Заря новой эры (сборник) - Оксана Плужникова

– Ты знаешь, что Джек уволился с работы? Он теперь учится в Международной Космической Академии.

– Мне всё равно, – ответила Марианна и затянулась сигаретой.

Через год после крушения «Гелиона-17» семьи Стэнли, Картер и Филипс решили продать свои дома и переехать, поскольку не могли оставаться в городе, где всё, даже каждая улица, напоминало им о погибших детях.

– Нам невыносимо жить здесь, – говорили безутешные родители. – Мы выходим на улицу, и в нашей памяти сразу оживают воспоминания о том, как мы вели наших детей в парк и в кино. Нам просто необходимо сменить обстановку, поэтому мы и переезжаем.

Софи, Катрин и Марианна помогали Хелен Стэнли разбирать вещи Евы. Почти вся мебель в особняке была уже продана, часть раздали соседям. Только в комнату дочери Хелен не заходила, позволив девушкам действовать самим.

Марианна забрала себе радиоуправляемую летающую тарелку, покрытую изрядным слоем пыли, Катрин сняла со стены портрет Евы, который сама нарисовала и преподнесла подруге. На портрете Ева, изображённая на фоне опадающих осенних листьев, улыбалась своей беспечной улыбкой. Софи решила забрать себе коллекцию научных журналов, чтобы читать их вместе с Габриэлем. Она взяла их в руки, желая убрать в сумку, но вдруг из стопки глянцевых изданий выпал белый конверт.

– Девчонки, смотрите, – сказала Софи, подозвав подруг. – Это письмо Евы. Её послание в будущее.

– Да, действительно. – Марианна прочитала подпись на конверте. – Только не надо его вскрывать. Катрин! Возьми письмо, пусть оно хранится у тебя. Вы с Евой были очень дружны, поэтому пусть этот конверт напоминает тебе о ней.

Катрин взяла запечатанное письмо и положила его в сумку, поближе к портрету.

Дома Катрин достала письмо и долго держала в руках. Нет, она не будет сейчас вскрывать конверт. Ещё не время. Пусть письмо подождёт своего часа, полежит на столике рядом с портретом Евы. Катрин прочтёт послание на Марсе, когда увидит его розовое небо и красный песок.

Солнечные лучи пробивались через густую изумрудную листву парка и дробились на множество маленьких солнечных зайчиков. Софи и Габриэль сидели на скамейке в заброшенной части парка и ели мороженое.

– Может, ты всё-таки не полетишь? – спросила Софи, умоляюще глядя на Габриэля. – Мне так страшно за тебя, не отпущу! Я не хочу, чтобы ты погиб.

– Успокойся, моя любимая, – сказал он, целуя её в холодные и сладкие от мороженого губы. – Всё будет хорошо. К тому же я не на Марс лечу, а на орбиту, на станцию «Аэлита». А орбитальные шаттлы гораздо надёжнее, чем межпланетные ракеты. Ну, не переживай, Софи, я тебя очень прошу. И не плач, лучше доедай мороженое, а то растает. Я же не навсегда улетаю, а на время. Отработаю положенный срок на станции, и прилечу обратно к тебе.

– Правда? – Софи вытерла ладонью слезинку, стекающую по щеке. – И всё же, Габриэль, мне было бы гораздо спокойнее, если бы ты выбрал другую профессию, не связанную с космосом. Я до сих пор скорблю о Еве и Роберте.

– Милая, довольно скорби и печали, ведь столько времени прошло. – Габриэль обнял девушку. – Позволь их душам упокоиться с миром. Не терзай их своей тоской. Смотри в будущее. В светлое и прекрасное будущее. Мой отец мечтал стать астронавтом, но не смог по состоянию здоровья. Я хочу воплотить его мечту в жизнь и увидеть Землю из космоса. А тебе, дорогая моя Софи, я обязательно передам привет с орбиты.

– Прямо с орбиты? – повеселела девушка, и её серо-голубые глаза радостно заблестели. – И чтобы все видели и слышали его?

– Да! А как же? Пусть весь мир знает, что меня ждёт самая лучшая, самая красивая и самая любимая девушка на планете!

– Габриэль, ты совсем меня смутил! – покраснев, хихикнула Софи, доедая мороженое.

– Но ведь так и есть на самом деле, Софи! – Габриэль снова поцеловал её в губы. – И после работы на «Аэлите» я обязательно женюсь на тебе.

– Габриэль, ты серьёзно? – засмеялась девушка, не делая никаких попыток вырваться из крепких объятий парня.

– Серьёзнее не бывает, любовь моя.

Габриэль покрыл поцелуями лицо Софи, а она в ответ щекотала его под рёбрами.

– Как там Сара? – спросила Софи, отсмеявшись.

– Не очень, – ответил Габриэль. – Плачет, со мной не разговаривает. Закрылась в комнате и не выходит. Так же, как и ты, не желает отпускать меня и напоминает о роковом «Гелионе-17».

– Я понимаю её, – вздохнула Софи. – Ты у Сары единственный и любимый старший брат. Она боготворит тебя. Мне даже кажется, что её будущий муж будет твоим подобием. Твой авторитет для Сары просто непоколебим.

– Да, моя младшая сестрёнка очень привязана ко мне. – Габриэль задумчиво улыбнулся, касаясь губами светлых волос Софи.

Вечером этого же дня Софи зашла в гости к Дэвидсонам и постучалась в комнату Сары.

