Свадебный танец - Кэндис Кэмп

Глубокая, почти таинственная тишина и темнота, обступившая свет от свечей. Франческа посмотрела в лицо Рошфора и снова ощутила странный трепет, что охватил ее во время танца с ним.

Однако, когда Франческа увидела выражение лица герцога, ее сердце ушло в пятки. Он хмурил брови, а его губы превратились в прямую линию. В тусклом свете его глаза сверкали гневом.

— Какого черта вы делаете?

Глава 5

Франческа моргнула, слишком ошеломленная, чтобы думать. Потом подняла подбородок и ответила ледяным тоном:

— Прошу прощения? Уверяю, я не имею ни малейшего представления, о чем вы говорите.

— Перестаньте. Это невинное выражение лица сработает на других, но не на том, кто знал вас еще тогда, когда вы носили короткие юбки. Я говорю о вашем сегодняшнем представлении.

— Представлении? А вам не кажется, что вы ведете себя грубо?

— Нет. Как еще мне это назвать? Во-первых, вы устроили эту поездку в театр втроем. Хотя вы с Алтеей даже не подруги.

— Откуда вы знаете?

Взгляд Рошфора остался спокойным.

— Франческа… в самом деле, перестаньте меня недооценивать. В театре вы постоянно спрашивали: «Что вы об этом думаете, леди Алтея?» и «Каким вы находите этого композитора, леди Алтея?». Я уже не говорю о вашем плане оставить нас двоих наедине, а самой подойти к Эверсонам. Признайтесь же. Сегодня вечером вы чуть ли не толкали Алтею Робар в мои объятия. И должен сказать, делали это необычайно для вас неуклюже.

— Что ж, если бы у леди Алтеи было хоть малейшее представление о том, как вести беседу с мужчиной, я вела бы себя по-другому, — обиделась Франческа.

— Зачем вы все это затеяли? Только не говорите, что леди Алтея в меня влюблена. Вряд ли она способна на такие чувства. И я не могу представить, чтобы ее мать обратилась к вам за помощью.

— Нет. Никто не просил меня помогать. Алтея не влюблена в вас. Думаю, это понятно.

— Тогда я спрошу снова: зачем вы все это устроили?

Некоторое время Франческа молча смотрела на Рошфора, гадая, можно ли найти какой-то благополучный выход из сложившейся ситуации. На ее молчание Рошфор скрестил на груди руки и приподнял бровь:

— Даже не пытайтесь придумать очередную ложь. Мы оба знаем, что я в нее не поверю.

— Конечно нет, — поморщилась Франческа. — Но поверите ли вы, если я скажу, что пыталась всего лишь оказать вам услугу?

— Обременив меня компанией женщины, которая знает наизусть древо своей семьи на пять колен назад? — парировал герцог.

— Я не предполагала, что леди Алтея такая скучная, — ответила Франческа. — Мы с ней не были близко знакомы.

— И все же вы сочли ее подходящей для меня?

— Нет. Леди Алтея всего лишь одна из кандидаток.

Рошфор уставился на нее, явно потеряв дар речи. Наконец, тщательно подбирая каждое слово, он спросил:

— А зачем вы вообще отбирали этих кандидаток?

— Видите ли, Рошфор, вам уже пора жениться. В конце концов, вам тридцать восемь, и как у герцога дома Рошфоров у вас есть определенные обязанности…

— Я прекрасно осведомлен о своем возрасте, спасибо, — процедил он. — И о своем долге как герцога дома Рошфоров. Однако я никак не возьму в толк, с чего вы взяли, что я ищу себе жену. Или почему вы должны мне ее искать!

— Рошфор! — Франческа бросила взгляд на лестницу. — Ш-ш. Слуги услышат.

Она взяла со стола канделябр, потом направилась в гостиную, сделав знак Рошфору следовать за ней. Там Франческа поставила канделябр на стол и закрыла за собой дверь.

— Хорошо. — Она повернулась к Рошфору и расправила плечи. — Раз вы так настаиваете, я скажу.

— Уж пожалуйста. — Рошфор смотрел на Франческу холодно, все тело — как натянутая струна.

— Я хотела вам помочь, — нервно начала Франческа. — Я присмотрелась к молодым женщинам и нашла нескольких, которые, по моему мнению… могли бы подойти вам в качестве герцогини. У меня и в мыслях не было сводить вас конкретно с кем-то. Но я подумала, что при близком общении одна из них могла бы вам понравиться.

— Вы до сих пор не объяснили, что же натолкнуло вас на такую мысль.

— Это из-за того, что я натворила! — воскликнула Франческа, пытаясь справиться с подступившими слезами. Она глубоко вздохнула и продолжила уже спокойнее: — Из-за того, что я поверила Дафне, а не вам. Из-за того, что я вам не доверяла. Я разорвала нашу помолвку. И хотела исправить ошибку, совершенную пятнадцать лет назад.

