Если бы я знал - Рейн Уайт

знакомства Джой подхватывал неловкого Никиту. Удержать его

за плечо не мешало ничто.

― Профсоюзная пятнадцать… ― пробурчал тот, справившись с майкой.

― Слышала? ― уточнил Джой у Лерики. ― Отлично.

Сможешь?

Лерика была его золотцем, потому что могла ― всегда и

всё могла, стоит заметить. Что бы ни случилось, как бы он ни

умалчивал от неё свои «отношения с тем милым брюнетиком», вызывая недовольные взгляды и даже бойкоты в пару дней

молчания, Лерка была незаменимым другом.

― Через пять минут буду, ― бросила она, отключаясь.

Джой знал, что сейчас подруга помчится на выручку, как

заправский Шумахер. Так нахально забыть о заказе ― те ещё

неприятности, которые могут больно ударить по рейтингам и

будущему бизнеса.

― Ты уходишь? ― раздался откуда-то сбоку голос

Никиты.

Джой отреагировал не сразу. Занятый мыслями о работе, он с панической скоростью натягивал мятую одежду. Чёрт-чёрт-чёрт! Тёмная рубаха и голубые джинсы ― не презентабельно, но для детей должно сойти. А избавить от кругов под глазами, чтобы не выглядеть, как наркоман, можно будет Лерику

попросить, у неё всегда косметика есть.

― Ага! ― наконец отозвался Джой, поправляя у зеркала

чёлку. Уложить бы…

― А как же… ну там, чай?

Джой подхватил сумку, закинул в неё телефон, осмотрел

зал в поисках чего-нибудь мелкого, но важного ― мало ли, что

забыл?

― Слушай, давай потом?

Ники не ответил. Он следил за Джоем с такой тоской, что

душу затапливало одновременно щемящей нежностью и

ликованием. Неужели ему не по себе, что Джой сбегает в такой

ответственный момент? Можно бы остаться, можно проверить, но… если Джой подведёт Тараса, то пора будет искать другого

ди-джея в команду. А если останется, не факт, что не получит

очередное динамо.

Увы, Ники потерял свой кредит доверия ещё в прошлом

году. Или в новый год.

― Созвонимся, хорошо? ― добавил Джой, обуваясь.

Ботинки были ещё влажные, но и это его не волновало.

― Да, как скажешь… ― грустно согласился Ники.

Он даже сам открыл дверь с хитрым замком, отодвинулся, пропуская и провожая всё тем же взглядом. А потом вдруг

выругался, в самый последний момент перехватывая Джоя за

запястье.

― Твою мать… Стой!

Джой обернулся, и Никита коротко склонился к нему, чмокнув в нос. Как-то трогательно и по-детски невинно на

контрасте с предыдущим их поцелуем.

― Только не забудь, не как я, ― выдохнул он.

― В отличие от тебя я всегда знал, чего хочу, Ники, ―

усмехнулся Джой и пообещал: ― Не забуду.

Он освободился и бросился вниз по ступеням, тайно

надеясь, что Лерика ещё не успела подъехать, а Тарас не

прибьёт его за забывчивость. Хотя в голове всё равно крутилась

последняя сцена. Что это было? Какого хрена Ники внезапно так

передумал? И стоит ли вообще ему верить?

А перезвонить… вечером он так замотался, что лишь

сумел написать: «Дома, падаю спать», ― отчитался, раз Ники

просил. Следующие два дня снова прошли, как в аду, частично

из-за работы, частично из-за дум об отпуске (ехать или нет?), а в

четверг случилось то, что пошатнуло его отношение к

происходящему и в хорошем, и в плохом смысле.

Глава 4

Джой как раз ужинал у родителей, когда пришло

сообщение.

Ники: «Ты сегодня где работаешь? Могу позвонить».

Вот так внезапно. Нет, Ники и до того писал, интересовался о здоровье, делился впечатлениями от

просмотренных фильмов в голосовых сообщениях, но Джой

настолько погряз в разгребании работы, что отвечал коротко и

почти односложно. Да, всему виной работа… Ой, да кого он

обманывал? Просто Джой чувствовал, как что-то изменилось, и

ему было страшно.

Он переоценил себя, не думал, что стоит Никите сделать

шаг навстречу, сил придерживаться плана не останется.

Чертовски переоценил! И теперь… теперь Джой уже несколько

дней размышлял: а что, если. Если он рискнёт просто

попробовать? Ники опять устроит показательное выступление и

сбежит? Или стоит действовать сразу наверняка?

Потому Джой никуда не поехал в отпуск, поэтому сейчас

он ужинал на кухне родительской квартиры, с удовольствием

уплетая разогретые чебуреки и салат. Он позорно боялся

возможного.

Джой: «Я не работаю, звони».

Боялся Джой зря, сегодня Ники волновало другое. Тим

Егоров, который теперь имел полное право шляться по клубам,

― наконец-то перевалил восемнадцатилетний рубеж, ― опять

сбежал от