Заря новой эры (сборник) - Оксана Плужникова

Вот уже более полугода Габриэль Дэвидсон работал на орбитальной станции «Аэлите». Верная Софи ожидала на Земле его возвращения. Срок его пребывания на станции подходил к концу, и Габриэль готовился вернуться к любимой уже через месяц. Внештатная ситуация едва не перечеркнула все его планы. «Аэлита», чтобы избежать столкновения с другой орбитальной станцией, изменила курс, отклоняясь в сторону, и сошла с орбиты. В Международном Космическом Агентстве опасались, что «Аэлита» рухнет на Землю или улетит слишком далеко. Безумно испугавшись за Габриэля, Софи с тревогой просматривала по телевизору выпуски новостей и подолгу сидела в интернете на сайте Агентства, поскольку в её памяти были слишком свежи воспоминания о крушениях «Гелиона-17» и «Селены-1». Наконец, после суток мучительного и пугающе-тяжёлого ожидания, было объявлено, что станция «Аэлита» благополучно восстановила расчётную орбиты. Рассчитал новые параметры орбитального движения один из членов экипажа станции, талантливый техник и превосходный пилот, Габриэль Дэвидсон.

Во время видеосвязи с Землёй, трансляцию которой показывали по интернету в режиме онлайн, Габриэль передал привет Софи:

– Софи! Прекраснейшая моя и любимейшая невеста! Я знаю, что сейчас ты слышишь и видишь меня, поэтому, как и обещал, передаю тебе горячий привет с орбиты, со станции «Аэлита». Даже здесь я чувствую, что ты беспокоишься обо мне. Но не переживай, Софи, у нас уже всё в порядке. Правда, времени у нас мало, общаться долго с Землёй мы не можем. Поэтому, Софи, я хочу сказать главное, и пусть меня слышит весь мир! Выходи за меня замуж, Софи! Будь моей женой и раздели со мной мою жизнь!

Сидевшая за столом Софи расчувствовалась, прозвучавшее в прямом эфире предложение Габриэля было очень торжественным и трогательным. Девушка посмотрела на своего возлюбленного, парившего в невесомости в одном из отсеков станции, и, коснувшись рукой экрана компьютера, сказала:

– Да, Габриэль, я согласна!

Энн была дома, просматривала тетради своих учеников, когда к ней в гости прибежала Софи. Светлые вьющиеся волосы растрепались от быстрого бега, серо-голубые глаза светились счастьем и радостью, а на щеках играл румянец.

– Энни! Энни! – с порога закричала подруга. – Представляешь, Габриэль сделал мне предложение прямо во время видеотрансляции! Он предложил мне стать его женой! И весь мир слышал это! Мне даже звонили мои ученики, спрашивали, я ли та самая Софи, которой передал привет орбитальный астронавт Габриэль Дэвидсон. Я ответила, что да, я та самая девушка. Ребята уже поздравили меня. Я так счастлива, Энни!

– И я тебя тоже поздравляю, Софи! – Энн сердечно обняла подругу. – Я так рада за тебя. Это настоящая косморомантика – сделать предложение руки и сердца прямо с орбиты!

Обрадованная, как ребёнок, получивший лучший подарок в жизни, Софи бросилась звонить родителям, чтобы поделиться этой радостной новостью.

Свадьба Габриэля и Софи состоялась перед самым Рождеством, двадцать второго декабря. Невеста была в пышном, сшитом на заказ, платье, жених – в строгом чёрном костюме. На свадьбе, кроме родителей, друзей и свидетелей, присутствовали ещё школьники, ученики Софи, пришедшие на церемонию с пышными букетами цветов и поздравлениями для любимой учительницы. Сара держала белую бархатную подушечку с кольцами. После венчания в церкви все поехали отмечать в ресторан, где, кроме бросаний свадебных венков и поздравлений были ещё вкусные угощения и танцы.

После торжества и просмотра подарков Софи и Габриэль отправились в свадебное путешествие, запланировав посетить несколько модных столиц.

Вернулись молодожёны только после новогодних праздников. Поочерёдно заехали к своим родителям, бывая то в квартире Софи, то в родном доме Габриэля. Показывали родственникам и друзьям фотографии, сделанные во время свадебного путешествия.

Габриэль снимал квартиру и Софи, жившая до свадьбы у родителей, переехала к нему. Вдвоём они начали откладывать деньги на покупку собственного жилья.

В конце января Софи захотела навестить своих родителей. Габриэль поехал вместе с ней на автомобиле. Дорога была пустынна, и Габриэль рассчитывал доехать до четы Бекеров за один час.

Со дня крушения «Гелиона-17» Марианна не любила внезапных ночных звонков. Она отключила домашний телефон и лежала в кровати, мучаясь бессонницей. На душе было тоскливо, девушке не хватало крепкого плеча, к которому можно прислониться, не хватало ласки и заботы. О Джеке она не вспоминала вообще, а с Чарльзом лишь изредка перезванивалась, поддерживая дружеское общение.

