Знамена Князя - Сергей Соболев

– Допустим. Но что это меняет?

– Ничего и в то же время все. Теперь уже становится ясно, что многие прежние методы не годятся.

– А какие, по-вашему, методы годятся, умник?

– Тоньше надо действовать, Даркмен, тоньше…

Глава 8

– Я еще не представилась вам, верно? – сказала женщина, когда они вышли в тускло освещенный коридор. – Меня зовут Лариса Сергеевна. По большей части вы будете общаться именно со мной, Алексей Андреевич. Как долго это будет продолжаться? Сроки у нас сжатые, поэтому, думаю, за декаду мы с вами управимся.

С мягким шипением створки дверей, находящихся в конце коридора, разошлись в стороны. Женщина посторонилась, пропуская Романцева в тамбур, через который они попали в то самое помещение, в котором он пришел в себя – на глазах у Стоуна – после четырехсуточной отключки.

– Ну и ну, – пробормотал Романцев себе под нос. – Между прочим, я вам в компанию не набивался. И на ваши проблемы, сказать по правде, лично мне наплевать.

Лариса Сергеевна уселась в кресло, в котором примерно полсуток назад восседал Карпинский. Подчиняясь ее жесту, Романцев нехотя опустился в кресло, расположенное по другую сторону стола. За спиной женщины, чуть правее от нее, обнаружилась еще одна дверь, которую он в прошлый раз не заметил – то ли из-за того, что был малость не в себе, то ли по причине скудного освещения, при котором протекала его беседа с Карпинским.

Женщина о чем-то задумалась, глядя при этом не на Романцева, а прямо перед собой. Воспользовавшись этой внезапно возникшей паузой, Романцев решил повнимательнее приглядеться к своей новой знакомой.

На вид ей можно дать лет тридцать. Максимум – тридцать пять. Роста выше среднего, что-то около ста семидесяти. У нее гордая осанка и, кажется, недурственная фигура. На лице, лишенном косметики, невозможно прочесть ровным счетом ничего. По всему видно, что эта женщина предпочитает держать дистанцию между собой и другими людьми. Матовая кожа без единого изъяна, высокие славянские скулы, серые с коричневатыми крапинками глаза, временами словно прикрытые изнутри шторками. Темно-русые волосы стянуты в тугой узел на затылке и повязаны нежно-бирюзового окраса косынкой. Да, эту женщину можно было бы назвать привлекательной. Если бы не одно «но». Она работает на Карпинского, хотя и не ясно, чем именно она здесь занимается. Иными словами, ее следует опасаться в той же степени, что и самого Стоуна.

– Закончили осмотр? – поинтересовалась женщина, окинув его чуть насмешливым взглядом. – Вы адаптировались к своей новой роли даже быстрее, чем я ожидала.

– Кончайте этот балаган! – процедил сквозь зубы Романцев. – И объясните мне наконец, что, черт побери, здесь происходит?!

– Исчерпывающие объяснения вам сможет дать лишь Игорь Юрьевич. Но я не думаю, что это произойдет сегодня или завтра. Существует информация, к восприятию которой вы попросту не готовы. Не только ваш организм, но и ваш разум, ваша психика должны кардинальным образом перестроиться. И я, в меру своих сил и знаний, помогу вам справиться со всеми этими проблемами.

– Я? Не готов? – криво усмехнулся Романцев. – Через мои мозги прошло столько всякого-разного, уважаемая, что вам и не снилось! Не знаю, зачем я вам понадобился и в какие игры вы здесь играете. Но вряд ли вы изобрели нечто такое, что могло бы поразить мое воображение.

– Уверена, вскоре вы измените свое мнение.

– Странная вы женщина, Лариса Сергеевна… Я смотрю, что вы не боитесь оставаться со мной наедине, хотя знаете, что меня доставили сюда против моей воли. Думаю, вы догадываетесь, что все это мне чертовски не нравится!

– Я знаю, что вы не причините мне никакого вреда, – спокойным тоном сказала женщина. – Понимаю, что вы не в духе, и, будь на вашем месте, я бы тоже была недовольная тем, что случилось. Но то, что вы здесь оказались, – это не случайно. Если угодно, это ваш собственный, хотя пока и не до конца осмысленный выбор.

– Я не нуждаюсь в ваших глубокомысленных замечаниях и предположениях, – чуть подавшись вперед, сказал Романцев. – Кто вы вообще такая?! Вы врач? Случаем, не вы обкололи меня без спроса какой-то дрянью?

– Моя специальность лежит на стыке медицины и нескольких прикладных наук, о которых вы, хотя и являетесь весьма эрудированным человеком, имеете смутное представление. Что касается ответа на ваш второй вопрос… Все, что происходит с вами в последние дни, является срочной и дорогостоящей операцией по вашему спасению. Я понимаю, что это слишком простое объяснение, но в этом деле есть некоторые нюансы, которые я пока вам не в силах изложить.

