Свадебный танец - Кэндис Кэмп

— Она часто бывает с бабушкой, — ответила Алтея. — Леди Эрнестой Давенпорт. Сестрой лорда Родни Эшенхэма.

— А. — Франческа знала лорда Эшенхэма и его сестру, оба были очень высокомерными персонами. Во время своего первого сезона Франческа хихикнула над какой-то своей оплошностью, и леди Давенпорт сделала ей замечание. Только простолюдины могут издавать звуки, похожие на ослиный рев, сказала она, а истинной леди не пристало смеяться так громко.

— Они вместе росли, — продолжала Алтея. — И приходятся друг другу двоюродными братом и сестрой.

— Понятно.

Очевидно, Алтея приняла этот сдержанный ответ за проявление интереса, поскольку еще некоторое время рассказывала о семейном древе Эшенхэмов, которое восходит к старинным семьям Англии.

Франческа сохраняла на лице выражение вежливого внимания, впитанное еще в детстве, но мысленно начала подыскивать подходящие бальные туфли к вечернему платью цвета морской волны из муслина и шелка, что висело в магазине мадемуазель дю Плесси на прошлой неделе. Модистка сказала, что платье было отложено для покупательницы, но та так и не оплатила счет за него. Мадемуазель дю Плесси высказала сомнения по поводу ее возвращения в свой магазин и согласилась продать платье Франческе за треть его изначальной стоимости, если та женщина не оплатит свой счет в ближайшую неделю.

Франческе платье было слишком длинно, но ей крайне требовалась новая одежда, а для Мэйзи подрезать его — пустячное дело. Конечно, можно сколько угодно освежать старые платья, но нельзя часто появляться в одном и том же. Да, гордыня — порок, Франческа это знала, но не могла позволить кому-либо узнать, что она находится на грани бедности.

Однако оставалась еще одна проблема: найти подходящие туфли. Франческа старалась быть аккуратной, но тонкая подошва все равно стиралась очень быстро, а бальные туфли — не та вещь, которую можно купить по дешевке. Поэтому Франческа выбирала простые цвета, которые подойдут к любому наряду. Конечно, с новым платьем лучше всего смотрелись бы серебристые сандалии, но такая покупка была непозволительной роскошью. Но возможно… В конце концов, сандалии подойдут и к другим платьям.

Может, снова подняться на чердак и покопаться в сундуках? Вдруг ей попадутся вещи, которые можно продать?

— Леди Хостон?

Франческа быстро подняла голову, осознав, что целиком погрузилась в свои мысли.

— Что? Извините, кажется, я задумалась.

— Мы приехали, — сухо ответила Алтея.

— Ах, вот оно что. — Франческа посмотрела в окошко на знакомое здание Королевского театра.

Должно быть, она утерла Алтее нос, чуть не заснув посреди ее рассказа. Но в самом деле, девочка должна понять, что анализ ее семейного древа едва ли кому-то интересен. Возможно, она научит Алтею искусству беседы, если та завоюет благосклонность Рошфора. Разумеется, если она вообще заслуживает его благосклонности. Насчет чего у Франчески уже возникли сомнения.

Рошфор ловко выбрался из кареты и помог дамам. Франческа нарочно немного отстала, и в театр герцог вошел в паре с Алтеей. В конце концов, она должна дать ему шанс познакомиться с девушкой поближе. Возможно, Алтея слегка нервничала. В присутствии Рошфора такое иногда случалось. А из-за волнения люди часто начинают говорить неуместные вещи.

Франческа посмотрела на идущих впереди Рошфора и Алтею. Герцог склонил темноволосую голову к Алтее, слушая. Возможно, он и не испытывал никакого дискомфорта от разговора в карете? Франческа знала мужей, которые были счастливы в браке, несмотря на скверный характер своих жен. А Алтея очень привлекательна.

Во время антракта нужно заглянуть в чью-нибудь ложу, тогда у этих двоих будет возможность побыть наедине, не давая повода для сплетен, ведь вокруг полный театр народу. Перед началом пьесы нужно осмотреться и найти каких-нибудь знакомых.

Франческа обернулась, глядя на людей, которые заходили в театр. И вздрогнула, когда кто-то коснулся ее локтя. Франческа повернулась и встретилась с вопросительным взглядом Рошфора. Он и леди Алтея вернулись за ней.

— Снова задумались, леди Хостон? — улыбнулся Рошфор.

— О, эм… — Франческа чувствовала, как к щекам приливает краска. — Прошу прощения. Должно быть, сегодня вечером я немного рассеянна.

Они вновь направились к входу в театр. На этот раз Алтея шла впереди, а Франческа подле Рошфора. Однако в роскошной герцогской ложе Франческа сумела устроить все так, что сама села у стены, а Алтея расположилась между ней и Рошфором. Франческа подняла бинокль и посмотрела на других зрителей, снова отрезая себя от разговора.

