Я (не) буду твоей - Мая Грей

полной мере ощутили рельефность, упругость и даже силу его груди. Жёсткий и наглый поцелуй начал сбавлять обороты, превращаясь в тягучий и спокойный. Казалось, Дамир не спеша смакует и наслаждается вкусом моих губ и языка. Руки ещё крепче прижали меня к мужскому телу, и я отчётливо почувствовала животом его возбужденную твёрдую плоть. Но больше всего вводило в транс его учащённое, почти звериное дыхание. Оно пугало меня. Казалось, что сейчас Дамир разорвет на себе одежду, превратится в оборотня, а потом завалит меня и отымеет как самую последнюю сучку. Кажется, пора завязывать с историями про оборотней.

Так! Стоп! А где моя паническая атака? Меня сейчас точно трахнут прямо здесь, в доме моего жениха. Алё! Паника, ты где?

— Блять, как ты меня заводишь! — оторвавшись от губ, тяжело дыша, хрипит Дамир.

Он прижался лбом к моему, пытаясь отдышаться. Моя грудь тоже ходит ходуном от долгой нехватки воздуха.

— Я не буду твоей, — едва слышный протест разума донёсся словно из заточения.

— Ты уже моя! — он поцеловал меня в лоб, затем снова в губы и, наконец, оторвавшись, ушёл прочь.

Я осталась стоять у стены, чувствуя, как подкашиваются ноги. В душе царил хаос: эмоции сговорились и оставили меня гадать, что же на самом деле я чувствую. Это определенно что-то другое, не то, что было с Ринатом. Но что это? Страсть? Похоть? Дамир — это огонь, а я — мотылёк, которого завораживают его свет и тепло. Этот огонь опасен, коварен и жесток.

Не выдержав больше своих эмоций, я медленно сползла по стене, а затем, развалившись на полу, вдоволь разрыдалась, проклиная свою судьбу.

Я ушла от Рината, убедившись, что с ним всё в порядке. Он заверил меня, что к утру будет как огурчик, клялся, что много не пил, и божился, что больше такое не повторится. Я уже не злилась на него, а наоборот, чувствовала себя виноватой перед ним. Только вот за что? За то, что испытала в объятиях Дамира? Но что это было? Минутное помутнение рассудка? Короткое замыкание? Как бы там ни было, это больше не произойдет!

Я практически убедила себя, что ничего не чувствовала, и что его условие переспать с ним — блеф чистой воды.

Добравшись домой, я высказала Асельке свою обиду. Понимаю, она хотела как лучше, но вышло как всегда. Долго обижаться не умею, и уже через пять минут обнимала её за шею, целуя в щёчки. Если честно, чувствовала себя порхающей бабочкой. Вот только понять бы, от чего порхаю. Я уже собиралась смывать косметику и ложиться спать, как прозвучал сигнал телефона. Сообщение от Дамира ясно указывало на то, что его условие вовсе не блеф.

«Я уже подобрал несколько фильмов и собрал пару журналов с кроссвордами, но всё ещё не вижу тебя в своем доме», — гласило оно.

«Если через десять минут не появишься, про подпись можешь и не заикаться» — следом пришло от него.

Оказалось, что ещё два часа назад он отправил локацию своего дома. К моему удивлению, его дом располагался прямо во дворе моего. Элитный ЖК, построенный на месте детской площадки, наделал много шума. Наши жильцы возмущались, что остались без площадки для детей. Вот только кого волнуют их возмущения? Этот ЖК строили такие же наглые люди, как тот, что поселился в нём.

«Аселька меня не отпустит» — отвечаю ему.

«Придумай что-нибудь! Ты же у нас мастерица выдумывать небылицы».

О чем он сейчас? Какие ещё небылицы? Мне уже самой захотелось пойти к нему и выяснить это. Он хочет бурно провести ночь? Устроим ему бурную ночь. Сам не рад будет, когда у меня начнется приступ. Видимо, панические атаки возникают только тогда, когда дело доходит до секса. Поход в больницу ему обеспечен, а не секс. Именно так закончилась наша с Ринатом первая и последняя попытка заняться любовью.

Подхожу к Аселкиной комнате и прислушиваюсь: она уже храпит, как паровоз. Теперь пушкой не разбудишь, а если разбудишь, то обматерит с ног до головы, что сама не рада буду. Лучше её не тревожить. Пусть спит, умаялась, наверное.

Надеваю на себя самую антисексуальную одежду: серую трикотажную водолазку и джинсовый комбинезон с тысячей пуговиц спереди. Собираю волосы в длинный хвост на макушке и смываю всю косметику. Может, и не дойдёт дело до паники. Увидит меня в таком виде — и отправит домой. Надо бы ещё хорошенько вспотеть, чтобы от меня прям воняло. Кто захочет трахать вонючего подростка? Надев толстый зимний пуховик, чтобы наверняка вспотеть, я двинулась навстречу со своим «муженьком». Главное, чтоб «муженька» потом жалко не стало, когда он будет скорую вызывать и метаться по комнате, не зная как мне помочь.

Захожу в квартиру и сразу же оказываюсь под изучающим, слегка ошарашенным взглядом. Точно разочарован. Он, наверное, ждал сексопильную красотку, а тут подросток.

— Нахрена ты красишься, вообще? — немного придя в себя, проговорил он. — У тебя своя природная красота, не порть её!

Ничего себе заключение он выдал! Снимает пуховик и тут же притягивает меня к себе. Крепко сжимает в объятиях, затем нежно целует в губы. Так, понятно: внешний вид не сработал. Остается надеяться на панику.

— Пойдем, — тянет меня в глубь квартиры. — Я приготовил ужин.

— Я вообще-то давно поужинала и собиралась спать, — поясняю я.

— Ничего страшного, поужинаешь еще раз. Садись!

Не скажу, что это было принудительно, но и не добровольно я оказываюсь за столом. Дамир подносит ко мне тарелку со стейком и садится рядом.

— Я руки не мыла.

— Не надо! Я сам тебя накормлю. Открой рот. — Он ловко цепляет вилкой небольшой кусок мяса и подносит ко рту. Я послушно выхватываю его зубами и начинаю жевать, погружаясь в удовольствие от изумительного вкуса. Но ему я, конечно же, об этом не говорю. — Говорят, когда муж кормит жену с руки, ангелы благословляют их брак, — с довольным лицом произносит он.

— У нас с тобой не настоящий брак, — напоминаю я.

— Что будешь пить? — спрашивает он, игнорируя мое замечание. — Есть сок и морс. Алкоголь предлагать не буду. Не люблю, когда женщина пьет алкогольные напитки.

— А что есть из алкоголя? — спрашиваю я, как заядлая любительница горячительного.

— Ничего, только виски.

— Давай виски! — настаиваю я.

— Уверена? — недовольно спрашивает он, радуя меня своим недовольством.

— Уверена! Я люблю виски! — твердо заявляю.

Он встает и, открыв пустой холодильник, достает бутылку с янтарным напитком. Наливает в бокал, затем подает мне. Я, не раздумывая, опрокидываю содержимое в рот и…

Емаааа, как вообще эту