Идущие - Абай Тынибеков

Смерть правителя оставила их и без престолонаследника, что было гораздо важнее, – как поступать в таком положении, никто не знал. Визирь Кутуз пытался призвать визирей пока оставить всё, как было в те дни, когда шах находился без сознания, иначе, как он утверждал, положение в войсках может усугубиться, что приведёт к поражению. Таким образом, он давал понять, что перемены в такое сложное время никому не нужны и что все должны продолжать подчиняться его приказам. Визири хоть и понимали его правоту, но всё же были недовольны тем, что именно он будет и дальше командовать ими. Обстановка в главном шатре накалилась, и каждому из присутствующих стало понятно, что к единому мнению они не придут. Исчерпав все доводы в пользу того или иного решения, вскоре они замолчали, сидя на своих местах и потупив взоры.

В это время вошёл главный стражник и, обратившись к визирю Гачаю, сообщил, что ему хочет что-то сказать начальник его личной охраны. Визирь Гачай вышел из шатра. Недолго пробыв снаружи, он вернулся в шатёр, но вместе с ним зашли ещё два человека с повязками на лицах. Визири посмотрели на них, затем перевели вопрошающие взгляды на визиря Гачая. Он молча отошёл в сторону, повернулся к вошедшим, приложил руку к груди и склонил голову. Визири, видя странное его поведение, но ничего не понимая, стали переглядываться. Один из этих двоих снял повязку с лица, и все вскочили на ноги с удивлением в глазах – перед ними стоял главный визирь Джарбаш. Визири не успели опомниться, как главный визирь Джарбаш, так же как и визирь Гачай перед этим, отошёл в сторону, повернувшись ко второму мужчине, приложил руку к груди и склонил голову. Тот тоже снял повязку, но он не был знаком визирям, кроме Кутуза, Аасима и Гачая, которые тут же почтительно склонились. Это был Яншенук.

Главный визирь Джарбаш поднял голову, посмотрел на него и обратился, назвав светлейшим шахом.

* * *

Куньбек Янгуй в сопровождении своей личной охраны, ведомый ханьскими гонцами, мчался на встречу с Дзяо Мином. Не успел он преодолеть и половину пути от своего лагеря до местонахождения армии ханьцев, как к нему навстречу из перелеска выскочил отряд канглов численностью в две сотни воинов. Тут же началось яростное сражение. Канглы вдвое превосходили усуней. Вскоре, несмотря на ожесточённое сопротивление усуней, канглы, потеряв почти половину своих воинов, убили их всех.

Куньбек Янгуй лежал на земле и помутневшими глазами смотрел в небо. Его верный белоснежный жеребец, весь забрызганный кровью, стоял рядом.

* * *

Выдержав до наступления вечерних сумерек натиск хуннов, обрушившихся на войска цзо дуглу Бэйтими-бека и впервые вступивших в ближний бой, передовые отряды усуней, понесшие большие потери, отошли в тыл для отдыха и пополнения своих рядов из резервных войск Наби-бека.

* * *

Сян дуглу Хаан-бек, согласно велению куньбека Янгуя распределив весь резерв по пяти воюющим армиям, сам находился в центральной из них, рядом с сян дуглу Юити-беком. Посланный им в ставку правителя гонец вскоре вернулся и сообщил о том, что там, в ставке, кроме десятка воинов, никого нет. Также он сообщил, ссылаясь на слова десятника в ставке, о том, что с юга в их земли к ним на помощь пришла армия ханьцев и куньбек Янгуй направился к ним навстречу. Сян дуглу Хаан-бек знал, что у правителя была лишь его сотня охраны, знал он и о том, что дорога к южному стойбищу, куда он направился, пролегала в опасной близости от мест, где велись активные военные действия. Скорее почувствовав опасность, нежели заподозрив неладное, сян дуглу Хаан-бек сообщил сян дуглу Юити-беку о приходе армии от императора Вэнь-ди, дабы тот распространил эту благую весть по всем их армиям, и, взяв с собой две сотни воинов, спешно выступил в дорогу за правителем.

Ещё издали сян дуглу Хаан-бек увидел место прошедшего не так давно небольшого сражения, где всюду лежали окровавленные тела сражённых воинов и стояли лошади. Разослав дозорных, он спешился и обошёл погибших. Вскоре он заметил изрубленное тело начальника личной охраны правителя сотника Ризы, а чуть в стороне обнаружил тело куньбека Янгуя – его отрубленная рука, лежавшая рядом, по-прежнему сжимала меч. Когда сян дуглу Хаан-бек опустился на колени возле тела куньбека Янгуя и прикрыл ему глаза, к нему, пофыркивая, подошёл белый жеребец.

* * *

Известие о том, что на помощь усуням ханьский император Вэнь-ди прислал огромную армию, быстро распространилось и дошло и до канглов, и до хуннов. Все узнали и о смерти от полученной раны правителя канглов Фатих-шаха, и о гибели в бою правителя усуней куньбека Янгуя. Новости, как и следовало ожидать, воспринимались противоборствующими сторонами по-разному.

Командующий армией хуннов сян-ван западного крыла помнил о том, что его правитель шаньюй Модэ все последние годы старался не обострять отношения со своим могущественным южным соседом – императором ханьцев, и как только узнал о том, что Вэнь-ди выступил на стороне усуней и оказал им военную помощь, прислав армию, то велел своим военачальникам временно прекратить атаки на позиции усуней, направив гонцов к шаньюю с целью узнать о велениях с учётом новых обстоятельств.

Канглы, не успев попрощаться со своим светлейшим шахом Фатихом, неожиданно быстро обрели нового правителя в лице его единственного единокровного племянника Яншенука, который, сразу проявив свою волю, первым же приказом восстановил на посту главного визиря Джарбаша, а вторым велел приостановить любые военные действия против усуней.

Усуни, воодушевлённые было приходом союзнической армии ханьцев, узнав о гибели своего правителя куньбека Янгуя, сменили радость на траур. Несмотря на тяжёлое положение, связанное с войной, люди бесконечными потоками из всех своих поселений потянулись в сторону главного стойбища, чтобы отдать последнюю дань уважения правителю и попрощаться с ним, проводив в последний земной путь.

* * *

Сян дуглу Хаан-бек встретился с Дзяо Мином в полевом лагере ханьцев и, поприветствовав его и представившись через переводчика, выразил благодарность и ему, и императору Вэнь-ди за их приверженность условиям заключённого союза и оказанную военную помощь, а также сообщил о гибели своего правителя куньбека Янгуя. Выслушав от Дзяо Мина слова искреннего соболезнования в связи с кончиной правителя усуней, сян дуглу Хаан-бек изложил ему все сведения о положении дел как в западных, так и в восточных землях усуней. Дзяо Мин принял решение, согласно которому он незамедлительно разделял свои войска на две части и направлял их против канглов и хуннов. Сян дуглу Хаан-бек представил Дзяо Мину своих сотников, которые должны будут