Белоснежка и семь самураев - Том Холт

Лестница оказалась длинной, узкой и темной, а скользкое состояние ее ботинок сделало путешествие интересным. Когда она наконец-то вышла на свет и воздух, то оказалась в помещении пугающе похожем на теплую, солнечную, очаровательно скучную комнату ожидания. Там были обычные пластиковые стулья, обычный столик с зачитанными древними журналами, обычный истощенный авокадо в чересчур маленьком горшке, а за совершенно стандартной приемной стойкой сидела приятная, уютная, средних лет…

“Здравствуйте,” - сказала лепрехунка Злой Царице. - “У Вас время заказано?”

“Боюсь, что нет,” — ответила Царица. - “если он согласится уделить мне минутку-другую, то буду очень благодарна.”

Лепрехунка просияла. “Я сообщу ему, что Вы здесь,” - сказала она и нажала кнопку у себя на столе.

“Я пожалею, что задала этот вопрос,” — пробурчала Сестрица, пока секретарша звонила, — “но разве это не…”

Царица кивнула. “Все они такие. Естественный выбор профессии, если принять во внимание их опыт прятанья котелков с золотом под радугами. Не пялься, это неприлично. Она на тебя не пялится, а ты в здешних краях значительно диковинней, чем она.”

Пока Сестрица размышляла над этим, дверь открылась и - черт возьми, да, — смешной маленький человечек с сияющими глазами, круглыми очками и длинной бородой пожал руку Злой Царицы и спросил о здоровье какой-то старательно запомненной родственницы. Сестрица почувствовала себя получше; это доказывало, что он бухгалтер, даже если он был ростом в 120 см и носил красно-желтые тапочки с колокольчиками на носках. В любой момент, он соединит кончики пальцев и скажет “посмотрим-ка еще разок на числа” и тогда она узнает наверняка.

Она последовала за ними в оффис лепрехуна, который успокоил ее еще больше. Там был стол, за ним удобный стул, два стулообразных орудия пыток перед ним. Там был шкаф для папок и ряды потрепанной справочной литературы; на полу были аккуратно сложены папки, на них лежали дожидающиеся машинисток кассеты, на столе стояли обязательные фотографии типичной жены, ребенка и собаки (присмотритесь повнимательней к этим фотографиям, где бы Вы не были, и вскоре вы поймете, что это одни и те же женщина, ребенок и пес.) Не хватало лишь плоского монитора, — на его месте стояло зеркало в оправе из серого пластика.

“Итак,” - сказал лепрехун, указывая им на понтерские кресла, — “чем могу помочь?”

Злая Царица изобразила на лице выражение обаятельной беспомощности, которое иногда способно лишить жала даже самых закореневших профессиональных консультантов. “Боюсь, я совершила ужасную глупость,” - сказала она, — “и я подумала, не способны ли Вы мне помочь.”

Лепрехун улыбнулся. “Я здесь как раз для этого,” - сказал он. - “И я уверен, что все совсем не так плохо, как Вы описываете.”

Царица глупо улыбнулась в ответ; у Сестрицы был достаточный опыт заработка летних денег у дяди Терри, чтобы понимато, что тактика была совершенно верной, но это не помешало ей почувствовать себя дурно. “Дело вот в чем,” - сказала Царица, — ” Мы, то есть я и она, — нам удалось сломать сеть Зеркал во всем королевстве, а все, что осталось, находится в этом ведре, и мы довольно много пролили. К тому же ее два брата где-то там потерялись, ничего не работает, и мы понятия не имеем, как это починить. У Вас есть какие-нибудь предположения?”

“Гм,” — ответил лепрехун с таким видом, как будто он только что обнаружил морскую змею, обвившую его ложку с супом. “Со всем должным уважением, по моему эта проблема не относится к бухгалтерии. Сожалею, что это звучит столь пессимистично,” — быстро добавил он, увидев, что лицо Царицы упало, как цены акций после весенних выборов, — ” но налоговые преимущества уничтожния системы не столь велики. Конечно,” - продолжил он, — “все это несколько неопределенно, и мне необходимо еще раз взглянуть на цифры…”

(А - прошептала себе Сестрица, — я верю.)

“Вообще-то,” - прервала его Царица, — “налоги у меня сейчас в мыслях не на первом месте.”

Лепрехун посмотрел на нее и моргнул: “Нет?”

“Ну, нет.”

“Ага.” Что-то в его манере указывало на то, что там, откуда он родом сжигали на кострах и за меньшее. “Так чем же могу быть полезен?”

Царица улыбнулась и указала на зеркало. “Я, кажется, помню, Вы говорили, что у Вас есть гм независимая сеть и я просто подумала нельзя ли …”

Лепрехун сурово посмотрел на нее, как будто она попросила позаимствовать его мать для маленького эксперимента. “Я не уверен,” - настороженно сказал он, — “Что Вы имеете в виду?”

