Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

«Да что же это такое?! – подумала Рита, – им совсем плевать на нищих. Мальчишка бедный так замерз».

Нищие, чинно разувшись у порога, тем временем шли по коридору в зал. У обоих на ногах не было носков. Слегка удивленная их наглостью Рита посторонилась, и они вошли.

– Саша, посмотри – это твой папа, – показала женщина рукой на Ритиного мужа, – а это, наверно, твой брат.

Все молчали. «Немая сцена, как в Ревизоре», – пронеслось в голове у Риты. Она инстинктивно прижала сына к себе и взглянула на мужа.

– Это Алла, – выдавил он из себя, не глядя на женщин.

«Алла?! Роковая красавица, из-за которой он пытался покончить жизнь самоубийством?! Вот эта синявка с вокзала?! Но ни он, ни свекровь никогда не говорили, что у него есть сын! Его надо спасать!» – все эти мысли вихрем пронеслись в голове у Риты.

– Это твой сын? – спросила она мужа.

Рита старалась сдержать нервную дрожь, которая охватила ее тело. Она обняла себя руками.

– Да, это его сын. Он что, не сказал тебе? – ехидно глядя на Геннадия ответила женщина.

Рита почувствовала запах алкоголя.

– У меня их пятеро. Я не могу их всех прокормить, – продолжала Алла, – а он даже алименты не платит.

– Мы его заберем. Он будет жить с нами, – неожиданно для себя твердо сказала Рита.

Муж очнулся от этих слов и стал подталкивать женщину с сыном к выходу:

– Уходите, мы завтра все решим и тебе скажем.

Рита стояла, вцепившись одной рукой в круглый стол. Когда гости повернулись к двери, она схватила лежащий на диване Данькин шарф, подскочила к мальчику и закутала его голую шею.

Вернувшись домой, Рита еще раз сказала мужу, что сын будет жить с ними.

На следующий день муж привез Сашу. Потом была долгая процедура признания отцовства, прохождение всяческих комиссий и инстанций на усыновление, официальный отказ Аллы Коровиной от сына в пользу Риты. Лишних денег в семье не было. Рита купила ему школьную форму, пару брюк и рубашек, нашила еще одежды из Гениных рубах и брюк, как она делала это для Даньки. Сшила шубку из своей старой. Их новый сын выглядел даже нарядней соседских. Было ему 7 лет, он пошел в первый класс. После развода он остался с мужем. Его новая жена, не хотела, чтоб Геннадий платил алименты, она уговорила его поделить детей. Саша сбегал от них к Рита, его возвращали. «Когда же мы виделись в последний раз? – пыталась вспомнить она, – в Балхаше в августе 1989». Он приезжал в гости к мачехе и брату, они отмечали Сашино 18-летие. Рита тогда испекла новомодную пиццу. Он был высоким белокурым и голубоглазым парнем. У нее сохранилась фотография, где она с сыновьями сфотографировалась у Дворца культуры.

Свадьбу Данила и Дэрин отмечали в доме у Макглесонов 19 февраля 2005 года. Играли ее по русскому обычаю. Рита сама написала сценарий. Готовила Рита тоже сама. Она наняла свою знакомую Янину обслуживать свадьбу. Пришли поздравить молодых братья Винсента, соседская пара Минна и Стив, Эгле с Артурасом, Тимур, бывший метеоролог из Казахстана, который учился вместе с Данилом в институте нефти, его жена Эльмира, новый друг с работы албанец Валмир. Антс, сын Матти, был свидетелем Данила. Со стороны невесты приехала только младшая сестра Бриджит со своим бойфрендом Заком, профессиональным фотографом.

Данил привез невесту. Винсент и Рита встретили их у входа с русским караваем и солью.

– Кто больше откусит, тот будет хозяином в доме, – сказала им Рита.

Оба с двух сторон вцепились зубами в булку. Победила Дэрин.

Мировой судья должен был начать церемонию в два часа. Было уже начало третьего, а он не появился. Рита начала волноваться. В половине третьего она запаниковала. Наконец раздался звонок. Судья потерялась, не могла найти Элиот стрит, где жили Макглесоны. Винсент дал ей указания, как проехать, но через 15 минут она снова позвонила и сказала, что она запуталась окончательно и не сможет приехать. Это было катастрофой. Винсент не потерял самообладания. Он попросил ее оставаться на месте, а он сейчас приедет и подберет ее. В три часа церемония все-таки состоялась. Свадьба прошла весело, с шутками и танцами. Было много подарков, среди них смешные. Винсент заметил, что Данил все ест с кетчупом. Он купил в подарок, кроме основного, коробку кетчупа. Все долго смеялись над этим. Потом Дэрин попросили мести пол. Американцам объяснили, что это русский обычай собирать деньги для молодых. Стив сбегал домой и принес чек, другие кидали мелочь, доллары, все, что оказалось в карманах. Рита бросала крупные купюры. К концу вечера Дэрин намела около тысячи долларов. Ей явно понравился этот обычай. После того, как она бросила свой букет (его поймала ее сестра Бриджит), молодые извинились и спустились в комнату Данила. Гости веселились. Молодые все не выходили. Рита постучала, никто не ответил. Она подождала еще полчаса, снова нет ответа. Через час позвонил сын и сказал, что они уже в отеле, который снял для новобрачных Винсент. Теперь Рита могла быть спокойна: сын останется в Америке.

После свадьбы Данил и Дэрин стали жить в двух комнатах в бейсменте. У них получилась квартирка с залом и спальней, отдельным входом и своей ванной. Вещи перевозили Данил с Ритой и Саша Дубко – большой русский медведь. Составили все в зале. Дэрин сказала, что сама все разберет по местам. Прошла неделя – ни одна коробка не была открыта, вторая неделя – то же самое. Рита видела, что новая сноха чувствует себя не очень хорошо. У нее начался токсикоз беременности. Рита решила помочь. Когда молодые оба были на работе, она разобрала вещи Дэрин, повесила их в шкаф, поставила на полки книги. Остальные коробки со всякой всячиной она поставила в один угол, накрыв их пледом. Расставила мебель, и получилась уютная комната – зал. Рита представляла, как они обрадуются, вернувшись с работы, но получилось все наоборот. Дэрин пришла в ярость, она закатила страшный скандал мужу, что свекровь вмешивается в ее жизнь, припомнив заодно, что он звонил любовнице, а не матери из отеля в брачную ночь. Она сказала, что она завтра же подает на развод. Когда она уснула, бледный и расстроенный Данил поднялся в комнату матери. На его злые упреки она отвечала, что от всего сердца хотела помочь им.

– Не помогай нам больше, – сердито бросил сын, уходя к себе.

На следующий вечер Рита извинилась перед снохой