Грета и потерянная армия - Хлоя Джейкобс

— Я бы хотела узнать, через что ты прошла.

Нет, не хотела бы. Удушливый смешок вырвался прежде, чем она смогла остановить его, и она выругалась про себя.

— Может, если бы ты рассказала мне, как это было, то я смогла бы помочь тебе разобраться в твоих чувствах.

«Мне не нужен психолог, который будет рыться в моей голове. Мне нужна ведьма, чтобы открыть портал.»

Конечно же, она этого не сказала.

— Разговоры о моих чувствах, это не то, что помогало мне оставаться в живых последние четыре года, — огрызнулась она, затем в ужасе сжала губы.

Мисс Дэвидсон протянула руку через стол к Грете, как будто хотела утешить ту, но была слишком далеко, чтобы физически взять ее за руку.

— Послушай. Последнее, что мне хочется это то, чтобы тебе было неудобно со мной. Я здесь, чтобы помочь любым способом, который тебе нужен. Если это означает, что мы просто посидим здесь, чтобы ты могла немного помолчать, то мы тоже можем это сделать.

Она опустила взгляд, и Грета выпустила глубокий вздох, о задержании которого даже не подозревали.

— Хорошо, — пробормотала Грета.

— Я вернусь завтра, чтобы поговорить с младшими мальчиками. Мы могли бы ещё раз встретиться? Возможно, мы могли бы поговорить о твоем следующем шаге.

— Следующем шаге? Что это значит?

— Например, возвращение в школу.

В школу?

Великая Мать, она даже не предполагала, что они пошлют ее в школу, по крайней мере, не так скоро. Как она должна будет искать портал?

— Я не думаю, что школа — это действительно хорошая идея. Я имею в виду, так скоро, — выкарабкалась она. — Я не хочу бросать мальчиков.

— Они в хороших руках, уверяю тебя. Тебе больше не нужно их защищать.

Грета хотела успокоиться, но в ее груди что-то щемило.

— Я пообещала каждому из этих детей, что останусь с ними до тех пор, пока они больше не будут нуждаться во мне, но пока их семьи не объявились, Вы не можете сказать, что я им не нужна.

По потяжелевшему взгляду женщины было видно, что Грета удивила ее. Почему? Неужели она действительно думала, что Грета смогла самостоятельно провести четыре года, не зная, как противостоять незнакомцам?

Психолог не давила. Она была хороша в своей работе, а в ее заботе о Грете и мальчиках чувствовалась искренность.

Она чувствовала себя немного виноватой за то, что огрызнулась ранее, и, хотя она не собиралась ничего рассказывать психологу, согласиться увидеться с ней снова и согласиться пойти в школу, вероятно, сделает всех счастливыми.

— Думаю, было бы хорошо встретиться утром, и я не против вернуться в школу через несколько дней, если никто из мальчиков не уйдет, пока меня не будет, — сказала она, пожав плечами.

— Я уверена, что мы это организуем, — ответила психолог. — Никто не хочет, чтобы кто-либо из вас чувствовал беспокойство во время этого перехода.

Грета встала из-за стола и повернулась, чтобы уйти.

— Тогда, думаю, все будет хорошо.

Мисс Дэвидсон сказала ей вслед:

— Не могла бы ты спросить, не хочет ли твой друг Айзек зайти ко мне на несколько минут?

Всё ещё стоя спиной к женщине, Грета застыла.

— Эм, хорошо. Конечно.

На самом деле она не боялась, что Айзек скажет или сделает что-то слишком странное, но социальная работница была наблюдательной. Есть некоторые черты характера, которые просто нельзя скрыть, и это его монументальное высокомерие — одно из них. Ей хотелось присутствовать во время их разговора. Вероятно, это была бы самая интересная часть ее дня.

Айзек ждал, пока она выйдет из столовой, и приподнял бровь, когда Грета сказала ему, что консультант хочет его видеть. Его плечо коснулось ее собственного, когда они проходили мимо друг друга, и она подавила в себе желание остановить его и сжать руку. Это был жестокий день без единой минуты, чтобы побыть наедине, и еще долгое время не представиться никакой возможности это сделать. По крайней мере, когда они были разлучены в Милене, они могли поддерживать связь в своих снах, но теперь даже этот вариант для них был утерян.

Это была еще одна вещь, к которой нужно будет привыкнуть. Она предполагала, что возвращение в человеческий мир будет похоже на возвращение к нормальной жизни — наконец-то — но вместо этого все отбрасывало ее. До сих пор она не осознавала, насколько Милена стала ее новой нормой.

Родители Греты предложили устроить всех на ночь или на две, и, увидев детей, социальная работница согласилась, что, вероятно, лучше разместить их в отдельных приемных семьях до прибытия родителей.

А затем все посторонние ушли. Близилась полночь, и мальчишки засыпали на ходу пока ждали, пока закончатся приготовления ко сну.

Мать Греты передала простыни и одеяла.

— Ты уверена в этом? — мягко спросила она. — Твоего брата сегодня здесь нет, поэтому мы можем использовать его комнату. В запасной комнате есть кровать королевского размера, а в кабинете твоего отца есть диван. Я уверена, что мы могли бы найти место для…

Грета покачала головой. Она уже согласилась разделить свою старую комнату с Сионой, но разделять девять волнующихся мальчишек она не хотела.

— Они пока не хотят, чтобы их разлучали, так что отдых в подвале идеально подходит для всех. Мы все привыкли спать на земле. Не беспокойся, что им будет не комфортно.

Ее мать отвернулась, но не раньше, чем Грета мельком увидела ее поджатые губы.

Черт.

Она воспользовалась случаем и вытянула руку, чтобы мягко дотронуться до плеча матери.

Мать напряглась и оглянулась, глаза блестели от слез.

— Все хорошо, — сказала Грета. — То есть, наверно это не хорошо, но мы выжили. И мы были друг у друга. Мы справились.

Она приоткрыла рот, но ничего не сказала. Наконец, она кивнула и выпрямила плечи.

— Хорошо, — сказала она. — Почему бы тебе не отнести вниз эти одеяла и не удостовериться, что им всего хватает?

Грета взяла одеяла и повернулась,