– Сара, это я, Софи! Открой дверь, пожалуйста!

Ответа не последовало.

– Открывай, Сара! – Софи постучалась настойчивее. – Я буду стоять под дверью хоть вечность, до тех пор, пока ты не впустишь меня.

Наконец, в замке повернулся ключ, и дверь распахнулась. На пороге стояла заплаканная Сара, с растрёпанными волосами и покрасневшими от слёз глазами.

– Проходи, – сказала она севшим от рыданий голосом.

Окно было задёрнуто занавеской, в полутёмной комнате царил беспорядок. Сара легла на смятую постель и уткнулась лицом в подушку. Софи опустилась рядом с ней на край кровати.

– Не надо плакать, Сара. Габриэль всё равно сделает так, как решил.

Сара резко подскочила, отбросив подушку.

– Софи! Мой брат чересчур упрям! На него ничего не действует, ни уговоры, ни мои слёзы! Как отговорить его от этого полёта? Я не хочу потерять его! Но Габриэль же принципиален. Он решил исполнить заветную мечту отца! Это же почти год работы на орбитальной станции! Софи, может, ты как-нибудь повлияешь на него?

– Увы, Сара, – тяжело вздохнула Софи, разводя руками. – Габриэль не послушал даже меня.

– Упрямый дурак! – фыркнула Сара.

– Он просто не хочет подводить отца. Раз Габриэль обещал, он обязательно это сделает. – Софи достала из кармана платок и вытерла заплаканное лицо Сары. – К тому же Габриэль сказал, что, когда вернётся со станции, обязательно на мне женится.

– Что, правда? – Младшая сестра Габриэля схватила девушку за рукав. – Тогда это очень хорошо! Габриэль никуда не сможет деться от тебя, и навсегда забудет про космос.

Софи по-сестрински обняла Сару, поглаживая по волосам и качая на коленях, как маленькую.

Когда стартовал орбитальный шаттл, на котором Габриэль отправился на «Аэлиту», Софи горячо молилась, чтобы полёт прошёл успешно. Девушка вздохнула облегчённо лишь тогда, когда объявили о завершившейся стыковке шаттла с орбитальной станцией.

Прошло два года с момента исчезновения «Селены-1», и вот, наконец, её поиски завершились. Сгоревшие обломки ракеты обнаружились в районе кратера Шрёдингер на обратной стороне Луны Поисковые автоматизированные роботы провели тщательный анализ обломков и тел погибших. Останки космонавтов отправили на Землю в спасательном модуле.

Энн, увидев репортаж об этом в выпуске новостей, долго и безутешно рыдала. Все эти два года она верила, что её любимый Адам жив и ещё вернётся к ней, а вот теперь её надежды рухнули. Они ведь даже не успели пожениться! Энн горько сожалела о том, что не предприняла ни одной попытки соблазнить Адама. Она мечтала о ребёнке, который был бы похож на её возлюбленного. Энн никто не был нужен, кроме Адама. Утешать подругу приехали Софи, Катрин и Марианна. Они просидели с ней весь день, а потом остались на ночь. Энн была в очень подавленном состоянии, не смогла пойти на работу, и никакие успокоительные лекарства ей не помогали. Девушка молча сидела в углу, сжимая дрожащими пальцами сигарету и роняя тихие слёзы на фотографию Адама.

Убитая горем Линда тоже рыдала, судорожно глотая воду и вытирая слёзы чёрным платком.

– Я давно чувствовала, что он погиб. – всхлипывала она. – О, Адам, мой мальчик, мой сын…

Заплаканная Энн суетилась вокруг женщины, поднося лекарства и успокаивая. Они вдвоём, потеряв единственного и дорого человека, утешали и поддерживали друг друга, как могли, не позволяя себе сорваться в бездну пустоты и отчаяния.

На кладбище появились четыре новые могилы. Скорбящие уже разошлись, но Энн задержалась, решив побыть одной. Она думала, что выплакала все слёзы на церемонии прощания с телом любимого, но сейчас зарыдала с новой силой.

– Эх, Адам, Адам… – Энн обессиленно опустилась на колени перед могильным холмиком, где теперь лежал её жених. – Почему ты оставил меня? Почему? Как я буду жить без тебя? Мы вместе так ничего и не успели…

Девушка говорила это тихим срывающимся голосом, и горячие слёзы, стекая по её щекам, капали на букет искусственных цветов.

Вот уже более полугода Габриэль Дэвидсон работал на орбитальной станции «Аэлите». Верная Софи ожидала на Земле его возвращения. Срок его пребывания на станции подходил к концу, и Габриэль готовился вернуться к любимой уже через месяц. Внештатная ситуация едва не перечеркнула все его планы. «Аэлита», чтобы избежать столкновения с другой орбитальной станцией, изменила курс, отклоняясь в сторону, и сошла с орбиты. В Международном Космическом Агентстве опасались, что «Аэлита» рухнет на Землю или улетит слишком далеко. Безумно испугавшись за Габриэля, Софи с тревогой просматривала по телевизору выпуски новостей и подолгу сидела в интернете на сайте Агентства, поскольку в её памяти были слишком свежи воспоминания о крушениях «Гелиона-17» и «Селены-1». Наконец, после суток мучительного и пугающе-тяжёлого ожидания, было объявлено, что станция «Аэлита» благополучно восстановила расчётную орбиты. Рассчитал новые параметры орбитального движения один из членов экипажа станции, талантливый техник и превосходный пилот, Габриэль Дэвидсон.