Сороковник. Части 1-4 - Вероника Горбачева

Легко ныряю вглубь себя, войдя в состояние, которое однажды испытала, снимая Магину «заморозку». Видимо, тело запомнило тот настрой и сейчас смоделировало его само. Я вижу себя изнутри, но стараюсь не цеплять взглядом внутренние органы, сейчас меня больше интересуют руки. И, кстати, зачем это я залезла так сильно внутрь? Достаточно посмотреть, в порядке ли кровеносные сосуды и сухожилия, насколько глубоки порезы, не проникла ли инфекция… И, кажется, я вовремя заявилась с ревизией, потому что в левой ладони замечаю вокруг вспухшего рубца крупные тёмные пятна. Они пульсируют, отращивая псевдоподии, захватывая пространство вокруг, вгрызаются в плоть… Их ещё не видно под кожей, но через несколько часов они проявятся снаружи, а заодно начнут жрать мышцы, пока не доберутся до кости.

Делаю глубокий вдох, наполняя лёгкие голубовато-зелёной энергией. Направляю мощный её поток в ладонь, изнутри, как будто промываю сама себя из шланга. И выношу вон всю заразу, напрочь. И чувствую, как срываются и улетают с пораненной конечности тысячи колючек, а сама она наполняется здоровым теплом.

Так же залечиваю и вторую ладонь. Затем мысленно прощупываю порез на коленке, но там всё чисто, нужно лишь помочь затянуться коже. Пробегаюсь по поверхности всего тела и заращиваю несколько ссадин и царапин. Прислушиваюсь к себе. Вроде бы всё.

Выходит, я ещё дешево отделалась! А могла бы и кровью истечь, задень случайно осколком кровеносный сосуд покрупнее. Но паниковать уже поздно.

Сквозь розовеющие веки пробивается сияние утра. Сколько длился техосмотр — полчаса, час? Наших жужжащих соседей пока не слышно, однако следует поторопиться и не искушать судьбу. И, конечно, поблагодарить Тейлора, моего сторожа. Умница.

Пёс, довольный, что угодил, подаёт лапу, и я торжественно её пожимаю. И мы возвращаемся на заветную дорогу, потому что время не терпит. Будь у нас его в избытке — я решилась бы и на повторное «погружение», чтобы проверить некий момент, замеченный при самообследовании. Готова поклясться, что ящерки — Галиного дара — я в этот раз в себе не обнаружила.

И Мага, когда провожал меня после закупочного тура, обмолвился, что больше её не чувствует. При первой же возможности нужно к этому вернуться. Может, эта ящерка угнездилась где-нибудь на спине, и я её просто не вижу? Хорошо бы. Всё спокойнее, чем носить в себе бомбу замедленного действия.

Роща, с виду небольшая, изнутри кажется и шире, и гуще. Словно дорога не простая, а заколдованная и влечёт нас с Тейлором всё дальше и дальше куда-то в зазеркалье, в виртуальное пространство, что с каждым шагом всё больше раскрывает границы. На самом-то деле, я отдаю себе отчёт, что заходили мы сюда с самой окраины березняка, где редкий подлесок, а здесь, в самой сердцевине, деревья и старше, и мощнее, и тень от них гуще, но всё равно мне не по себе. Мне уже слышатся и зловещие потрескивания под недоброй ногой, и хруст костей на чьих-то зубах, и ничего удивительного, что я вздрагиваю, заметив впереди громадную тёмную фигуру, неподвижную, как каменная глыба. Туземец? Пасечник? Бежать? Подойти, может, всё не так страшно?

Растерянно оглядываюсь на моего охранника, но тот даже не снижает темпа, трусит себе невозмутимо. Значит, угрозы не чувствует. А собакам я привыкла доверять, поэтому, хоть и настороженно, приближаюсь к незнакомцу, но затем перевожу дух, укоряя себя за трусость. Это действительно глыба: высокий узкий камень, небольшая одиночная скала, очертаниями фигуры похожая на человека, завёрнутого в плащ. Он поджидает меня на обочине, этакий своеобразный верстовой столб, за ним — выложен через дорогу ряд белых крупных булыжников. Светлая полоса известняка выныривает из-за ближайших деревьев, перерезает странникам путь и скрывается в соседних кустах. Ровная белая линия, жирный пунктир, хорошо заметный даже в темноте. А не увидишь — так навернёшься, но мимо не пройдёшь.

Вот он, Рубеж. У меня снова пересыхает горло. Вот куда я так долго и упорно рвалась. Граница локации, перешагнув за которую, я подам сигнал Миру: я готова! Выпускай своего монстра! И должна буду как-то справиться… или погибнуть.

Цель достигнута, но мне невесело. Столько сил и нервов потрачено — и всё ради того, чтобы нос к носу столкнуться с этим истуканом, глянуть — и пройти мимо? И перешагнуть символический барьерчик, за которым — точно такие же дорога, берёзы, поляны, заросшие папоротником — ничего нового… Смотрю на камень с ненавистью, как на виновника всех своих бед… и вдруг замечаю небольшое углубление, как раз на уровне глаз, в котором что-то отсвечивает. Вот почему я сперва напугалась: мне на подходе почудилось, что тёмная фигура сверкает глазами, я приняла её за живую..

Потянувшись было к выемке, отдёргиваю любопытную ручонку: сразу вспоминается «Форт Байярд» и ужастики со всяческими ловушками. Вот сунешься — а там или грызнет кто, или капкан захлопнется, и что тогда? Нахожу поблизости сухую ветку и шарю в отверстии. Вроде никто не выпрыгивает и не выползает… только звякает. Какой-то металлический предмет бултыхается там, в каменном дупле, и я никак не могу его подцепить сучком. Ладно, раз до сих пор никого в этой дыре не потревожила — значит, можно и рискнуть. Осторожно запускаю руку — и нащупываю холодный штырь с каким-то наростом на одном конце и большим кругляшом — на другом. Что-то мне это напоминает…

Это ключ. Массивный, бронзовый, намного крупнее того, что у меня в кармане. Я узнаю его почти сразу. Ключ от заветной калитки леди Аурелии. Ключ в Каэр Кэррол. Ключ в замок, где меня любят и ждут, где всегда примут с распростёртыми объятьями. Где можно будет спокойно дождаться, когда Васюта откроет для меня портал домой.

Значит, вот как ты развлекаешься, да?

В шуршании крон над головой мне слышится вкрадчивый шёпот, тихий, но отчётливый.

«Подумай, Ванесса-Иоанна. Ты же дала шанс Маге на новую жизнь и считаешь это правильным. Почему бы и тебе не получить шанс? Может, я хочу проявить великодушие?»

Тейлор, осев на задние лапы, нервно оглядывается и поскуливает.

«Не так уж Я и жесток. В сущности, Я — исполнитель желаний. Там, дома, ты ведь устала от рутины, от обыденности? Я перенёс тебя к яркой жизни, полной приключений. Ты хотела встретить любимого, чтоб без раздумий заслонил тебя собой? Я дал тебе Васюту. Хотела верных друзей? Получи. Хотела, чтобы за тебя решали, думали, рисковали — бескорыстно, любя, понимая? Всё, как заказывала, дорогая. Пользуйся. Только развлеки меня. Развей мою скуку».

Чудится мне или нет? Почему вдруг верный пёс затрясся мелкой дрожью? Глажу собачью голову, и Тейлор, эта махина, льнёт ко мне горячим боком, ищет защиты. Потому что мне — не страшно.