиты разговаривали как раз напротив мраморных глыб, за которыми спрятался Винсент.

– Куда он запропастился? – подумал вслух Робло, делая вид, что потерял след.

– Если он перемахнул через ту ограду справа... – начал было негр.

Но Робло не дал ему закончить.

– Все, с меня хватит! – громко заявил он. – Если кто-то хочет лазить по заборам, путь развлекается на здоровье, а я пошел спать.

– И я тоже, – в один голос воскликнули Пиклюс и Кокотт.

Больше никто не произнес ни слова. Только негр хотел что-то возразить, но Робло тихонько велел ему молчать.

XXXI

СТИЛЕТ

Не прошло и трех минут, как Каштановая улица опустела.

Все «Охотники за Сокровищами» исчезли. Винсент выбрался из своего укрытия и внимательно огляделся по сторонам. Что-то подсказало ему, что его противники пошли на хитрость. Из их беседы Карпантье не удалось уловить ни слова, но он понял, что Робло не позволил негру выболтать что-то важное. Винсент решил, что пора двигаться дальше.

«Путь неблизкий, – думал он. – И по дороге я наверняка наткнусь на добрую сотню молодчиков, мечтающих остановить меня. Но у них ничего не выйдет. Даже если их будет больше тысячи, я сумею пробиться к цели».

Карпантье чувствовал, что каждый шаг приближает его к сокровищам, и это наполняло душу Винсента безудержным ликованием.

– На первый взгляд, есть другой способ, более легкий, – бормотал Карпантье, рассуждая со всей серьезностью, на которую способен сумасшедший. – Я мог бы броситься к караульным и сказать им: «Разбудите ваших товарищей. Соберите мне полсотни крепких парней. Может быть, вы опасаетесь потерять работу? Не нужно этого бояться. Вам больше не надо будет трудиться. Каждый из вас получит по двадцать пять тысяч ливров годового дохода. Мало? Хорошо, я дам больше. Меня это не волнует. Денег у меня навалом».

Карпантье продолжал свой путь. При виде этого мужчины с киркой на плече, свободно шагавшего по улице, никто бы не подумал, что грубый инструмент в руке немолодого господина является ключом к сокровищам, великолепие которых превосходит самые смелые человеческие фантазии.

Настроение Винсента менялось каждую минуту. То он был совершенно спокоен, то вдруг его охватывала тревога, и тогда Карпантье останавливался и жадно ловил каждый звук, каждый шорох. Безумцу казалось, что он слышит чьи-то осторожные шаги, чье-то дыхание за своей спиной. Иногда Винсент, обливаясь холодным потом, хватался за сердце...

Маленькие улочки, расположенные к востоку от Каштановой улицы, еще не имели названий. В то время это была самая пустынная окраина Парижа. Между домами здесь простиралось еще фактически не осушенное болото. Выбрав одну из дорожек, Карпантье решительно направился в сторону улицы Рокет.

Это была простая извилистая тропинка, которая вела к месту, с прошлого века сохранившему название Фоли-Реньо. От сооружений того времени здесь осталась лишь какая-то ограда, да и та уже развалилась. Повсюду высились кучи щебня и строительного камня.

Тропинка шла в гору, но Винсент этого не замечал. Ему дышалось легко. Единственное, что отвлекало его от мыслей о сокровищах, – это грязь и лужи, попадавшиеся ему на пути.

Когда Карпантье проходил мимо стены, он услышал, как кто-то чихнул.

– Дурак! – рявкнул чей-то голос.

– Будьте здоровы! – добавил кто-то еще.

Винсент застыл как вкопанный. Переложив кирку в левую руку, правой он ухватился за край стены и вскарабкался на нее.

Надо сказать, что по природе своей Карпантье был человеком храбрым – но все же не настолько, чтобы самому лезть волку в пасть. Однако сейчас Винсентом полностью овладело безумие.

Очутившись на гребне стены, он увидел троих мужчин, удирающих со всех ног. Потрясая своей киркой, Винсент пробормотал:

– Они догадались, что я хотел размозжить им черепушки!