Меченый смертью. Том 5 - Валерий Юрич

всегда эти избранные были из числа аристократов. Но даже те, кому среди власть имущих и знатных особ посчастливилось получить дар, редко развивали его до более-менее сносного уровня. У них и без этого было все. Идти на лишения, подвергать себя жестким тренировкам, тратить на это уйму времени мало кто хотел. Проще было купить услуги мага недворянского происхождения. Расценки в этой области были весьма приемлемыми, а результаты вполне себе приличными.

Но никто из этих магов-наемников не рискнул бы поднять в воздух диван с дамой высокого происхождения, которая прямо сейчас готовилась произвести на свет свое чадо. Никто из них не дал бы гарантии, что даже пустой диван можно будет плавно и без рывков перенести по воздуху в соседнюю комнату. Маги нашего мира были слабы на заклинания, требующие тонкости, аккуратности и скрупулезности. Они с легкостью могли испепелить врага, но почти никто из них не смог бы вдеть нитку в иголку с помощью своих чар.

Диван медленно двинулся в сторону заблаговременно открытой двери в кабинет графа Доронина. Гости предусмотрительно расступились. В гостиной повисла тишина, прерываемая только стонами Анны Петровны и успокаивающим голосом Елены Михайловны, которая неотступно следовала за парящим в воздухе предметом мебели.

— Приляг на подушки, милочка. Твой супруг уже звонит доктору, — ободряющим голосом проговорила она, глядя на бледную Анну Петровну.

— Дьявол! — Гостиную вдруг огласил возглас Андрея Филипповича. — Этот оболтус умудрился где-то сломать руку! В самый, черт возьми, неподходящий момент! Я знал, что не стоит доверять этому пройдохе! — Граф гневно завращал глазами и совершенно вышел из себя. Толку от него сейчас не было никакого.

Все присутствующие растерянно, а кто-то даже и с некоторой неприязнью смотрели на разбушевавшегося Андрея Филипповича. А князь Зубов тут же полез в карман за телефоном. В этот момент я понял, что медлить больше нельзя.

— Елена Михайловна, Петр Филиппович, — обратился я к хозяевам особняка, при этом не отводя ни на миг взгляда от медленно плывущего по гостиной дивана, — если вы позволите, то я могу позвонить доктору Боткину. Он все еще у меня в особняке, и я более чем уверен, что он не откажет моей просьбе. Моему водителю уже лучше, и он мигом домчит господина доктора до вашего особняка. К тому же тут совсем недалеко.

Вы бы видели радость, облегчение и даже мольбу, которые тут же отразились на лице хозяйки вечера.

— Звоните же скорее, ваше сиятельство, — нетерпеливо и с огромной благодарностью в голосе протараторила Елена Михайловна. Ее муж согласно кивнул, полностью поддерживая эмоциональный порыв соей супруги.

После этих слов я с удовлетворением заметил, как князь Зубов убрал телефон обратно в карман. Я подождал, пока диван медленно проскользнет сквозь дверь кабинета и приземлится посередине довольно свободного пространства возле стены, а потом быстро набрал доктора. В течение короткого минутного разговора я объяснил суть дела, а после передал хозяевам распоряжения своего собеседника насчет пациентки:

— В течение пяти минут доктор будет здесь. Все необходимое при нем. Его акушерка прибудет примерно через четверть часа. До ее приезда потребуется помощь вашей служанки, Елена Михайловна. Она должна полностью убрать волосы под головной прибор, и тщательно вымыть руки.

После этого я огласил дополнительные требования доктора, касающиеся различных деталей обстановки в кабинете и необходимых подручных средств, а в конце добавил:

— Если все пройдет хорошо, то машина скорой помощи из клиники доктора Боткина будет дожидаться у особняка. Анну Петровну перевезут в родильное отделение и окажут всю необходимую помощь и сопровождение. Поскольку мной на всякий случай было выкуплено для собственных нужд место в клинике доктора, а других свободных нет, то прошу вас воспользоваться им. Пусть это будет моим маленьким подарком в честь будущего рождения вашего ребенка. — Последние слова были обращены к бледному от едва сдерживаемого гнева Андрею Филипповичу.

Тот молча поклонился, порывисто отошел в дальний угол гостиной и плюхнулся на диван. Дерганными движениями граф достал золотой портсигар, вытащил из него сигарету и нервно закурил. Генерал-губернатор все это время задумчиво смотрел на своего адъютанта. При этом лицо его было нахмурено, а глаза время от времени метали молнии.

Его реакция была вполне закономерной, и я отчетливо понимал, почему князь Зубов так себя ведет. Но всему свое время. Пробьет час и всем нам станет доподлинно известно, какие скелеты скрываются в многочисленных шкафах уважаемого генерал-губернатора приграничных земель.

Тем временем собравшиеся молча наблюдали за происходящим и, по правде говоря, не совсем понимали, что им делать в такой неловкой и щекотливой ситуации: оставаться ли, или же откланяться и уехать. И, судя по всему, в не меньшем замешательстве находились и гостеприимные хозяева сегодняшнего вечера. Ведь в соседней зале уже вовсю накрывали стол для торжественного ужина.

Ко мне подошел Петр Филиппович Доронин и извиняющимся голосом произнес:

— Покорнейше прошу у вас прощения, милостивый князь, что вечер пошел не так, как вы, наверняка, ожидали. И благодарю вас за оказанную нашей семье неоценимую помощь. К сожалению, как вы сами видите, ужин придется отменить, а вечер закончить. Я даже представить себе не могу, что кто-то захочет сесть за стол в то время, как в соседней комнате моя невестка готовится произвести на свет своего первенца. К тому же роды начались раньше назначенного срока и это тревожное обстоятельство лишает меня и мою супругу малейшей возможности исполнять роль гостеприимных хозяев. Все наши мысли сейчас только с Анной Петровной.

— Я отлично вас понимаю, граф. — В моем голосе прозвучало искреннее участие. — Однако, прошу вас позволить мне остаться еще ненадолго. Поскольку доктор Боткин едет сюда по моей просьбе, то я чувствую на себе определенную моральную ответственность за его работу. Как только я услышу, что у него все под контролем и нет никаких причин для беспокойства за жизнь и здоровье вашей невестки, я сразу же удалюсь.

— Благодарю вас, князь. — Петр Филиппович слегка склонил голову. — Ваше присутствие делает честь моему дому. Вы можете оставаться здесь, сколько сочтете нужным и сколько позволят правила приличия. А сейчас прошу меня простить, мне нужно объявить гостям о завершении вечера.

И старший граф Доронин направился к закрытым дверям в свой кабинет. Именно к ним сейчас были прикованы взгляды и уши почти всех собравшихся. Изнутри доносился суетливый голос Елены Михайловны и редкие, но при этом весьма громкие стоны бедной Анны Петровны.

— Господа, — громким голосом заговорил граф, —