Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

них высыпали на улицу, нетерпеливо ожидая приезда нодримского короля. Король же Карнеоласа нервничал и рычал на слуг. Встал не с той ноги. Королева пускала в ход всю свою любовь, обаяние и глубину тихого голоса, чтобы успокоить венценосного супруга.

Герцогиня облачилась в пышное шёлковое платье глубокого красного цвета, украшенное изумительными чёрными узорами, и суетилась вокруг своих дочерей. Атанаис, всегда наряжающаяся неторопливо, внимательно разглядывая себя в зеркале, доводя до совершенства каждый завиток волос, нарядилась даже быстрее Ишмерай, из рук которой валилось непременно всё, до чего бы она не дотронулась. Атанаис слегка припудрила и подрумянила сестру, но Ишмерай так нервничала, что не заметила, насколько выровнялся тон её кожи и насколько подошли ей эти румяна, скрыв бледность. Её нарядили в белоснежное платье с золотыми узорами, красиво убрали волосы, украсив россыпью маленьких жемчужин. Атанаис, облачённая в изумрудно-зелёное платье, восхищённо разводила руками, но Ишмерай недовольно крутилась у зеркала и разглядывала себе очень придирчиво, думая лишь об одном: «Понравится ли ему?.. Ему должно понравиться, он редко видел меня в таких платьях… Но если не понравится?..»

— Какая красавица! — восхищённо заверещала Сагрия в насыщенном шёлковом красном платье, цвет которого так шёл её густым темно-медным волосам, тщательно завитым на концах.

— А сама-то то! — вздохнула Ишмерай. — Смотри, а то Акил увидит тебя и потеряет голову!

Сагрия побледнела и опустила грустные глаза. После они метнулись к Атанаис, к её платью, высокой стройной шее, роскошному развороту плеч.

— Ваша Светлость! — вдруг удивлённо произнесла Реция, и Ишмерай обернулась.

У входа, облокотившись одним плечом на дверь, молча стоял герцог Атийский и внимательно разглядывал жену и дочерей. Глаза его довольно щурились. Наследник Атии, такой ладный и хорошенький в своём нарядном светлом колете, стоял рядом с отцом и с улыбкой глядел на мать и сестру.

Атанаис в восторге расцеловала Гаспара в щеки, восклицая, какой он милый. После подошла к отцу, шепнула ему, что он был очень красив, и чмокнула в щеку.

— Вы восхитительны, — тихо проговорил герцог, беря за руку одну дочь, затем другую, привлекая к себе жену, у которой на щеках заиграл трогательный румянец.

Гаспар решительно подошёл к Ишмерай, взял её за руку и серьёзно сказал:

— Ты очень красивая.

Девушка изумлённо поглядела на него и заливисто рассмеялась.

— Какой ты серьёзный! — воскликнула она, обняв брата. — Какой ты хорошенький! — и заговорщически понизила голос, шепнув: — Если Адиль не влюбится в тебя, она будет полной дурой.

— Ишмерай… — буркнул тот, густо покраснев до корней волос.

«Как было бы хорошо, если бы я тоже могла подойти к Марку, сказать, как рада, что он вернулся, и также подставить губы для поцелуя, как матушка сейчас сделала для отца?… Но вместо этого я буду стоять рядом с остальными придворными и глядеть на него своими несчастными… — девушка вдруг спохватилась и глубоко задумалась: — Но почему я не могу сделать этого? Почему я не могу решительно подойти к нему и открыться? Да, я боюсь отказа. Но если он отвергнет меня — поделом. Мне осталось в Кеосе так мало! Я буду искать его общества, попрошу его поговорить со мной, даже если он будет окружён толпой своих мерзко хихикающих друзей! Я скажу ему все-все! Как мечтала о нем ещё в Эрсавии, как ждала его здесь, во дворце, как поссорилась с отцом! Только ради него!» — глаза её засияли, а щеки покрылись таким восторженным румянцем, что Атанаис, поглядевшая на нее, удивлённо улыбнулась.

У входа в замок на роскошной белокаменной лестнице стоял Его Величество король Арнил и Её Величество королева Альвария. За их спинами сгрудились любопытные придворные. По обе стороны от лестницы стояли вооружённые воины в позолоченных латах. Ближе всех к королевской чете стоял первый министр Лирн Карн, после — герцогская семья.

Наконец, у золочёных ворот крикнули «Едут!», и у въезда показалась седая голова короля Густаво и золотая курчавая его сына Теро. Рядом ехала сестра короля, принцесса Плио, счастливая, сияющая, ибо она вновь воссоединилась со своим мужем и сыном, которые с улыбками ехали по обе стороны от неё. Рядом с нарядным Акилом ехала златоволосая сестрица Адиль в белом платье. Сагрия и Гаспар беспокойно затоптались на месте.

Процессия была огромна — по обе стороны и позади от высокопоставленных лиц тянулась грозная вереница нодримских воинов, которых насчитывалось свыше двух сотен.

— Нодрим более не доверяет нам? — испуганно пробормотал Лирн Карн, глядя на всех этих молодчиков.

— Уверен, Плио заставила его привезти сюда эту кавалерию, — тихо ответил король. — Я держал при себе её мужа и сына. Полагаю, она обиделась.

Густаво Акра улыбался, и эту улыбку можно было назвать какой угодно, но не угрожающей.

Карнеоласские принцы ехали рядом с Густаво. Дерзкую улыбку кронпринца Дарона можно было за ушами завязывать, он въезжал в Нелей так, будто захватил всю армию Нодрима. Марк же был облачен во все светлое, приветственно всем улыбался, и Ишмерай затрепетала от этой улыбки.

— Марк!.. — нежно выдохнула Ишмерай, и в гуле голосов её услышала лишь одна Атанаис.

Но за спиной принца верхом на белой кобылице в красной попоне ехала красиво одетая девушка с до того светлыми волосами, что на ярком солнце они казались белыми. И лучи, касаясь её, охватывали её головку белоснежным ореолом. Рядом с девушкой ехал полный, немолодой, богато одетый господин со светлыми волосами, большая часть которых была обесцвечена сединой.

— А вот и Омраны. Кассур Омран с дочерью. Должно быть, я был прав. И знаю, почему они едут позади принца Марка, — герцог презрительно улыбнулся. — Если дело обстоит так, Ишмерай в безопасности.

Более Ишмерай ничего не слышала. Слова отца оглушили её, и она могла только видеть. «Маргит… Маргит… Маргит…» — загремело в её голове. «Нет-нет, — тотчас начала себя уговаривать Ишмерай. — Я не знаю, почему она едет за Марком, но она просто гостья и ничего больше…Принцы пригласили их из вежливости!»

Но вот приезжие спешились и спрыгнули с коней. При этом принц Марк подошёл к Маргит Омран, взял её за талию обеими руками и помог девушке соскользнуть с высокого коня. Белокурая Маргит что-то смешливо ему промурлыкала, не сводя с него своих крупных серых глаз, и принц любезно