Обратный отсчет: Распад - Токацин

и уткнулся взглядом в пол, не реагируя на подначки Джона Мэллоу и фырканье Дальберга. Гедимин его не трогал — он, устроившись так, чтобы ничего не прикасалось к повреждённому боку, читал очередной том «бреда о космосе» и подсчитывал про себя ошибки и нелепости.

— Не хотел! — передразнил байкера Джон. — Да ну? А выглядело, как рейд на базу тесков! Делишься опытом с новичками, а, Чицу?

Люнер поморщился.

— У меня в мыслях не было прыгать по крышам. Нельзя было ей трогать ограду под током. Не успел сказать…

Он прерывисто вздохнул и покосился на дверь, по-прежнему не поднимая взгляд слишком высоко.

— Прямое нападение, — продолжал Мэллоу, переглянувшись с Дальбергом. — И не на кого-нибудь, а на механика Джеда. Джед, как твой бок?

— Заживёт, — буркнул сармат — ему не нравилось, что его отвлекают от книги. — Не трогай Люнера. Я сам влез.

«И показал себя последним идиотом,» — мысленно добавил он. «Ладно бы ты был в скафандре!»

— Мы не хотели обижать тебя, Джед, — пробормотал Люнер, слегка покраснев ушами. — Ни я, ни Кимри. Нельзя было трогать ту ограду…

— Ограда или что иное, — Мэллоу протяжно вздохнул. — Ты, Люнер, приходишь сюда, как к себе домой. Надо бы тебе куда-нибудь переехать. Подальше от тюрьмы, чтоб не тянуло.

Люнер, внезапно вскинувшись, посмотрел на него недобрым взглядом.

— Куда это?

— На Землю, — Мэллоу пожал плечами. — Земля большая. Там, если не врут, за городскими куполами хватает места для прыжков и полётов. И при этом не нужно покупать кислород. Переезжай!

Люнер фыркнул.

— Не смешно. Я — лунарь, и, сколько бы раз меня сюда ни запихали, я с Луны не уеду. Это моя планета, понятно?

Гедимин, прикрыв книгу, задумчиво посмотрел на него. «Моя планета,» — повторил он про себя; перебранка Люнера и Мэллоу сама по себе его не занимала, но последние фразы задели что-то в мозгу и засели в нём накрепко. «Осталось найти мою планету. Раз уж не осталось ни города, ни станции…»

25 декабря 24 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Бубенцы, бубенцы… радостно звенят… — еле слышно напевал Мэллоу, перебирая вороха ярких обёрток. И его койка, и постель Дальберга, потеснившегося и заползшего в угол, были сплошь засыпаны контейнерами и коробочками. У Гедимина улов был поскромнее — контейнер чистой Би-плазмы от доктора Фокса, чайный концентрат и открытки из «Сюаньхуа» и каталог новинок для флипперов — подарок Люнера. Каталог попал к сармату на замусоленном диске, еле-еле открывшемся на его смарте, — это было не официальное издание, а сомнительный файл, набранный где-то на Земле. «Резервные нитроускорители,» — Гедимин лениво пробегал взглядом по строчкам, снабжённым небольшим смазанным фото. «Имитатор шума двигателя. Накладки на штурвал… Что? Какой ещё ядерный ускоритель⁈»

«Специальный ядерно-ирренциевый ускоритель,» — сообщал каталог. «Сделан по сарматским секретным чертежам. Взлетишь, как на крейсере!»

«Hasu», — Гедимин досадливо сощурился. «Надеюсь, эти идиоты не расковыряли в самом деле какой-нибудь ЛИЭГ…»

— Ну что, собратья по несчастью, — Мэллоу сгрёб все упаковки в кучу на середине постели и повернулся к решётке. — Этот год был не так уж плох, верно?

Дальберг поморщился.

— Мэллоу, ты когда займёшься делом? Кого ты оставляешь вместо себя? Осталось четыре месяца — некуда тянуть!

— А, — Мэллоу откинулся к стене и протяжно вздохнул. — Преемник. Четыре месяца, Дальберг! Это кошмар как много. Ты что, уже боишься, что без Джона Мэллоу всё развалится?

Дальберг сердито фыркнул и покосился на Гедимина, как бы призывая его в свидетели.

— Не над чем смеяться, Мэллоу. Если Ривз на пару месяцев притих, это не значит…

Мэллоу отмахнулся.

— Ривз сам выйдет в июле — и я не знаю, как там у него с преемниками. Что ж, посмотрим, кто у нас есть… Сам механик Джед, например.

Дальберг поморщился.

— Он сто раз тебя просил не мешать ему спокойно жить. И, при всех его достоинствах, организатор из него так себе.

Гедимин отложил «читалку» — кажется, то, что обсуждали соседи, касалось его серьёзнее, чем он думал.

— И меня не проси, — продолжил Дальберг. — Я веду списки — буду их вести и дальше. Твоя работа — твоя.

Мэллоу открыл было рот, но в ту же секунду закрыл и кивнул.

— Мас тоже не подходит, — сказал он, задумчиво глядя на маленький листок, сплошь покрытый наползающими друг на друга словами. — Хотя сам рвётся… вот поэтому и не подходит.

— Так можно долго перебирать, — сказал Дальберг. — Я бы посмотрел среди новичков зелёного кода. Кто-нибудь, кто задержится тут на два-три года…

Мэллоу задумчиво посмотрел на список.

— У меня тут трое на примете. Трудный выбор… Вот, например, Альвин Лоренц…

Дальберг, собрав в кучу на краю койки все упаковки, придвинулся к нему и склонился над списком.

— Лоренц? Он тут на три года. Нормально… Попробуй поставить его на главный пост в предбаннике — сойдёт за проверку.

— Вот так вот сразу? — недовольно отозвался Мэллоу. — Я бы начал с поста поменьше…

Гедимин ещё несколько секунд прислушивался к оживлённому обсуждению, потом, пожав плечами, снова включил смарт. Ни одно из называемых имён не было ему знакомо, и сказать ему было нечего.

«Мэллоу уйдёт,» — повторил он про себя, покосившись на соседнюю камеру. «Этого нового главаря переведут сюда? Или Дальберг переедет к нему?.. Опять придётся запоминать имена „макак“. Почему они все в голове так путаются?..»

02 января 23 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Праздники кончились, — со вздохом сказал Мэллоу, заглядывая в контейнер с едой. — Дальберг, у тебя не завалялся кекс?

Сокамерник Мэллоу, сегодня особенно хмурый и невыспавшийся, буркнул что-то неразборчивое. Гедимин щёлкнул пальцем по вскрытому контейнеру с