– Иными словами, я для чего-то понадобился Стоуну?

– Да, Игорь Юрьевич считает, что вы – одна из наиболее подходящих кандидатур. Это первое. И второе, что вам следует знать: в последние дни вы стояли к смерти ближе, чем думали.

– Неужели? – скривил губы Романцев. – Может, хватит меня запугивать?! Стоун меня пугал, теперь вот вы стращаете…

Лариса Сергеевна бросила в его сторону довольно-таки странный взгляд.

– Я вижу, вы мне не верите?

– Да, представьте себе. Я считаю, что вы пудрите мне мозги, хотя и не понимаю до конца, зачем это вам нужно.

Женщина одним гибким движением поднялась из-за стола, и Романцеву, не растерявшему еще до конца остатки воспитания, пришлось тоже встать на ноги.

– Мы могли бы миновать этот не слишком приятный этап. – Женщина кивком указала на дверь, рядом с которой стояла. – Я надеялась, что будет достаточно одних моих объяснений… Вы не хотите верить мне на слово? Вам нужны доказательства? Ну что ж, я готова вам их предъявить!

Романцев должен был признаться самому себе, что он последовал за этой странной женщиной не без внутренней дрожи. Да, жизнь научила его быть скептиком и ничего не принимать на веру просто так, без должной проверки. Но тот же жизненный опыт подсказывал ему, что человек бывает крайне изобретателен в своих недобрых помыслах и что существуют такие бездны, куда простому смертному лучше не заглядывать.

В какую-то долю секунды, прежде чем он шагнул вслед за Ларисой Сергеевной в открывшийся дверной проем, в голове его пронесся целый вихрь тревожных мыслей. Куда это она его ведет? В местный застенок, где его познакомят с палачом? В научную лабораторию, где ставятся изощренные эксперименты и где таких, как он, используют в качестве подопытных кроликов? В прозектуру,[7] где на мраморных столах разложены тела неких существ инопланетного происхождения или же андроидов, на которых так здорово смахивают с виду парочка помощников Ларисы Сергеевны? А может быть, его проведут какими-то тайными тропками в Зазеркалье, где он нос к носу столкнется с еще одним Алексеем Романцевым – кстати, вот что было бы самым ужасным…

– И это все? – несколько разочарованно произнес Романцев, оглядываясь по сторонам. – А я-то уж и вправду подумал…

Его тайные страхи не оправдались. Помещение, посередине которого он стоял, почти в точности копировало его служебный кабинет в здании на Шаболовке, где базируется возглавляемый им аналитический отдел ГУБОП. На мгновение в мозг закралась мысль, что он и вправду находится в своем родном офисе, который занимает вот уже восемь лет… И что вот сейчас, в эту самую секунду, распахнется настежь дверь, на пороге возникнут двое его замов или кто-то другой из его подчиненных; и тогда, увидев их ухмыляющиеся рожи, он врубится наконец, что все происходящее с ним – это всего лишь розыгрыш…

Но нет, наваждение, завладевшее мозгом на короткий миг, тут же рассеялось. Потому что, помимо всего прочего, существовали кое-какие детали, на которые он не мог не обратить внимания даже в своем нынешнем бедственном положении.

На письменном столе, свободном от бумаг, лежал ноутбук – с откинутой крышкой, но не включенный пока в работу. Справа от ПК на столешнице находится жесткий диск, заключенный в прозрачную подложку. Похоже на то, что это и вправду его «чемоданчик», во всяком случае, этот ноутбук выглядит точь-в-точь как тот, которым он привык пользоваться на службе… Есть только одно «но». Никогда и ни при каких условиях, покидая даже ненадолго свой кабинет, он не оставлял на виду свой портативный ПК – не то чтобы он опасался того, что в его отсутствие кто-то может скачать какую-то информацию – доступ к базе получить не так легко, – а просто порядок есть порядок… Будь то служебные документы или программное обеспечение для персоналки – оставлять беспризорными их не положено. И вообще самые ценные сведения и самые опасные тайны надежнее всего хранить в собственной голове.

Имелось еще несколько деталей, на которые он не мог не обратить внимания.

Справа от кресла, на приставном столике, стоял автоответчик фирмы «Филипс» – точно такой же аппарат он поставил в квартире, которую снял для себя после развода. Чуть дальше, возле окна, плотно задернутого портьерами, – скорее всего, там было не окно, а глухая стена – на подставке темнел телевизор «Сони», точная копия телеящика, который он приобрел недавно для своего нынешнего холостяцкого жилья. В замочной скважине сейфа виднеется ключ, дверца слегка приоткрыта – явный непорядок. И последнее: в двух местах, почти под потолком, на кронштейнах установлены следящие телекамеры, а вот в его родном кабинете на Шаболовке ничего подобного и в помине не было.