“Ничего ужасного,” - заверила его Царица. “Для начала, я подумала, не могла ли я воспользоваться Вашим Зеркалом, чтобы перевести мое гм ведро. Понимаете, там лишь абракадабра непонятных букв, символов, и всяких штучек, а я об этом не имею ни малейшего понятия. В таком виде пользы от него, несомненно, никакой. Если бы нам удалось загрузить его к Вам, то может удастся заставить это все заработать.”

Лепрехун откинулся на спинку кресла и потеребил дужку очков. “Я конечно готов помочь всем, что в моих силах и Вы это знаете,” — сказал он. “Но существуют личные файлы относящиеся к личным финансовым делам моих клиентов…”

“Я не стану подсматривать, честно,” — кокетливо сказала Царица.

“Несомненно.” Лепрехун колебался, явно разрываемый между обязанностью перед своими клиентами и верностью своей Царице. ” К сожалению, профессиональная этика очень строга. В конце концов,” добавил он, почувствовав хороший довод, — “Вы ведь не желаете, чтобы Ваши файлы читал кто попало.”

Царица почему-то крепко задумалась. “Ладно,” — сказала она. - “Тогда Вы сделайте это. Все равно, Вы наверное разбираетесь в этой технике намного лучше меня. Это ведь больше пары минут не займет.”

На этот раз задумался бухгалтер. С одной стороны, рассуждал он, моя мать не на то меня родила, чтобы я занимался системным анализом; с другой стороны, за свою стандартную почасовую оплату, наличными, и скорей всего вперед, он с удовольствием стоял бы на руках на улице, пел серенады под девичьими окнами под аккомпанимент мандолины (мандолина - за дополнительную плату), сопровождал бы неустроенных родственниц на приемы и чистил бы засорившиеся раковины. “Конечно,” - сказал он, налепив себе на лицо улыбку, но быстро убрав ее, пока не застыла. “Я сделаю все, что в моих силах.”

“Отлично,” - сказала Царица. - “Просто как камень с души сняло. Вот ведро,” -она подняла его и осторожно поставила на стол; не пролилось ни капли, зато болотная жижи налипшая на дно ужасно изгваздала толстый слой бумаг. “Вы хотите, чтобы мы подождали вас в приемной, или мы лучше пойдем погуляем на время?”

Лепрехун поглядел в ведро, потрепетал ушами, а потом сел примерно там, где стоял стул. Когда он заговорил снова, то его голос звучал на удивление сконтуженно.

“Здесь может, гм, потребоваться некоторое время,” — сказал он сдавленным голосом. “Возможно, будет лучше уйти и зайти за ним попозже. А еще лучше я дам Вам знать, когда будет готово.”

Царица приподняла бровь. Этот жест шел ей и она это знала. “Каким образом?” — сладко сказала она. “Ведь в Царстве ничего не работает.”

“А.” Лепрехун взглянул на нее, явно думая о чем то другом. “Я э-э пошлю гонца. Вы ведь вернетесь во дворец, полагаю.”

Царица кивнула: “Очень мило с Вашей стороны,” - сказала она. - “Теперь я чувствую себя намного лучше.”

Когда дверь закрылась, а следы на лестнице затихли, бухгалтер встал, задергнул шторы, заглянул под половик и за картину, снял свой пиджак в красную и желтую полоску и ослабил степенный сдержанный галстук, который прятался под рабочей одеждой. Затем он снова заглянул в ведро. Затем он ухмыльнулся.

“Не принимай звонки,” - прогавкал он в микрофон, — “и отмени все встречи на сегодня. Появилось дело.”

“Ну?” — спросил Джулиан.

“Почти готово,” — ответил Юджин с набитым гвоздями ртом. “Осталось лишь подкрутить эту гайку и … Вот, готово. Как тебе?”

Джулиан поднял глаза и увидел очаровательный маленький домик с розами вокруг двери и пряничными окошками с ситцевыми занавесочками, висящий на высоте шести метров под огромным воздушным шаром. “Логика мне понятна,” - в конце концов сказал он, — “Не уверен, как это сработает на практике.”

” Чего тут не понять?” - прокричал в ответ Юджин. “На самом деле, все весьма просто. В следующий раз, когда этот гад примется пыхтеть и дуть, мы просто отрежем якорь и улетим. Да, возможно мы в итоге улетим километров на двести, но я приладил пару ракетных моторов, так что через час будем снова дома. Уж надеюсь, что это сработает,” — эмоционально сказал он. “В твое отсутствие прилетал голубь из страховой компании и они очень недовольны. Похоже, наша угроза перенести свое дело в другое место их больше сна не лишает.”

“Спускайся,” - сказал Джулиан. - “Не хочу показаться нытиком, но по-моему, эта штуковина небезопасна.”

Юджин взглянул на воздушный шар. “Все будет в порядке,” - сказал он. “Но я все равно спускаюсь. Нажми пожалуйста красную кнопку на приборной панели. Она управляет лифтом.”