По следу пламени - Доктор Вэнхольм

звери, в этих местах дохли достаточно часто. Оттого путникам то и дело попадались покрытые слоем забвения хутора. Кого-то в объятия смерти толкали банды, кого-то – болезни и нищета. Причины были разные, и то и дело тела можно было найти вдоль дорог, куда, не медля, сходились трупоеды. И ладно, если это был бы один какой-то конкретный монстр. Один биологический вид. Но нет. Падальщиков было много, начиная от жуков-переростков, похожих на отвратительные склизкие личинки, вылезшие из глубин хтонического ужаса, и различного рода ящерообразных созданий-троглодитов и заканчивая вполне гуманоидными формами.

И Кора это тоже понимала. Если сейчас им не повезёт встретиться с целой ордой таких тварей, то будут плакать и лошади с фургоном, и они сами. Поэтому она передала поводья в руки Норико, а сама спрыгнула на землю.

Её волосы в этот момент начали удлиняться, покрывая всё тело. Затем позвоночник с хрустом перестроился, образовав на спине мохнатый горб, и девушка значительно увеличилась в объёмах, вновь представ перед остальными обликом бурого медведя.

Йорик, видя эту неестественную для взгляда лошади картину, заметно напрягся, и Орикс натянул поводья, дабы утихомирить его. Роза по призыву быть наготове обратилась к книге, произнесла что-то на непонятном языке, а затем коснулась груди. От точки прикосновения тут же, подобно трещинам, пошли небольшие серебристые разрывы, покрывающие тело тоненькой плёнкой. Незримой, но ощущающейся. Полуорк, видя применение заклинания, сопровождающееся маленькими всполохами искр, вылетающих из отверстий в стенах фургона, хмыкнул, а затем достал меч, решив не заморачиваться.

Норико, сжимая в руках поводья, сидел на козлах и сосредоточенно глядел на дорогу, растягивающуюся впереди кривой линией. Его взгляд бегло осматривал деревья, кусты, каждую подозрительную кочку. Хоть источник запаха, улавливаемый им, всё ещё был далеко, опасность в этой глуши могла поджидать где угодно.

Он настолько увлёкся выслеживанием возможного противника, что даже не отреагировал на вопросы выбравшейся к нему Розы. И только со второго раза отмахнулся о том, что броня ему не нужна. И всё же некши, насупившись, сотворила магический доспех и на него.

Правда, сам Норико оставил это без какого-либо внимания. Принял ли он это как должное или предпочёл довериться своей полуконтролируемой способности, сказать не могу. Однако вокруг него, изрядно удивив и даже испугав Розу, возникли небольшие тёмные частицы, чем-то напоминающие кровавые капли.

Когда они говорили в казармах, островитянин сказал, что не может это контролировать, и иногда они возникают сами собой. Однако сейчас никаких ситуаций к их появлению не возникало, что наводило на душе лёгкую гущу подозрений. Впрочем, Норико оставался ей верен, да и пока ничего не располагало к тому, что это его «умение» он может применить во вред.

Орикс же, видя и слыша часть их разговора, немного поразмыслил и решил попробовать защитить магией и себя. В Стоунхилле у него вышло это сделать, но тогда тело покрыли странные руны. В лагере его колдовство привело к смерти человека. Жестокой и мучительной. Поэтому теперь ему было несколько боязно применять какие-либо заклинания.

И всё же он попытался. Также, как и Роза, произнёс небольшое наречие, приложил руку к груди, вот только вместо расползающегося по телу доспеха он лишь почувствовал, как с его ладоней на дорогу осыпался целый ворох стеклянный осколков.

- Ай, что это!? – звон неприятно ударил по ушам Розы. Прижав их, она обернулась в сторону и добавила. – Ты так неумело колдуешь?

- У меня, когда по мне бьют, иногда щит появляется, - Орикс неуверенно почесал макушку закаменевшей ладонью. – И я вроде знаю, как это правильно делается. А вроде и нет. Хотел попытаться сделать, чтобы он у меня постоянно был…

- Тебе надо больше тренироваться… - некши потёрла уши, морщась от свербящего ощущения. – В наложении заклинаний.

- Я знаю… - холодно бросил Орикс, прекрасно это понимая. – Но знаешь, я ж не волшебник.

И всё же он попытался вновь и напрягся так, что от усилия затряслись руки.

- Давай… Ну же… - проскрежетал полуорк зубами, и с ладоней, казалось, посыпалось ещё больше стекла.

«Чёрные соколы» продолжали двигаться вперёд, и вскоре на очередной развилке с едва заметной тропой, уходящей в лесную чащобу, обнаружили относительно свежие лошадиные следы, быстро убегающие в противоположном от запаха направлении.

А, проехав чуть дальше, наши герои заметили и свежую колею. Дорога, по какой двигался их отряд, постепенно возвышалась, опутывая собой небольшой холм. Огибая его, ниже она круто срывалась в лесную гущу, и склон уходил далеко-далеко, усеянный множеством препятствий в виде древесных стволов.

К сожалению, надежда о том, что удастся найти повозку целой, рассыпалась, когда след колеи в какой-то момент вдруг резко свернул направо и, смахнув за собой целый кусок грунта, полетел вниз. Видимо, что-то испугало лошадей и те помчались прочь, а поворот заставил повозку улететь с дороги.

Кора резко остановилась, преграждая путь, при виде этой картины. Лошади, следовавшие за ней, встрепенулись, и Норико, скривившись, натянул поводья, тормозя и их.

- Что ж, берём манатки и идём на развеку, - он цыкнул, сохраняя сморщенную мину, а затем согнал фургон с дороги.

- Божечки… Это точно та повозка, какая нам нужна? Я надеюсь, что на них просто звери напали, а не культисты какие-нибудь, - процедила, заволновавшись, Роза и спустилась на ноги.

- Я так понимаю, ты их уже везде видишь, - Орикс спешился и упёр руки в бока. Роза взглянула на него и увидела, что его ладони покрыты твёрдой коркой из синего стекла, окружающей их, будто латные перчатки.

- Е… А… Что с твоими руками? – в ступоре она посмотрела на них, потом на его лицо, и орк-полукровка невинно пожал плечами.

- А… Я не понял, что я сделал. Зато я могу так, - он подошёл к одному из деревьев и с силой вмазал по стволу. Его непонятная перчатка слегка оцарапалась, а с самого дерева отломился изрядный пласт коры. – Я не знаю, как я это сделал. Но это неплохо.

Норико также спустился на землю и почти сразу подошёл к склону, перекинувшись через него взглядом.

Пропаханная земля, будто повозка, съехав с дороги, ещё пыталась вывернуться. Но не вышло. Она полетела вниз по практически вылизанному участку склона, не настолько крутого, но уходящего вперёд на несколько десятков метров. И теперь всё это расстояние усеивали деревянные обломки, остатки груза и кровавые следы. А в самом конце, ударившись о два сросшихся кряжистых дуба, вся эта груда, наконец, остановилась. И где-то там,