Меченый смертью. Том 5 - Валерий Юрич

тоже ждем пополнения, — и князь Зубов окинул полным обожания и даже какой-то животной страсти взглядом свою молодую пассию.

— Все очень просто, Михаил Петрович, — равнодушно ответил я. — Как утверждает сам доктор Боткина, я спас ему жизнь. Хотя, следует сразу оговориться, что сам я себя никаким спасителем не считаю. Я просто сделал то, что считал правильным.

— Неужели вы про то ужасное покушение, которое произошло у Нотр-Дам-де-Пари? — в голосе князя зазвучало неподдельное удивление.

— Разве эта новость успела докатиться до Петербурга? — в свою очередь удивился я.

— Когда речь идет о лечащем враче императорской фамилии, любезный Александр Андреевич, новости разлетаются со скоростью света. — Генерал-губернатор вальяжно уселся на диван рядом со мной. — Говорят, на одной из колоколен собора находился снайпер, и его целью был именно доктор Боткин. — Михаил Петрович немного помолчал и, увидев, что я ничего не отвечаю, не удержался от вопроса: — Но как вам это удалось, князь? Одно дело — нейтрализовать убийцу заранее, но отразить уже выпущенную пулю, которая должна поразить цель еще до того, как вы услышите звук выстрела, это, по-моему, абсолютно невозможно.

— Мне просто повезло, — равнодушно пожал я плечами. — Я увидел мимолетный отблеск на крыше собора и решил на всякий случай установить вокруг нас с доктором Боткиным магический щит. Я лишь выполнял поручение отца. Он в тот момент был еще жив и цеплялся за любую возможность продлить свое существование. Отец просил меня привести к нему знаменитого доктора царской семьи. Он хотел услышать его вердикт. Это и являлось моей главной целью.

— Но что же это за щит был такой? — Генерал-губернатор проницательно посмотрел на меня. — Ведь снайпер стрелял пулями с этериумом. Всем известно, что от них магией не защитишься.

— Уверен, что вы, князь, слышали про графа Воронова Андрея Михайловича и прекрасно знаете, чем он знаменит? — я обвел равнодушным взглядом собравшихся в гостиной и после этого вопросительно посмотрел на генерал-губернатора.

— Кто же про него не слышал, Александр Андреевич? Это же наш знаменитый соотечественник, искусно владеющий аспектом эфира.

— Тогда вы, наверняка, слышали, у кого он обучался.

— Мастер Юфэй, насколько я помню? — наморщив лоб, ответил генерал-губернатор. — Великий китайский маг. Он вроде бы умер лет пять тому назад или что-то около того. — Князь Зубов сделал неопределенный жест рукой, как бы выражая свою не слишком большую осведомленность в этом вопросе.

— Да, действительно. Великий мастер покинул наш мир. Но оставил после себя несколько трактатов, касающихся магии эфира. И мне посчастливилось ознакомиться с одним из них, самым обширным. А поскольку дар выявил во мне предрасположенность в том числе и к этому аспекту, я начал его развивать и достиг в этом некоторых, хотя и скромных на мой взгляд, успехов.

Конечно, это была всего лишь красивая легенда. На самом деле азам аспекта эфира, как и способам взаимодействия с пентаграммой пяти аспектов, я обучился Забытом приюте ордена Черной розы. Однако, справедливости ради стоит сказать, что я действительно обучался ему в основном по трактату Юфэя.

— То есть, вы хотите сказать, князь, что этот аспект как-то помог вам в защите доктора Боткина? — В голосе генерал-губернатора снова зазвучало любопытство.

— Я какое-то время экспериментировал с эфиром и мне удалось научиться объединять его с аспектом воздуха. Эта очень сложная магическая формула, скажем так, мое ноу-хау, и помогла отразить удар пули из этериума. А если быть точным, то даже не одной, а двух пуль.

— Двух⁈ — удивленно переспросил генерал-губернатор, уставившись на меня цепким взглядом.

Я выдержал долгую паузу и задумчиво поглядел перед собой, словно еще раз воскрешая в памяти события того рокового дня, а затем бросил быстрый взгляд на князя Зубова.

— Стрелков было двое, князь. Об этом не сообщали в новостях и не судачили в гостиных. Этот факт сознательно умалчивается французскими властями. В противном случае им пришлось бы расписаться в своей полнейшей несостоятельности. А все потому, что одному из них удалось бежать с места преступления и бесследно исчезнуть, не оставив после себя никаких улик.

После этих слов глаза генерал-губернатора широко раскрылись. Было похоже, что он на какое-то время полностью забыл про взятую на себя роль хозяина вечера.

— Два стрелка. Подумать только! — сдержанно пригладив редеющие светлые волосы, ответил он. — Но одного-то все-так получилось схватить.

— Все верно, Михаил Петрович. И знаете, что самое интересное? — Я внимательно посмотрел на генерал-губернатора. — Им оказался бывший сотрудник «Стального бастиона» князей Филатовых.

Реакция князя Зубова была настолько живописной, что, пожалуй, будь сейчас в этой гостиной фотограф, он бы многое отдал за то, чтобы запечатлеть в этот момент лицо Михаила Петровича. Генерал-губернатор на миг лишился дара речи.

— Вы, кажется, с ними знакомы, князь? — Я продолжал подливать масла в огонь. — Его логистическая компания базируется в вашем регионе. Называется, как я уже говорил, «Стальной бастион». Помните такую?

Генерал-губернатор после недолгого замешательства полностью овладел собой и постаравшись придать голосу как можно больше равнодушия ответил:

— Что-то такое припоминаю, Александр Андреевич. А позвольте поинтересоваться, откуда у вас такие сведения? Я про информацию о бывшей профессиональной деятельности этого негодяя, что покушался на доктора Боткина?

— Мой отец, как вы, наверняка, знаете, был не последним человеком в Париже, да и в самой Франции. И поскольку это дело касалось лично его, то он, оставаясь весьма деятельным даже в последние дни жизни, не преминул добыть максимум сведений об этом деле. Он не мог допустить, чтобы хоть малейшая тень подозрения легла на его честное имя. И если это все-таки случится, то он поручил мне обнародовать детали произошедшего, предоставив мне доступ ко всем добытым материалам.

— Но, если это настолько секретная информация, почему вы делитесь ей со мной? — В голосе генерал-губернатора прозвучали нотки подозрения.

— Видите ли, Михаил Петрович, мне стало доподлинно известно, что французское правительство передало Его Императорскому Величеству, Михаилу Александровичу Романову, всю информацию по покушению на лечащего врача венценосной семьи. А «Стальной бастион» базируется в областях, находящихся под вашим надзором и управлением. Поэтому, исходя исключительно из дружеских побуждений, я и решил рассказать вам об этом. К тому же вы сами подвели меня к этой теме. Одним словом, предупрежден — значит вооружен. — И я попытался изобразить на своем лице вполне дружелюбную улыбку.

— Благодарю