Измени мне, любимый! - Иоанна День

мое дело о разводе — это лишь вопрос профессиональных технологий и денег.

Иду в мессенджер — а там моя Яська, зеленым огоньком светит. В сети! О, меня увидела — замигала надпись “Яся пишет…” — и через мгновение читаю:

— Лесь, о главном. через три дня все забудут. даже раньше. больше новостей нет.

— Ясь, да. Пройдет и это.

— еще и не ложилась, солнце?

— Еду-еду. Мечтаю об ортопедическом матрасе и планирую себя на завтра

— че там завтра?

— Выспаться — Ямпольский — и прятаться от одного синеглазого.

— синеглазый — м? приносит или решает?

На этом вопросе подруги я подвисла. А все дело в классификации мужчин, которую практикует Яська. Она их всех делит на два подвида: тех, кто приносит проблемы и тех, кто проблемы решает. Похоже, Петру придется разорваться…

— Третий подвид — и то и другое. причем сразу и много, но давай не о нем.

— че Олег?

— С Олегом встречаться теперь забота Ямпольского. Не хочу этого стриженого блондина слышать, видеть, нюхать…

— м?

— Найди мне хорошего спеца по недвижке. Хочу сразу понять о какой сумме пойдет речь.

— пхпх кто-то скоро раскошелится?

— Этот кто-то — предатель. И пусть радуется, что платить придется только деньгами.

Яська шлет мне вагон сердечек, потом ссылку на песню моряков — знает, что именно она может меня сейчас подпитать энергией — про море, про слезы и про авось…

Ну, нет, не в этот раз, подруга! Да, авось нас с тобой вывозил, бывало… А теперь я буду предельно расчетлива и поэтому Олег будет платить.

И, как я ему обещала, это будет долго, больно и унизительно!..

Глава 18

И так, планы на жизнь снова есть! А вот с планами на ближайшие часы не очень. Где, например, я сегодня буду спать?

Ехать домой — не вариант. Если там Олег, а еще хуже — со своей Новой — то прям щас начнется война. А я сегодня не хочу. Пусть выспятся.

Автобус тормозит, мы доехали до точки, откуда вчера отправились в путь. У меня появилась идея и я вызываю такси.

Есть такое место. Там будет замечательно спаться и, главное — чудесно просыпаться. Потомучто окна в этой конкретной комнате выходят на мой любимый Кафедральный собор.

Этот отель в самой туристической части города, что для меня скорее плюс, чем минус.

Несмотря на большое количество людей вокруг и этот постоянный туристический движ — он, правда, многих отпугивает — я чувствую себя в этом месте как у Бога за пазухой.

Как будто я уткнулась в папино плечо, а он сидит такой домашний, в своем походном свитере ручной вязки, рассказывает о последней поездке на рыбалку и, одновременно, то поглаживает мою макушку, то сдувает с нее невидимые пушинки.

Мне тепло, спокойно и весь мир в кармане… Старый Кёниг и папа — это две мои опоры, две сторожевые башни, которые и охраняют и берегут.

Пока еду, дозваниваюсь на ресепшн отеля. Прекрасно — места есть и свободен тот самый, любимый номер с видом!

А мысли все чаще возвращаются к тому, кто по моему предварительному раскладу способен доставить больше всего хлопот.

Петр! Он случайно ворвался в мою жизнь в самый драматичный ее момент, но кто теперь его остановит?

Какую выбрать тактику взаимодействия с ним? Нейтрализовать? Договориться? Игнорировать?

Я пока в раздумьях.

Конечно, могу предположить, что Петр завтра проспится, хорошо и вкусно позавтракает — или отобедает, смотря ко скольки проснется. А потом выпьет рюмашечку, подобреет, махнет рукавом и скажет:

“А ну, ее, эту дуру, Алевти… Аллу! Пусть расслабляет булки и живет своим удовольствием. Тем удовольствием, которое у нее в жизни задержалось — после предательства любимого мужа, скандала на весь честной мир и развала семьи. И так ей бедной досталось, вот и я ее своими тарифами мучить больше не буду…”

Вероятно такое развитие событий?

Если исходить из теории относительности — то да. А так-то, по жизни — скорее, нет.

Поэтому, пункт номер один: вытащить завтра из Яськи все подробности о Петре Батурине, 38 лет отроду. И понять — кто он такой на самом деле и с чем его лучше всего съесть.

Пункт два: постараться как можно дольше оттягивать встречу с ним — а я уверена, эта встреча обязательно произойдет — чтобы максимально к ней подготовиться. Хорошо, что Петр мало обо мне знает и телефонами мы с ним не обменивались.

Но что не дает мне покоя, так это один маленький нюанс.

Когда я сегодня пошла на пирс здороваться с морюшком и стояла на самом краю, вновь проживая ту, другую историю с пирсом и Олегом, я четко разделяла — где явь, где воспоминания. И уж конечно не планировала нырять в глубину.

Но было там одно мгновение, когда голос Олега из прошлого прозвучал таким явным звуковым флешбеком всей моей жизни с ним, что настоящий момент подернулся зыбью, а вот воспоминания, наоборот, стали вполне ощутимо проявлены.

И я помню, что в тот момент подумала — надо прыгать! Олег — там, внизу! Он ждет меня. На пол мгновения, но эта мысль была! И тело — уже готово было выполнить то, что диктовала мысль!

Именно в то мгновение — ни позже, ни раньше — Петр кинулся меня спасать…

Я еду в такси по сонному утреннем городу и единственное, в чем я сейчас уверена, что именно тот рывок Петра, вернул меня и в реальность момента, и в центр пирса.

Через пятнадцать минут, свернувшись клубочком под легким теплым одеялом я уже засыпала с мечтами о фирменных сырниках на завтрак, когда на телефон пришло сообщение.

Отправитель неизвестен.

Но стиль не оставил мне никаких сомнений в том, кто автор этих слов на экране телефона:

— Доброе утро, милая!

Глава 19

Для меня каждое утро начинается с исследования — а что сегодня там, за окном. Как провел эту ночь мир, в котором я окажусь сразу, как только выйду из дома?

Поэтому, первое, что я делаю всегда, когда просыпаюсь — открываю шторы, распахиваю окно и любуюсь видом.

Сегодня вид один из любимейших: звонко-голубое небо, подслащенное медовыми лучами уже вошедшего в зенит солнца, ровные шеренги белогривых облаков, да майская, еще не разбеленная жарой зелень острова.

И все это — только бэкграунд для того, чтобы главный герой проявил себя во всей своей изначальной ипостаси.

Домский собор Богоматери и Святого Адальберта, а