Сын серой смерти (Рейн 8) - Валерия Веденеева

Великий Древний не имеет отношения к моим проблемам, — начал я, а потом рассказал о возникших подозрениях. Не стал упоминать лишь имя Аманы, сказав вместо того, что любые воспоминания о другой девушке, которая мне нравилась, немедленно стирались из моей памяти.

— И именно в тот момент, когда Благая Сестра тебя коснулась, ты ощутил резкое изменение в восприятии реальности, а твой туман опять сгустился, — мрачно суммировал Семарес мой рассказ.

— Всё так.

Некоторое время Семарес молчал, хмурясь.

— Звучит похоже на приворот… — проговорил он наконец. — Я… Сейчас, когда ты всё изложил, я не понимаю, почему сам об этом не подумал. Туман в голове, странное поведение, постоянная близость к объекту приворота… Ты ведь вчера всю дорогу ни на шаг не отходил от этой Янли…

— Чары повлияли и на вас, — предположил я, — только иначе. Заставили не видеть очевидное.

Семарес нахмурился еще сильнее и снова некоторое время молчал. Похоже, ему было тяжело принять мысль, что он тоже оказался под воздействием ментальной магии, но, в отличие от меня, этого даже не заметил.

— Наказание за ментальное воздействие, за любое, кроме приказа говорить правду, это смерть, — произнес он с неприязнью, которая, в кои-то веки, была направлена не на меня. — Такие маги слишком опасны, чтобы отправлять их в ссылку на Границу или держать в темнице.

Я кивнул — что-то такое я помнил еще из разговоров в замке аль-Ифрит.

— Так вот, — продолжил Семарес, неожиданно уставившись на меня пронзительным взглядом. — Ты выдвинешь против Янли официальное обвинение?

Пока мы говорили о чарах и наказании за них в общем, не упоминая имен, все казалось нормально. Но стоило Семаресу задать вопрос напрямую, как я вздрогнул. Мысль, что эта чудесная девушка может погибнуть — да еще из-за меня — показалась нестерпимой. Нет-нет-нет…

Я вновь сжал кулак, впиваясь ногтями в рану, спрятанную под тонкой пленкой кожи, и нахлынувшее отчаяние начало отпускать.

Однако ответил я не сразу. Идея хоть в чем-то обвинить Янли все еще ощущалась отвратительной.

— А есть ли возможность, — проговорил я наконец, — проверить наличие приворота… неофициально? На тот случай, если я всё понял неправильно?

— Самая лучшая проверка — это допрос под ментальным воздействием. Провести его неофициально не получится, — возразил Семарес.

Я стиснул зубы, борясь с собой. Он был прав. Прав!

— Если она невиновна… Если я ошибаюсь… Это не повредит ей в будущем?

— Нет, не повредит — если допрос официально будет связан не с приворотом, а с пленением демонопоклонниками.

— Тогда, — проговорил я с трудом, — когда приедем в столицу, отправьте ее к Братьям Вопрошающим… И… предупредите их… быть осторожными… — я замолчал, но не потому, что мне было больше нечего добавить. Просто пересекло горло.

Взгляд Семареса стал еще более острым, но вслух он ничего не сказал. Лишь кивнул, потом подозвал своего заместителя, ехавшего чуть в стороне, вскинул руку, привычно выплетая руны защиты от подслушивания — в этот раз уже от меня — и коротко приказал тому отправить к Янли несколько Достойных Братьев с максимальным уровнем врожденной ментальной защиты, чтобы надеть на нее блокирующие браслеты. И после короткой паузы уточнил: «Высшая степень опасности».

Глаза заместителя при последних словах изумленно расширились, но никаких вопросов он задавать не стал. Лишь поклонился, показывая, что все понял, и отъехал в сторону, начиная раздавать приказы.

Семарес явно опасался, что я попытаюсь вмешаться и защитить Янли. Да, желание такое у меня то и дело появлялось, но боль в руке помогала его отгонять.

Потом у меня мелькнула мысль спросить Семареса про градации опасности — как это распределялось и от чего зависело — но я вовремя вспомнил, что ни он, ни кто другой не знал о моей способности слышать через защиту.

— Контролируешь себя? — резким тоном спросил Семарес.

— Да, — ответил я, но голос показался каким-то чужим, а перед мысленным взором вдруг появилось лицо Янли, только такое, какого я еще не видел — несчастное, заплаканное. Ее небесно-голубые глаза смотрели на меня умоляюще, губы дрожали.

Проклятье! Да когда же это прекратится⁈

Я опять сжал левую руку в кулак, вдавив ногти в рану — лицо Янли сперва побледнело, а потом исчезло вовсе — и обратился к Семаресу:

— Вчера вы рассказывали мне, как проводить ментальный допрос. Продолжайте с того места, на котором остановились.

Мне надо было как-то отвлечься, и этот способ был ничуть не хуже любого другого.

Семарес на мгновение скривился, но быстро взял себя в руки, вернул на лицо нейтральное выражение и начал говорить. Ну, в хорошего учителя за минувшую ночь он не превратился, но я заметил, что сейчас на мои вопросы и уточнения он реагировал с меньшей враждебностью, чем вчера.

— … Да, корневые земли усиливают не только силу магов, но и их врожденную ментальную защиту, — сказал он, отвечая на мой очередной вопрос, когда до нас донесся звук, напоминающий звук горного камнепада. Но откуда бы камням было взяться на заснеженной равнине, через которую мы ехали?

— Оставайся здесь! Не приближайся к ней! — рявкнул Семарес, сам моментально разворачивая свою лошадь, и погнал ее в хвост отряда, откуда, собственно, и донесся шум, и где должна была ехать Янли.

Я посмотрел ему вслед, колеблясь. С одной стороны, он был прав — на расстоянии туман в моей голове слабел. С другой стороны, это касалось меня напрямую. А еще мне было любопытно…

К тому времени, как мы добрались до места, все, что могло случиться, уже случилось.

На земле лежали два Достойных Брата, безнадежно мертвых. И не просто мертвых — мумифицированных, полностью лишенных влаги. Рядом с одним из них на снегу виднелись блокирующие браслеты.

Испуганно ржали, вставали на дыбы и пятились лишенные всадников лошади.

Дорога, по которой мы недавно проехали, и окрестные поля, только что покрытые снегом, превратились в озеро, и уровень воды в нем поднимался прямо на глазах. А по поверхности этого озера, непроглядно черной, бежала Янли. Вернее, не столько бежала, сколько скользила, легкими танцующими движениями, но со скоростью, нереальной для обычного человека.

Кто-то из Достойных Братьев пытался преследовать беглянку, но лошади отказывались входить в воду, а когда несколько парней спешились и хотели пойти вброд, думая, что тут неглубоко, то почти сразу провалились с головой, и остальные их еле вытащили.

Магия… Никакая магия над черным