Она увидела миссис Эверсон с мужем и двумя дочерьми. Позднее можно подойти к ним, хотя такая перспектива и не радовала. Франческа опустила бинокль и на всякий случай кивнула им, после чего продолжила осмотр зала. Вот бы сэр Люсьен сегодня был здесь. Тогда он пригласил бы ее в свою компанию, где заскучать просто невозможно.

Осматривая зал, Франческа испытала то странное и необъяснимое ощущение, когда на вас кто-то смотрит. Она опустила бинокль и окинула взглядом огромный зал, ряды лож, а потом посмотрела вниз.

Увидев человека в проходе, который смотрел прямо на нее, Франческа негромко вскрикнула и неосознанно сжала в руке веер.

— Франческа? Что случилось? — спросил Рошфор и, склонившись, проследил за ее взглядом.

— Вот дьявол! — тихо выругался герцог. — Перкинс.

Мужчина понял, что привлек внимание Франчески, и насмешливо поклонился. Франческа отвела взгляд, не удостоив его даже кивком, и откинулась на спинку кресла.

— Что он здесь делает? — произнесла она с отвращением.

— Кто? — спросила леди Алтея и посмотрела вниз.

— Гален Перкинс, — ответил Рошфор.

— Кажется, я с ним незнакома.

— Это неудивительно, — заверила Франческа. — Этот человек был на несколько лет выслан из страны.

— Он последний негодяй, — добавил Рошфор, искоса глядя на Франческу.

Герцог знал, что Перкинс был закадычным дружком ее покойного мужа. Являясь наследником побочной ветви благородной семьи, он сделал все, чтобы опозорить их имя. Перкинс играл в карты, пил и участвовал в гнусных авантюрах лорда Хостона. С содроганием Франческа вспомнила, что, несмотря на дружбу с ее мужем, Перкинс однажды чуть ее не изнасиловал.

— Что он делает в Лондоне? — прошипела Франческа и объяснила для Алтеи: — Несколько лет назад ему пришлось сбежать на континент, потому что он убил человека на дуэли.

Алтея широко раскрыла глаза:

— О боже! Кого?

— Эвери Бэгшоу, сына сэра Джеральда, — ответил герцог. — Сэр Джеральд не так давно умер, и, видимо, Перкинс решил, что может вернуться. Теперь, когда сэр Джеральд не сможет обратиться к властям с просьбой арестовать его, Перкинсу ничто не угрожает. К тому же прошло уже семь или восемь лет, а правительство обычно закрывает глаза на дела такой давности.

— Что ж, я уверена, никто из общества его не примет, — решительно заявила Алтея. Видимо, для нее это являлось самым суровым наказанием.

— Да. Не примет, — согласилась Франческа. Перкинс снова может жить в Англии, несмотря на свое злодеяние. Это ужасно. По крайней мере, ей больше не придется терпеть его общество. Теперь, когда Эндрю умер, Перкинс больше не станет приходить в ее дом. К тому же Алтея была права: его не примут в приличном обществе, а значит, не станут приглашать на вечера.

Франческа постаралась отвлечься от мыслей о Галене Перкинсе и обратила внимание на своих спутников. Пока она осматривала театр, беседа между Алтеей и Рошфором тянулась неохотно, а после разговора о Перкинсе они и вовсе замолчали.

Франческа снова взяла инициативу на себя.

— А вы читали последнюю книгу? — весело спросила она.

— Леди Сплетни? — подхватил тему Рошфор, улыбаясь уголками губ.

— Чью? — растерянно спросила Алтея. — Какой леди?

— Сплетни. Это псевдоним, — пояснила Франческа. — Никто не знает, кто скрывается за ним. Известно лишь, что она из высшего общества.

Алтея перевела на Франческу равнодушный взгляд:

— Зачем кому-то из высшего общества писать книгу?

— Эта книга полна скандальных подробностей и слухов, — продолжила Франческа. — Конечно же тонко замаскированных. И каждый страшится в ней оказаться.

— Но, не оказавшись в ней, чувствует себя обиженным, — добавил Рошфор.

— И то верно, — усмехнулась Франческа.

— Но это же глупо, — нахмурилась Алтея. — Кто захочет попасть в книгу о скандалах? Кто хочет запятнать свое имя?

Алтея Робар вообще лишена чувства юмора, подумала Франческа. Она посмотрела на Рошфора и увидела в его темных глазах искорки веселья.

— Конечно же вы правы, леди Алтея, — спокойно произнес герцог. — Не понимаю, как подобное пришло мне в голову. — Он перевел шутливый взгляд на Франческу, и та отвернулась, чтобы скрыть улыбку.