Давай забудем друг друга - Мила Любимая

окажется, что у нас ничего не было! Я ведь просто не переживу, если…

Так, надо в темпе вспомнить, что произошло вчера. Попытаться как-то восстановить в памяти достоверную хронологию событий. Не могла же по я доброй воле лечь с Никитой Тарасовым в одну постель? По крайней мере, не в ясном уме и трезвой памяти. Да скорее я на полу вырубилась бы, чем с ним.

– Не трогал, Мира. Выдохни, – улыбается довольно этот невозможный гад. – Иначе бы ты все запомнила, проснулась бы с сорванным голосом и точно не смогла бы поднять свою аппетитную попку.

И премия года «Мистер Самовлюбленная Задница» вне всякой конкуренции достается Никите Тарасову.

– Хорошо. Что ты тогда делаешь в моей постели?

Я пыталась говорить спокойно, но голос дрожал и руки тоже. Про сердце вообще молчу. Как из груди не выскочило, непонятно. Ник – главная причина моей тахикардии. В двадцать лет, блин!

– Божечки, ты голый? Нет, совсем голый?

– Сойдет и просто Ник, – продолжает скалиться Тарасов. – Вообще-то я в трусах.

И повел мою ладошку по рельефному прессу прямо… прямо туда! Где все давно каменное от очевидного возбуждения.

Тьма, какой у него стояк! Будто бы в порнофильмах элитного качества. Да-да, все хорошие девочки в душе плохие и держат в скрытых папках книги и видео для взрослых. А в душе (ударение на первый слог) они воплощают свои смелые фантазии в реальность.

Против воли низ живота потянуло, откровенно намекая мне на то, что у моего тела есть некоторые биологические потребности, которые прямо сейчас нуждаются, чтобы их незамедлительно удовлетворили.

– Фу, хватит! – Я как шальная подскакиваю, забиваясь в самый дальний угол. Лишь бы подальше от него. – Тарасов, уровень маньячизма слегка понизь, а?

С шумом сглатываю, потому что он начинает медленно и грациозно приближаться, будто настоящий хищник. Глазами уже всю сожрал, без остатка.

– Как же ты хороша в моей футболке. – Он прикусывает нижнюю губу и опирается руками о кровать по обе стороны от меня. – Так и хочется…

– Не хочется, Тарасов! Не хочется! Если ты ко мне приблизишься хоть на сантиметр, то, клянусь, я закричу. На весь дом!

– Кричи, малышка. – Он усмехается, подцепляя края моей футболки. – Только подо мной. Я же помню, как ты умеешь.

Внутри все вспыхнуло. Взорвалось к чертовой бабушке!

– Не дождешься, понял? Ненавижу тебя!

Я со всей злости пихнула его в грудь. Он тут же послушно упал на спину, непонятно из каких побуждений. Встала на коленки и быстро поползла к противоположному краю постели.

– Потрясный вид! – присвистывает Ник и тут же смачно шлепает меня по заднице. – Князева, на свидание куда пойдем?

Я соскользнула с кровати и посмотрела на него снизу вверх. Хорош, дьявол! Тут даже и спорить бессмысленно. Знаю, что нельзя смотреть на него, но просто не могу отлипнуть от идеального тела Ника.

Ох, Князева… Иммунитет! Помнишь еще это слово, или мозги совсем отшибло при виде парня в одних труселях?

– Нравлюсь?

– Может, оденешься и расскажешь, что произошло? – с надеждой спрашиваю я.

Так-то терять сильно было нечего. Особенно после вчерашнего дня.

Вот как знала!

Ничем хорошим подобные вечеринки не заканчиваются. Сначала всем весело, потом кого-то купают в бассейне, а кто-то (как я) на следующее утро оказывается в постели с парнем, которого ненавидит всеми фибрами души!

– Если скажу, что ты ко мне приставала и требовала поцелуя, поверишь? – Ник медленно придвигается ко мне, упирая руки в бока, так что против воли я не могла смотреть куда-либо еще, помимо его тела. Вернее, его нижней части.

Мамочка, я буду гореть в аду.

– Нет, – отрицательно качаю головой, разворачиваясь к нему спиной. – Маловероятно, Тарасов. Останься ты даже последним парнем на всем белом свете.

– Для сведения, – это он шепчет мне уже на ухо, – моя очередь где-то за Авдеевым, или все-таки приз зрительских симпатий заслужил?

– Вы с Авдеевым будете вариться в одном котле! – шиплю я и пулей несусь мимо него к двери. – Разумеется, самого высокого качества.

Дернула за ручку и поняла, что дверь закрыта. Час от часу не легче! Провела ночь с Тарасовым, да еще и взаперти. Если кто-то узнает…

Ник молча повернул ключ в замке и приоткрыл дверь.

– Вы с Савельевой отмечали твое эпичное расставание. Ты уснула, я отнес к себе в спальню. Не трогал. На этом моменте можно и закончить истерику, малышка. Я не трахаюсь с куклами в отключке.

Мне тут же пришли на ум слова популярного хита, и я пропела про себя заразительные строчки:

    Несмотря на милое личико,

    Алкоголичка, алкоголичка.

    Счастье прогорает, как спичка,

    Алкоголичка, алкоголичка[8].

Вот уж точно – эпичное.

Другое слово подобрать будет куда сложнее. Чувствую, дальше последует история моего грандиозного позора, который я не скоро забуду. Вообще никогда не забуду. Но Маша и «эпичное» – это реально гремучий коктейль. Буквально взрывоопасный.

Засунув подальше все свои принципы и обиды, развернулась к Нику и спросила:

– Звучит, как начало конца, Тарасов. Скажи только, мне будет стыдно?

– В один прекрасный момент вы все решили играть в «бутылочку». – Он широко улыбается, словно вспоминает сейчас что-то смешное или неприличное. Может быть, все сразу. – Хотя это даже забавно. Моментами.

Божечки! Умоляю, я ведь не целовала его? Хотя бы не сама!

– Я с вами не играл, – услужливо рассказывает Никита, за секунды превращаясь в самого милого мальчика во вселенной. – Правда, пришлось напомнить о существовании ребер одному бессмертному гоблину.

– Нет…

– Князева, можешь сколько угодно воротить свой очаровательный носик и дуть губки, но тебя целовать буду только я. Точка.

– Через мой труп! – вскрикиваю я, вылетаю из спальни, стремительно сбегая вниз по лестнице.

К счастью, нигде больше не осталось никаких гостей. Только Машка в компании Сотникова. Оба уставились на меня, словно два барана на новые ворота.

Да что там еще стряслось в Датском королевстве? Я выжидающе скрестила руки на груди и запоздало поняла, что ушла от Тарасова в чем была. В одной его футболке… Какая прелесть!

* * *

Назад возвращалась очень неохотно и проклинала все на свете, словно меня вели на голгофу.

Угораздило!

Повезло, что свидетелями моего позора стали всего лишь двое человек, а не добрая половина нашего четвертого курса журфака.

Что я за невезучая такая? Даже нормально развлечься не могу. Только проблемы и неприятности нахожу на свою пятую точку. Надо было вызвать такси сразу, как Машку из бассейна вытащили, и все. Но тогда бы и про Егора всей правды не