Гоша Каджи и Венец Гекаты - Игорь Рябов

Гонка преследования продолжалась минут двадцать. Каджи даже успел не без основания забеспокоиться, а смогут ли они с девчонками выбраться назад самостоятельно, если декан Даркхола по какой-либо причине исчезнет из виду. Но по прошествии еще пяти минут профессор Батлер, внезапно свернув на одном из многочисленных перекрестков влево, прошел лишь полтора десятка шагов и остановился, уткнувшись в тупик. Осторожно выглянув из-за угла, любопытная троица увидела, что учитель замер в тесном сводчатом обрубке коридора перед кирпичной кладкой. Она была ужасно грязной, покрытой вековым слоем пыли, опутанной толстой бахромой паутины. Хозяин последней — жирный паучина с толстым пузырем мохнатого брюха, сидел в ее центре, раскорячив длинные членистые лапы, совершенно безучастный к посетителю. Возможно только до той поры, пока тот не запутается в липких нитях и не обессилит от безуспешных попыток вырваться на свободу.

Своч не стал проверять правильность мыслей Каджи, а направил кончик волшебной палочки пауку в голову.

— Хасгон троблес, — жестко и четко скомандовал преподаватель защиты именно от таких тварей.

К немалому изумлению ребят паук вместе со всеми своими традиционными атрибутами, включая даже пыль и грязь, сперва задрожал, заколыхался, будто мираж в пустыне, потеряв четкость изображения, а затем и вовсе пропал. Исчез он в одно мгновение ока, словно и не было его здесь никогда. А стена, преграждавшая путь, бесшумно осыпалась сверкающими крошками вниз. Батлер нетерпеливо шагнул вперед, едва дождавшись, когда исчезнет последняя искорка на полу. Впереди открывался сравнительно большой ярко освещенный зальчик, похожий формой потолка на шатер. Да какой к окаянному зальчик?!

Обычная полянка, ограниченная с трех сторон стенами, а сверху выгнутым мягко фосфоресцирующим куполом. Сразу за исчезнувшей стеной каменный пол резко менялся на сочную зеленую траву, настолько неуместно смотревшуюся в подземелье, где не бывает солнечного света, насколько нелепым выглядел и маленький водопадик. Он неширокой, чуть больше полутора метров, лентой неспешно ниспадал с потолка, закрыв часть противоположной входу стены. Вода исчезала в небытие прямо в том месте, где соприкасалась с полом, не то проваливаясь этажом ниже, не то вульгарно испаряясь. Но самым странным обстоятельством для ребят оказалась давящая на уши тишина. Им так и подумалось — «мертвая тишина».

Именно к миниатюрному водопаду декан Даркхола и направился, спрятав волшебную палочку в карман. А друзья, воспользовавшись благоприятным моментом, прокрались внутрь зальчика, благо шагов на траве совсем не было слышно. Но дышать им теперь приходилось через раз. Вот только любопытство оказалось настолько сильным и большим, что они рискнули сократить расстояние, отделяющее их от преподавателя, до минимума. Все ж таки весьма интересно, что привело Своча под эти своды? Ведь не умыться перед сном он сюда крался. А по другому охарактеризовать непривычный способ передвижения Батлера по замку у ребят язык не поворачивался.

Учитель долго стоял около водопада, массируя в задумчивости свой заросший колючей щетиной подбородок. Каджи с внутренним смешком подумалось, что Батлер медитирует, досыта напиваясь очередной порцией ехидства, с которым он навек сроднился. Теперь стало понятным, откуда он постоянно пополняет свои запасы зловредности. Представить Своча без ироничной, саркастической или подобной им ухмылки было так же трудно, как и застать Верд-Бизара сидящим перед зеркалом и накладывающим на свое личико вечерний макияж перед выходом в светское общество. Гоша попытался представить Этерника, внезапно застигнутым за подкрашиванием губ помадой, тихонько фыркнул и незамедлительно получил сразу с двух сторон кулачками по ребрам. Абсолютно не болезненно, но желание продолжать и дальше веселиться тотчас пропало.

Да и преподавателю наскучило таращиться на отвесно падающую воду, застыв в бездействии. Декан факультета темных волшебников легонько прикоснулся кончиками пальцев левой руки к стекающим струйкам. Уже через мгновение водопад подернулся тонким прозрачным ледком, сковавшим его в морозные оковы. Только, наверное, такое сравнение не совсем правильное. Замысловатых узоров, обычно появляющихся при этом, не наблюдалось. Скорее вода превратилась в некое подобие стеклянной поверхности, такой же ровной и гладкой, хотя рассмотреть скрывающееся за этим «стеклом» не представлялось возможным.

По всей поверхности «экрана» клубилась сизая мутная пелена, активно перемещаясь, сталкиваясь, разлетаясь в стороны, завихряясь причудливыми сгустками, разбрасывая в разных направлениях нити-щупальца. Но не успели ребята и пару раз моргнуть, как туман стремительно обрел четкие и красочные очертания, будто фотография наконец-то проявилась, вволю накупавшись в ванночке с раствором. Хотя, какая уж там фотография. Скорее фильм. Из разряда совсем ненаучной фантастики, то есть в стиле фэнтези. Вот только звук отсутствовал, видать Своч бракованную копию тиснул из творческих мастерских Мосфильма. Зато изображение поражало своей правдивой реалистичностью, красивыми декорациями и неплохой подборкой знаменитых актеров на главные мужские роли. Женские в демонстрируемом эпизоде по сценарию не предусматривались. Но финальная сцена фильма определенно тянула на статуэтку Оскара, «Золотую малину» и престижную премию Кинотавра одновременно.

Каджи, повзрослевший, возмужавший и превратившийся в довольно привлекательного юношу, талантливо, не смотря на свою молодость, играл самого себя. Он полусидел, полулежал, вжимаясь спиной в шершавую каменную кладку. Судя по крупным блокам, из которых она была сложена, стена принадлежала очередному замку. Возможно, что даже и Хилкровсу. Для более точной идентификации места действия не хватало перед этим действием запустить общий план, когда камера сперва неспешно скользит по окрестностям, а уж затем резко устремляется в гущу событий.

Если посмотреть на сильно потрепанный вид, то Гоша, определенно, совсем недавно поучаствовал в крупной разборке. Костюмеры постарались на славу, реалистично воссоздав следы побоища на его одежде. А точнее, на ее жалких остатках и обрывках. Грим тоже был наложен идеально. Надо отдать должное легким рукам специалистов, сумевшим так правдоподобно исчумазить, окорябать и зафингалить личико актера, что сразу становилось понятно: недавно закончившуюся битву парнишка проиграл целиком и полностью. И сломанный, висящий на волоске, кончик волшебной палочки, которую парнишка продолжал упрямо сжимать в правой руке, не оставляла никаких иллюзий относительно произошедшего.