Попаданка из семьи Русалковых - Тали Аксандрова

называла ее то Мэри, то Китти, и ей это нравилось. На этот раз руки у нее не дрожали, и мои волосы были уложены красивыми волнами и украшены крошечными зелеными камнями. Платье тоже было зеленым, почти в цвет глаз. Открытые руки, открытые плечи. Видимо, король решил, что ведьма жаждет показать свое помолодевшее тело.

Не знаю насчет ведьмы, но остальные явно жаждали его увидеть. Я чувствовала взгляды все время, пока шла по коридорам. И особенно остро почувствовала, когда вошла в зал.

Залитый ослепительным светом, он был заполнен разноряженными гостями. Головы повернулись ко мне, по рядам прошел шепот. Люди расступились, и король торжественно призвал меня:

— Визифлюндия! Ты прекрасна!

Король сидел на троне. Рядом сидела королева. В темном, отделанном жемчугом и серебром платье. Лицо королевы скрывала густая вуаль. Руки были затянуты в перчатки.

За троном стояли Ринс, четыре принца и принцесса Рика.

— Кто хочет протанцевать первый танец с ведьмой? — спросил король.

Некоторые кавалеры побледнели, а некоторые спрятались за спины дам.

— Линс! — громко позвал правитель. — Пригласи Визифлюндию!

Блондин стоял у самой стены в самом темном и отдаленном уголке зала. Ему пришлось выйти на ослепительный свет и под пристальными взглядами пройти ко мне.

— Музыка! — громко закричал король, и заиграла музыка, заглушив слова Линса.

Если он их вообще говорил. Линс протянул руку. Я протянула свою. Блондин не смотрел на меня. Он едва-едва сжал мою ладонь и повел меня за собой. Люди поспешно отступали, образовав обширное открытое пространство.

Мы встали друг напротив друга. Рука Линса легла на мою талию, едва касаясь ее. Взгляд голубых глаз уперся в мой лоб. Играл вальс. И Линс танцевал безупречно. Мы скользили по открытому пространству ярко освещенного зала, и все взгляды были устремлены на нас. Никто больше не танцевал.

— Линс, может быть, мне не стоило об этом говорить, но ты и принцесса Рика..

— Не стоило, — твердо оборвал меня блондин.

— Но ведь сегодня на балу ее объявят женой другого! — не выдержала я.

Линс молчал.

— И ты допустишь это? — спросила я.

Он на мгновение взглянул на меня, и я встретилась с холодным пламенем голубых глаз. Нет, Линс не допустит, чтобы его возлюбленную отдали другому. Но почему он не вмешался на королевском ужине. Почему он..

— Ты уже поговорил с королем? — догадалась я.

И тут не выдержал Ринс. Принц прошел через зал и прервал наш танец.

— Я освобожу тебя от этой нелегкой обязанности, — сказал он Линсу.

Ринс обнял меня за талию и закружил в танце. Некоторым из придворных явно поплохело от того, что наследник престола танцует с ведьмой. Другие смотрели с любопытством. А королю все понравилось. И Ринсу. Он явно наслаждался тем вниманием, которые мы притягивали к себе. Король приказал всем танцевать, и вокруг нас закружились пары.

Принцесса Рика была мрачна. Сиреневое платье очень шло ей, чего нельзя сказать о мрачном выражении лица, застывшем на юном личике принцессы. На Рике было ожерелье, очень красивое, притягательно переливавшееся в свете светильников. Линс, ненадолго подходивший к трону, чтобы выразить почтение королю, почти не смотрел на нее. Но я знала, как сдержан этот мужчина.

На этом балу я не осталась без внимания. Танец с Линсом и наследным принцем, взгляды и перешептывания придворных, а потом — призыв самого короля подойти. Здесь, ближе, я увидела шею королевы, на мгновение выглянувшую из-под вуали. Шея была в розовой сыпи, так знакомой мне. Что ж, по крайней мере, это не я принесла королеве ту водичку из молодильного озера. Она сама каким-то образом добралась до запасов Ринса. Но королева взглянула на меня мрачнее тучи. Даже сквозь вуаль.

Король непрестанно общался с дамами, рассматривал танцующих красоток и мало обращал внимания на королеву. Меня же он рассмотрел тщательно.

— Все еще мечтаешь вернуться на свои тухлые болота, Визифлюндия? — поинтересовался он.

— Уже не так сильно, — честно созналась я.

— Вижу, твои пристрастия сильно изменились, — заметил он.

Надолго я застряла в этом мире. С другой стороны, никогда не любила короткие поездки на выходные на какой-нибудь курорт или в новый город. Мне всегда хотелось пожить там недельку-другую. Вот и сейчас я не торопилась. Все это временно, и лучше пока узнать здесь все хорошенько.

Король говорил со мной. И королева, и принцесса, и даже принцы взглянули на меня неприязненно. Правитель еще немного поговорил со мной и отпустил — веселиться дальше.

Однако тут, совершенно неожиданно, со мной изъявила желание поговорить королева. Я встала рядом с принцессой Рикой. Королева говорила о нарядах и прическах, и король вскоре перестал прислушиваться.

— Ступай Визифлюндия, веселись, — громко сказала королева.

Приближалось время объявления помолвки. Не знаю, почему меня так это волновало. Но я ждала этой минуты. Линса нигде не было видно. Принцесса Рика ни с кем не танцевала и даже сняла свое чудесное ожерелье. Ринс веселился во всю. Четыре принца тоже присоединились.

Иногда в толпе приглашенных мелькал шут. Его броская одежда выделялась даже на фоне ярких платьев придворных дам. Он что-то сказал король, и правитель нахмурился. Потом жестом остановил музыку и громко объявил:

— Ты прав, Грибб. Пора объявить о помолвке.

Мрачные глаза шута стали еще мрачнее. Видимо, не этого он хотел. А король подозвал стражника и что-то сказал ему.

Я посмотрела на принцессу Рику — она была пряма, горда и бледна. И еще что-то в ней изменилось. Найти Линса мне не удалось, как не выискивала его взглядом. Невольно наткнулась на мрачный взгляд шута.

Король подозвал Рику. Встал и взял руку принцессы в свою. И вот тут вышла заминка.

Начальника стражи нигде не было. Обыскали все — дворец и дворцовый сад. И даже лабиринт. Принцесса послушно стояла возле короля и смотрела прямо. Какой-то разодетый придворный, весь раскрасневшийся от волнения, долго докладывал что-то королю. И осторожно показал какую-то вещь. После чего король отпустил ладонь принцессы, махнул рукой и грянула музыка. Придворные бросились танцевать, словно только этого и ждали. А не обсудить, что же произошло. Хотя вряд ли о предстоящей помолвке было известно.

Меня никто не приглашал. По крайней мере, по доброй воле. Несколько побледневших кавалеров, отправленные своими дамами, пытались разузнать об озере, так чудесно преобразившем меня. Других отправлял король. И бал продолжался, как ни в чем не бывало. Один раз в музыку вклинились жуткие звуки, которым все почему-то поаплодировали. А мне хотелось заткнуть уши и сбежать без оглядки.

Начальника стражи так и не нашли. Поговаривали, что он сгинул в королевском пруду. Торопился в сумерках