Поколение войны - Макс Крест

Машина повернулась и взяла курс на Шлиссельбург — там сейчас был расположен первый лагерь эвакуации. Вторая волна лагерей, которая впоследствии должна была стать основной и наиболее долговременной, уже готовилась в Петрозаводске, Пскове и Великом Новгороде.

Автобус тряхнуло. Один из многочисленной вереницы автобусов, грузовых военных машин и машин скорой помощи и реанимобилей, едущих на восток. До Шлиссельбурга оставалось не так уж много.

В конце забитого людьми салона автобуса сидели Сеной, Шекспир, Ольга, Кристина и Зверь. Молчали. За окнами ничего интересного не было — берсерки нескончаемым потоком так же шли в назначенный эвакуацией район.

Кристина клевала носом, то засыпая, то просыпаясь. Когда она в очередной раз открыла глаза, то оглядевшись, чуть заторможено улыбнулась, увидев рядом Сеноя.

— Учитель. — Проговорила она голосом Гавриила. Сеной повернулся к ней, сначала, видимо, не расслышав её.

— Что?

— Это Я, учитель — Гавриил. Всё закончилось, как вы и рассчитывали?

— Да, Гавриил, — не сбылась лишь надежда, что яд Немезии воды сдержат чуть дольше.

— Скорблю по Семангелофу. Он был хорошим учителем.

— Как бы там ни было, нужно довести нашу миссию до конца.

— Это ещё не всё? — Удивился Гавриил. Удивились и слышавшие этот разговор сидевшие рядом.

— Нет, нужно вернуть всё на круги своя. Теперь твой ход, Гавриил.

— Слушаю тебя, учитель.

— Найди в Церене ангела Авариита и передай ему Меч Жизни. Остальное ты узнаешь от него.

— Я всё понял, учитель. — Кристина учтиво поклонилась Сеною. Затем девушка зевнула. Заметила на себе взволнованные взгляды. — Чего?

— Всё в порядке, ты спи, Кристин. — По-кошачьи улыбнулся Сеной.

— Что? Опять ваш Гавриил через меня говорил, да?

Сеной ответил одним лишь кивком.

Вереница автобусов въехала в эвакуационный лагерь под Шлиссельбургом.

Эпилог

Свет, проникавший сквозь забитые окна, был до сих пор единственным освещением в обиталище двух ангелов.

Ангелина сидела на ложе и смотрела на собственные ладони. Взгляд её изучал их, оценивал. Сидевший напротив ангел смотрел на её лицо, на то, как оно меняется. То удивление, то мимолётная улыбка, то откровенный испуг.

В конечном счёте, ангелина с внешностью Касандры посмотрела на ангела. Глядя тому в глаза, она молчала, словно пытаясь узнать его лишь по глазам. Крылья дрогнули — она дёрнулась, испугавшись их. Она усмехнулась на собственную реакцию — ангел ответил тем же.

За стеной послышались хлопки крыльев. Совсем близко — кто-то приземлился у их дома. Послышался стук в дверь. Ангел поднялся и подошёл к двери, оглянулся на застывшую ангелину. Прижал к губам указательный палец, дал понять, чтобы вела себя тихо — гостей он не ждал.

— Это Гавриил. — Послышалось из-за двери. — Я ищу ангела по имени Авариит.

Ангел кивнул ангелине, давая понять, что всё в порядке. Она моргнула в знак того, что поняла и накинула на нагую грудь ветошь, подняв пыль.

Дверь со скрипом отворилась. В дом ворвался свежий воздух — стоявший у порога архангел оценивающе взглянул на открывшего ему.

— Авариит? — Спросил Гавриил, глядя на стоявшего перед ним темнокрылого.

— Можно и так сказать, друг мой.

— Меня прислал Сеной.

— А почему не Семангелоф?

Гавриил на миг замялся.

— Семангелоф пал в бою с Вельзевулом.

Тот, кто называл себя Авариитом, опустил голову, посмотрел на сидевшую в полумраке ангелину.

— Сеной велел мне передать тебе Меч Жизни и обещал, что ты мне всё прояснишь.

— Так и будет, друг мой — проходи.

Гавриил сложил крылья и протиснулся в довольно узкую дверь. Меж крыл у него висели ножны, в них покоились два меча. Один, судя по рукояти, обычный, а второй — тот самый меч, которого ожидал Авариит.

Гавриил медленно снял с себя Меч Жизни вместе с ножнами. Пройдясь по ним взглядом, архангел посмотрел на Авариита, который глядел ему в глаза всё это время. Выдохнув, Гавриил протянул ножны темнокрылому. Тот принял их без проявления каких-либо эмоций. Он просто принял Меч, даже искоса не посмотрев на великую вещь, коя не должна быть в неизвестных руках.

— Итак, друг мой. Сейчас Я поведаю тебе о плане, родившемся сотни лет назад у многомудрого Семангелофа и не менее мудрого Сеноя. Моя роль в нём пока минимальна. Твоя пока что тоже.

— Моя роль? — Удивился Гавриил. — Я был частью плана, в который меня даже не посвятили?

— Ты до сих пор часть плана. Семангелоф увидел в тебе нейтралитет и оказался прав — ты до последнего не вступал в распри братьев. Ты хранил Ирий. Так Семангелоф предрёк то, что придёт день, когда Михаил повергнет Люцифера. Уверен он не был, но такая возможность была. Тогда было принято решение ради всеобщего блага мне помочь Михаилу в этом. Тогда началась моя роль.

— Кто ты? Я никогда не знал о тебе, но чувствую в тебе силу огня не меньшую, коей владею сам.

Авариит улыбнулся. Впервые он обратил взор на Меч. Взявшись за рукоять, он медленно изъял его из ножен. Закрыл глаза и выдохнул.

Гавриил почувствовал, как завибрировал воздух вокруг неизвестного ему ангела. Кожа того начала чуть заметно светиться, чем больше проходило времени, тем ярче. Вскоре Гавриилу пришлось прикрыть глаза рукой. В свете не было видно, что происходит там — но ощущались некие изменения, коих Гавриил раньше никогда не ведал.

Свет угас, Гавриил убрал руку и замер, прекратив даже дышать.

— Теперь ты знаешь, кто Я.

— Как это возможно, Азраил? Люцифер убил тебя…

— Эта была моя роль в первом акте плана Семангелофа.

— Но как?..

— Меч Смерти — тот, в чьих руках он был в момент смерти — бессмертен. Нужно лишь тело, в которое вернётся душа из великого безмолвного полёта. Этими телами были тела Авариита и Касандры.

— Если ты Азраил, то она…

— Немезия — ты прав.

Гавриил поймал себя на мысли, что его мысли бессовестно читают.

— Да — читаю, прости. На моей возлюбленной была часть меча, которая спасла и её. Она не была посвящена в план, но, по воле судьбы, стала его частью.

— Зачем учитель пожелал помочь Михаилу?

Мысли Гавриила не могли найти покоя.

— Всё это ради того, чтобы, не выходя за рамки Закона, вернуть Единому миру единство. Смерть Люцифера запустила череду событий, которые были предугаданы Семангелофом. Конечно, он не мог предвидеть рождение Арвинга, не мог предвидеть участия берсерков, но то, что после гибели одного из действующих архангелов от руки брата будет повторный турнир — да.