На журнальном столике зазвонил мобильник – Марианна забыла отключить его. Девушка нажала на кнопку принятия вызова и услышала плач Энн Майерз.

– Что случилось, Энн? – спросила Марианна, садясь на постели и подтягивая колени к подбородку.

– Мари! – всхлипнула подруга. – Софи с Габриэлем разбились!

– Что?! – не поверила своим ушам Марианна. – Как это?

– Они на машине поехали к родителям Софи. – объяснила Энн, громко шмыгая носом. – Мать Софи забеспокоилась, что дочери и Габриэля долго нет, и попросила своего мужа поехать им навстречу. Он поехал и увидел на дороге перевёрнутую машину Габриэля. Там трасса скользкая, недавно оттепель была, поэтому, видно, и не удалось Габриэлю автомобиль удержать. Их тела уже «Скорая» забрала.

Когда Энн отключилась, и из трубки полетели короткие гудки, Марианна всё ещё продолжала сидеть, сжимая в руке телефон.

Катрин ехала в машине, стараясь догнать «Скорую помощь» и едва сдерживая себя, чтобы не вдавить в пол педаль газа. Но дорога была скользкой и безопасный скоростной режим приходилось соблюдать. Перед глазами всё ещё стояла искорёженная перевёрнутая машина Габриэля с выбитыми стёклами. Катрин, внимательно глядя на дорогу, сбросила скорость – ей не хотелось самой попасть в аварию.

Потрясённая звонком Энн, Катрин поехала в больницу, туда, куда отправили Софи и Габриэля. Габриэль погиб на месте, и его тело отвезли в морг, а Софи была ещё жива. Катрин неистово молилась, чтобы она выжила.

Здание больницы ярко светилось в опустившихся зимних сумерках квадратами окон. Выскочив из автомобиля, Катрин вбежала в приёмный покой и прорвалась в процедурную, как раз когда один из медиков закрывал лицо Софи простынёй.

– Что… – Голос Катрин осёкся, и девушка не смогла договорить свой вопрос.

– Не спасли, – ответил врач. – Слишком тяжёлые травмы. Она только на минуту в сознание пришла, а потом умерла.

– Она говорила что-нибудь? – спросила Катрин слабым, охрипшим голосом.

– Да, говорила, что её зовёт муж, и она уходит к нему. – Врач махнул остальным: – Отправьте тело в морг.

Убитая его словами, Катрин пошла к своей машине, но не дошла до неё всего несколько шагов и бессильно опустилась прямо на снег.

Через три дня состоялись похороны. Очередные похороны друзей. Со дня свадьбы Софи и Габриэля прошёл всего месяц, молодые люди могли бы ещё долго жить, завести детей, но судьба распорядилась иначе. Одноклассники собрались проститься с ними. Марианна выбралась из машины Чарльза, надвинув на голову капюшон куртки, чтобы укрыться от густого липкого снега. В церемониальном зале играл траурный марш, слишком знакомый оставшимся в живых одноклассникам. Родители Сары и Габриэля плакали навзрыд, кто-то из родственников суетился вокруг них, поднося успокоительные лекарства. Поодаль, с печальными лицами, стояли ученики Софи, пришедшие проводить любимую учительницу в последний путь. Сара, одетая во всё чёрное, сидела в углу, молчаливая и бледная, как восковая кукла.

Похоронили Софи и Габриэля рядом друг с другом, усыпав оба гроба розами и лилиями. Даже снег прекратил идти, позволяя скорбящим людям тихо проститься с умершими. Одноклассники стояли перед двумя могильными холмиками дольше всех. Из двенадцати человек их осталось всего шестеро. Половины класса уже не было в живых. В стороне, недалеко от места захоронения Софи и Габриэля, находились могилы Евы, Роберта и Адама.

Марианна чувствовала себя замёрзшей статуей, бесчувственной машиной. Все эмоции умерли в ней, и Марианне казалось, что она всю жизнь была роботом. На душе было так же темно и холодно, как и на далёком Плутоне. Энн вытирала слёзы чёрным кружевным платком. Катрин почему-то вспомнилось Рождество, то самое, которое они все вместе отметили у Софи.

Сара долго молчала, не замечая стекающих по щекам слёз, но после поминок, когда одноклассники габриэли проводили её и родителей домой, у неё внезапно началась истерика.

– Не смей меня оставить так же, как они! – закричала она, бросаясь к Марианне. – Не смей, слышишь? Не смей! Не смей!

Марианна толкнула девушку на кровать, крепко перехватила её запястья и прижала своим телом. Сара, заливаясь слезами, попыталась вырваться, но не смогла, и понемногу успокоилась. Марианна позвала Чарльза, чтобы он дал Саре какое-нибудь лекарство. Чарльз принёс снотворного, и младшая сестра Габриэля, измученная истерикой, вскоре уснула.