Рошфор долго смотрел на нее. А когда он тихо заговорил, на его лице не дрогнул ни один мускул:

— Вы разорвали нашу помолвку. И теперь, когда вы узнали, что ошиблись, вот каков ваш ответ? Найти замену жене, которую я потерял?

— Нет. Конечно нет, — запротестовала Франческа. — Из ваших уст это звучит ужасно.

— А как еще это должно звучать?

— Я не предлагала леди Алтею в качестве замены себе. Это абсурд. Просто я подумала… за все эти годы вы так и не женились. И я побоялась, что… Ну, что мой поступок настроил вас против брака. И что из-за меня вы перестали доверять женщинам. Я почувствовала себя ответственной за это.

— Я сам решил ни на ком не жениться, Франческа.

— Но если бы не я и не мой поступок, вы бы уже давно женились, — настаивала она. — Я беспокоилась о вас. И подумала, что, в конце концов, обладаю талантом сводить пары вместе. Я не хотела вас огорчать, правда. Мне лишь хотелось помочь. А вам нужно жениться, это же очевидно.

— Теперь вы говорите как моя бабушка, — поморщился Рошфор. Он сделал несколько шагов и вновь повернулся к Франческе: — Вы считаете, я не способен сам добиться женщины, и поэтому делаете это за меня? Неужели у меня так мало обаяния? Думаете, оставшись без вашей помощи, я распугаю всех невест?

Франческа широко раскрыла глаза:

— Я… я…

Пылая гневом, Рошфор снова подошел к ней:

— Я так неуклюж? Ответьте мне. Кому, как не вам, знать? Я так ужасно ухаживал за вами?

Рошфор остановился, глядя на Франческу сверху вниз, а она смотрела на него в ошеломлении. Герцога переполнял гнев. Он был таким высоким, стоял так близко, а в его глазах плясало злое пламя.

— Неужели мои поцелуи вас не волновали? — продолжал Рошфор так тихо, что Франческа едва слышала его. — Неужели мои прикосновения были вам неприятны?

А потом, поразив Франческу еще больше, герцог взял ее за плечи и притянул к себе, прижимаясь к ее губам в глубоком страстном поцелуе.

Франческа словно приросла к месту, а из головы вылетели все мысли. Она думала лишь о том, как крепко Рошфор сжимает ее за плечи, как прижимается своими горячими губами. Внутри Франчески вспыхнул огонь, и она затрепетала, удивленная действиями Рошфора и своими чувствами.

Герцог настойчиво приоткрыл губы Франчески и скользнул языком в ее рот. От накатившего жара у Франчески покалывала кожа. Она чувствовала странное головокружение и слабость и упала бы на пол, если бы Рошфор не держал ее за плечи.

Он отстранился так же внезапно, как начал поцелуй. Его широко раскрытые глаза горели яростью. Герцог выругался и отпустил плечи Франчески. Потом повернулся и вышел из гостиной.

Долгое время Франческа стояла на том же месте и смотрела вслед Рошфору. Сердце в груди бешено стучало, из горла вырывалось тяжелое дыхание. Она пребывала в шоке и испытывала сотню различных эмоций.

От слов, сказанных герцогом, сжималось сердце, а глаза наполнялись слезами. Сама того не желая, она ранила Рошфора. Франческа хотела побежать за ним, заплакать и попросить остаться, выслушать ее. Меньше всего она хотела причинить Рошфору боль. Он должен понять это. Должен понять, что она не хотела сделать ничего плохого.

Почему все так обернулось? Франческа предполагала, что ее действия вызовут у Рошфора раздражение, но что они приведут его в такую ярость, она и подумать не могла. А теперь, скорее всего, герцог потерян для нее навсегда, и они уже никогда не будут даже просто друзьями. От этой мысли Франческа вся похолодела.

А почему он ее поцеловал? Вряд ли этот поцелуй можно расценивать как проявление чувств… как проявление каких-то хороших чувств. Рошфор был жестоким и грубым, он сминал ее губы не в поисках ответа и не чтобы соблазнить. И в том, как он схватил ее за плечи и стал целовать, было больше злости, чем страсти. Словно он ее наказывал.

Однако она отнюдь не чувствовала себя наказанной.

Франческа осторожно коснулась кончиками пальцев своих нежных горячих губ. Она до сих пор чувствовала губы Рошфора и их вкус. А внизу живота плавился жар. Все внутри звенело и оживало. Франческа еще никогда себя так не чувствовала… По крайней мере, все эти годы.

Ей хотелось броситься на кровать и хорошенько проплакаться. Хотелось свернуться клубком и вспоминать этот поцелуй снова и снова. На самом деле Франческа не знала, чего она вообще хочет.