ГРАЙЛОК - МИР ГРЕХОВ - Игорь Арье

Тень сказал об этом Вентайну, когда они во главе громыхающей колонны рыцарей проезжали под простертой рукой каменного предка, но император лишь пожал плечами. Если он и думал о статуях, то скорей о будущих - которые установят в его, Вентайна, честь. Не получив ответа, Тень умолк. Они очень мало разговаривали в походе, Тень вез знамя во главе походного строя, а подобный Солнцу обычно ехал позади, окруженный лордами и знатными вассалами. Лишь раз они поговорили достаточно долго - когда свет, испускаемый кристаллом Текейской скалы, уже померк позади, а тепло, исходящее от кристалла на башне Байвенны еще не проявилось в полной мере. Как и везде между границами областей, обогретых кристаллами, здесь было ветрено и прохладно.

- Это рубеж, - неожиданно сказал Вентайн. - Еще один. Первый был преодолен, когда я принял решение связаться с лордами. Второй, когда я отнял Отца-Солнце у красных жрецов, третий - когда решился оставить Хокси в Джагайе, где он, конечно, ткет свою паутину, надеясь поймать императора, словно муху. Еще будет рубеж, когда я взойду на корабль, потом - когда ступлю на чужой берег, и еще, и еще, и еще…

"И с каждым пройденным рубежом ты все дальше от меня и от себя - прежнего", - хотел сказать Тень. Но вместо этого спросил:

- И что ж за рубеж здесь? Так, полоса греха между обогретыми городами, таких немало в твоей империи.

- Отсюда я мог бы повернуть вспять, - задумчиво произнес Вентайн, - но…

Тут в лицо пахнуло теплом, и над горизонтом зажегся крошечный огонек - свет кристалла над Байвенной. Император придержал коня, и Тень унес знамя вперед, а подобного Солнцу снова окружили лорды и рыцари, которые по какой-то причине отстали от его величества в холодной полосе. Больше Тени не пришлось перекинуться с императором словом до самого города.

Свой флаг Вентайн велел поднять над галеоном "Счастливый Энгус" из Калхалы. Тень сразу же направился туда, а император, окруженный лордами и капитанами, остался на причале, чтобы распоряжаться погрузкой.

Капитан "Счастливого Энгуса", загорелый плотный коротышка с длинными вислыми усами, поджидал у сходней. Он ворчливо приветствовал Тень словами:

- Кто командует этим сбродом? Он ничего не смыслит в морском деле! Начинается осень, а с ней приходят шторма. Привыкли там, под своими башнями, в свете кристаллов! Привыкли к теплу и хорошей погоде!

- Эй, не ругайся ты так, - Тень спрыгнул с седла и подхватил повод. Конь уже догадывался, что сейчас его поведут по шаткому настилу на непривычно пахнущий корабль и волновался заранее. - Тебе выпала честь везти через Долгое море ни много, ни мало - величайшего завоевателя Грайлока. Он не разбирается в судоходстве, зато отлично знает, с какой стороны на бутерброд мажут масло. Сейчас начинается осень, мы заполучим в качестве добычи созревший урожай. А больше на севере взять-то и нечего.

- Врешь, парень, величайшие завоеватели давно померли и лежат в земле.

Тень поглядел на коротышку капитана сверху вниз.

- Сам ты врешь, я только что видел еще одного, и он вовсе не лежит. Ростом он вчетверо больше меня, то есть впятеро больше тебя, звать его Ирго Ужасающий, и он сделан из камня.

- Так что ж, я повезу каменную статую?

Тень уже повел храпящего жеребца по сходням, и последний вопрос капитана застал его на тряском настиле. Он бросил через плечо:

- Нет, еще хуже. Ты повезешь оригинал.

Но капитан не расслышал. На причале стали выстраиваться всадники с красивыми гербами, коротышка даже привстал на носки, чтобы лучше разглядеть великолепных пассажиров, а Тень в простой кольчуге стал ему неинтересен.

Тень пристроил жеребца в трюме, отдал знамя матросам и велел поднять на мачте. Когда он подошел к борту, чтобы полюбоваться погрузкой, Вентайн как раз приближался к трапу. Капитан, по-прежнему торчавший на причале у сходней, уставился на всадника в позолоте. Потом бросил взгляд на каменного Ирго, возвышающегося над плюмажами рыцарей, снова осмотрел императора. Сходство было несомненным. Коротышка сорвал шапку, искусно скрученную из сорока разноцветных шелковых лент, и поклонился, так что на Вентайна уставилась бритая макушка. Тень, перегнувшись через леер, помахал с высокого борта, но император не видел его, он улыбался, разглядывая склонившегося перед ним капитана. Это была искренняя улыбка.

Отплывала флотилия следующим утром. Солнце заливало причал ярким светом, и волны тепла уже потекли над городом от кристалла, вознесенного на башне. На причале собралась изрядная толпа, многие орали и размахивали шапками вслед кораблям, отважные герои тоже кричали и махали в ответ с палуб. Настроение у воинов было отличное, но уже после полудня оно испортилось вместе с погодой. Капитан оказался прав насчет осенних штормов - стоило судам удалиться от кристалла Байвенны, небо заволокло тучами, потом пошел дождь. Ветер налетал порывами, он нес соленую водяную пыль, в трюмах волновались растревоженные качкой лошади, где-то перекатывались плохо закрепленные бочонки. Флотилия расползлась по серой всхолмленной волнами поверхности Долгого моря, поход превратился в мучение.

Тень не вышел на палубу, когда отчаливали, праздничное настроение толпы на берегу и воинов на кораблях было ему не по душе. Зато мрачная погода в открытом море подходила как нельзя лучше. Он оставил в каюте шлем с забралом, который, не снимая, таскал во время перехода по суше, и выкрасил лицо синими и зелеными полосами. Когда кто-то из свиты лорда Аганея поинтересовался, что означают эти разводы, Тень объяснил, что он теперь - Демон Моря и изобразил на собственной физиономии волны. Авось, другие демоны примут его за брата и пощадят "Счастливого Энгуса". Других-то братьев у него все равно нет, так что за них сойдут демоны. Вентайн тоже находился на палубе и слышал эти слова. Император не сказал ничего.

Осенние ветры, предвестники зимних бурь, затруднили продвижение флотилии. Суда шли с разной скоростью, некоторые сбивались с курса, и галеры конвоя отправлялись на поиски пропавших. Две барки затонули, и лишь с одной удалось снять экипаж и пассажиров, оружие, лошади и припасы погибли. Немалое число джагайских воинов страдали от качки, Тень, то и дело подмечал, что у спутников лица почти такого же зеленого цвета, как краски на его собственной физиономии. Но воины держались, никто не роптал - было известно, что плавание продлится недолго. Цель похода - город Лайвен, расположенный на северном побережье Долгого моря, немногим западнее Байвенны.

Лайвен был основан около двухсот лет назад выходцами из империи. Беглецы, разыскиваемые преступники, неверные вассалы и просто недовольные жизнью джагаи переправлялись через Долгое море и оседали в суровом северном краю. Там обитали малочисленные общины, занимавшиеся охотой и рыбной ловлей, места хватало на всех - всех, кто не боялся дыхания Зимы, владычицы северного берега. Купцы Вольных Городов Юга вывозили оттуда древесину, меха, кожи и мед. Взамен поселенцы приобретали изделия из металла, вино, фрукты, ткани. Время от времени галерные рабы и провинившиеся матросы с южных судов сбегали на берег, северяне принимали всех.