Театр для теней. Книга 1 - Наталия Аникина

Он не понимал, каким образом фрукты могли наделить его теми потрясающими возможностями, которые он обнаружил у себя вчера, и откуда эти яблочки взялись у Фай. И, главное, как этой безднианской кошке могло прийти в голову дать отведать их неподготовленным существам?! Ведь они с Мейвом запросто могли рехнуться от такого угощения.

— Она сумасшедшая, совершенно безумная кошка… — пробормотал он.

— Да, Фай чокнутая, но насчёт Лэннэс она в чём-то права, — раздался голос с верхней кровати, а затем послышалось характерное шмыганье носом. — Лэннэс — место неограниченных возможностей. Сам подумай, где ещё ты можешь встретиться с существами абсолютно любой расы, из любого мира, владеющими любыми знаниями, навыками… и вещами тоже любыми? Да-а… — Мейв, уютно устроившийся наверху, широко зевнул и откинулся на пёструю подушку, мечтательно глядя в потолок. Анар не знал, какие диковинные артефакты грезились сейчас Куцехвосту и с чего он взял, что их нельзя найти в любом другом шенавене, но это и не волновало его.

— Я понимаю, — сказал он, — для неё Бездна — наркотик, и, обретаясь в ней, она переживает такое, чего мне, наверно, никогда не испытать. Но вот ты… ты что тут делаешь? Зачем ты живешь здесь?

— Любопытство, демон его сожри! Наше сладостное проклятие. Хочу знать всё! А Лэннэс, доложу тебе, подходящее местечко для такого рода сумасшествия, — ответил Мейв, поворачиваясь на бок и натягивая одеяло на острое плечо. — И сдаётся мне, что вчера я получил по мозгам как раз за это своё порочное желание.

Анар вопросительно посмотрел на него.

— Ну да, я как только понял, какой эффект дают эти сливы, как последний идиот, ошалел от радости и сразу же захотел узнать всё — всё!. Стал метаться от одного образа к другому, выжимать из Бесконечного информацию, нырял в неё всё глубже, впитывал, впитывал её, а потом, когда уже перестало влезать, понял, что тону в ней, стал захлёбываться и ничего не мог сделать. Думал, мозги мне разнесёт к лиарам! — Он резко потряс головой, словно желая услышать, как его мозг бултыхается в черепе. — Вроде на месте… Никогда больше не буду ничего таскать у Фай… Стоп, а ты чего такой бодрый? Ты ведь тоже их ел?

— Да, но у меня… более умеренный аппетит. «Стол» был настолько чудно сервирован, что мне показалось неприличным… нажираться, — с трудом подобрал слова Анар и посмотрел на Мейва: не обиделся ли тот на такую метафору?

Куцехвост не обиделся.

— Так значит, у тебя получилось выбирать самые лакомые кусочки? — с долей зависти подыграл собеседнику безднианский алай. — Ты смог дотянуться до чего-то определённого, а не просто скользить от образа к образу? Надо же, а меня как-то сразу подхватило и затянуло… ужас, ужас, — он зашуршал по одеялу обрубком хвоста.

— Не совсем так. Я не о том, — покачал головой Анар. — Я не стал ничего узнавать, хотя и мог. Эти знания… они не принадлежали мне. То есть — они не были предназначены для того, чтобы я ими пользовался.

— Как это? — свесился со своей верхотуры Мейв.

— Как… — задумчиво поскрёб за ухом Анар. — Даже не знаю, что и сказать. Вот как костёр: разумно около него греться, но прыгать в него не стоит, как бы ты ни замёрз. Если ты не харнианец, конечно, — улыбнулся он задумавшемуся Куцехвосту и вздохнул: — Нет, плохой пример. Дело не в том, что я почувствовал, что… нырять глубже опасно, просто я понял, что… — алай пытался облечь свои ощущения в обыденные слова, но на ум приходили одни патетичные фразы, — что копаться в памяти Бесконечного — не есть хорошо. В конце-концов, все мы — его части, и не уважая его, мы не уважаем самих себя, — пожал плечами Анар.

Мейв бестактно зевнул, влажно блеснув клыками. Анар почувствовал: если мгновение назад Куцехвост завидовал ему, то сейчас испытывал едва ли не презрение к такому образу мыслей.

— Да, не сошлют тебя в Бездну, никак не сошлют, — сочувственно покачал головой Мейв, будто его собеседник с детства бредил жизнеописанием алаев-изгнанников и мечтал повторить их судьбу.

Игнорируя удивлённый взгляд Анара, Куцехвост, всё с тем же видом скорбящего о дурных нравах, царящих среди молодёжи, потянулся к полочке над кроватью, где раздражающе мерцал ночник, и, отодвинув стакан с букетиком маринующихся в остром илтейском соусе хвостиков безднианской мыши, с тихим скрипом открыл витражную дверку лампы. В комнату пахнуло сладковатым ароматом — видимо, истаявшая свечка и была источником чудесного запаха. Послюнявив пальцы, Мейв положил конец агонии фитиля, тонущего в кратере огарка, осторожно, боясь расплескать лавандовый воск, достал догоревшую свечу, поставил её на полку и поселил в фонарь новую, цвета молодой листвы.

— Это почему же не сошлют? — привстал со своего матраца Анар.

— А потому, что мыслишь ты с подобающей всякому добропорядочному алаю ограниченностью, — глуховато, из-под натягиваемой им рубашки, ответствовал Мейв.

— Вот те раз, — весело фыркнул Анар, плюхаясь обратно.

Взгляд его упал на висящее на стене зеркало с обкусанными краями, и он обрадовался, что может смотреть на Мейва, больше не мучая шею.

— А как же? — одёрнул помявшийся воротник Куцехвост. — Если бы дело обстояло иначе, тебя бы отправили прямёхонько сюда. Как нас с Фай.

— Тебя тоже сослали? Я не знал, — сочувственно признался Куцехвосту, тоже отыскавшему в зеркале отражение собеседника, Анар. — И ты хочешь сказать, что вас сослали… за инакомыслие?

— Вроде того, — хмыкнул тот. — И никакое расположение к нам тогдашних бриаэлларских властей, ни искреннее их желание помочь нам выпутаться из того, во что мы ввязались, не помогло.

В голосе Мейва не было и намёка на обиду, видимо, он считал своё изгнание справедливым и разумным решением Совета.

— А ты знаешь, что Фай была одной из Сотворённых? — вдруг спросил он.

— Да.

— Это хорошо. Так вот, она всегда была немного иной, чем другие. У неё не было в мозгах неких… запретов. — Он сделал таинственную паузу и, входя в свой обычный рассказчицкий раж, упредил вопрос Анара, воскликнув: — И брось ты эту свою привычку как эхо повторять последнее слово — я сам объясню! Вот тебе, мой золотоухий друг, к примеру, когда-нибудь приходило в голову серьёзно задуматься о том, куда деваются твои вещи, когда ты принимаешь кошачий облик?

— Приходило, но я быстро бросил эту затею.

— А вот — почему ты её бросил? — склонил голову к плечу Мейв.

— Не знаю, она какая-то… бессмысленная, да и, как мне кажется, бесполезная, — ответил несколько сбитый с толку Анар. — Я слышал, линдоргские маги копали глубже, даже платили кому-то из алаев за возможность изучать эту нашу способность.