Крепостные мастера. Роман - Наиль Акчурин

Светлане сразу захотела познакомиться поближе с добродушным чудаком:

– Иван Иванович, возьмите меня к себе в группу. Я буду хорошей ученицей.

Конструктор плотно сжал губы, посмотрел на чертеж, прикрепленный на кульмане, раздумывая над насущной задачей, потом стал часто моргать, будто и не слыша, вопроса. Затем выпятил вперед нижнюю губу, повернулся, посмотрел из-под густых бровей на Светлану и ответил:

– Светка, ты девчонка красивая, конечно, только не в моем вкусе. Я тощих не люблю.

– Так если надо, то я поправлюсь, Иван Иванович.

Иван Иванович, вновь возвращаясь из кратковременного творческого полета, направив карандаш к небу, лишь добавил:

– Вот с этого и надо начинать свой жизненный путь.

– Это почему же так категорично?

– Прости, – развел руками Иван Иванович: – Но я по жизни однолюб…

Так он всегда и говорил «прости», когда она обращалась к нему с вопросами. Пока, в конце концов, ей не надоело приставать к положительному отцу семейства, которого с истинного пути не могли сбить никакие соблазны.

Так они несколько лет жили и работали бок о бок, не обращая друг на друга особого внимания. Им не было дела друг до друга и от такого безразличия никому не было ни тепло, ни холодно.

Ну почему и зачем на ее пути стала эта непреодолимая скала? – думала Светлана. Эта глыба льда, этот дремлющий вулкан, который своим ровным, спокойным дыханием, напоминает об огромной энергии и силе, находящейся внутри него.

Светлане не давали покоя эти мысли Она не могла найти на диване удобную позу, не лежала, а мучилась. Нужно было сбросить этот истощающий здоровье груз, отвлечься, Светлана потянулась и взяла в руки любимый журнал мод. Полистала, как газету «Правда», но утешения не нашла. Выкройки и те напоминали чертежи. Она отбросила журнал в сторону. Вспомнила о сумочке. Принесла ее из прихожей, открыла и достала диктофон. Красивый, словно игрушка, он всегда радовал своим изяществом. Его просто приятно было держать в руках, а нажимать кнопки и приводить в движение магнитную ленту, получая чистый звук, настоящий восторг. Светлана перемотала ленту и включила звук:

– Есть… Только мы клали на них большой с прибором серп и молот!!!

Неудачный момент. Светлана выключила диктофон. Она и не собиралась эти записи озвучивать кому бы то ни было. Просто хотелось получить удовольствие от мысли, что больше такой вещи ни у кого нет. Но почему-то сейчас этого удовольствия не получила.

Взглянула в окно, за которым светило солнце. Светлый весенний день был полон жизни и радужных надежд. Слышался детский восторженный крик и смех. На косогоре два маленьких велосипедиста, пытались покорить, возможно, первую для себя вершину. Глядя на них, Светлана почувствовала, что просто сидеть в четырех стенах своей квартиры уже больше не может. Человек действия, к которому удача и везение приходят во время поиска, не должен сдаваться. Значит, нужно было идти и творить.

***

Глава 5

Рога для машины

В девять часов утра оперативное совещание в кабинете у начальника отделения научно-исследовательского института началось с сенсационного сообщения. Два сотрудника отделения, два ведущих специалиста с обширной научной тематикой Ярыгин и Усков собираются на три летних месяца покинуть институт, и на весьма выгодных условиях отправиться в экспедицию, и не куда-нибудь, а в пустыню ловить змей.

Такую информацию начальнику отделения в полушутливой форме, поглядывая в сторону своих коллег, подкинул начальник отдела электроники Потайчук Александр Андреевич. Сегодня ему как никогда нужно было отвлечь внимание начальства от насущных дел своего отдела. Честно говоря, с планом в отделе обстояло неважнецки. И дабы сгладить независящие от него шероховатости, Александр Андреевич нередко прибегал к подобного рода хитростям, превращая ответственное совещание в «клуб по интересам».

Два начальника отделов, девять начальников секторов, сидевшие в мягких кожаных диванах напротив начальника отделения повернули, головы и внимательно посмотрели на своего молодого коллегу, чьи подчиненные собирались в пустыню. Он лишь недавно защитил ученую степень и соответственно получил высокую должность начальника отдела нестандартного оборудования. Ему как новичку в обществе старожилов кабинетных баталий досталось место у самой двери.

– Как же так, Николай Валерьевич? – начальник отделения Василий Степанович Балашов, высокий, степенный, скуластый, поднял очки на лоб, удивленно округлил глаза и пристально оглядел подчиненных.

Николай Валерьевич бледный, засаленный кандидат наук, от неожиданности сжался в кресле. В своем дальнем углу, под лучами только что, будто на заказ, заглянувшего в комнату солнца, он оказался словно танцовщица на подиуме, впервые выступающая перед жадной до зрелищ публикой. Из-под толстых линз очков его голубые нервные глаза ловили каждое движение начальника. А руки непроизвольно стали теребить лацканы пиджака. Василий Степанович выпятил вперед нижнюю губу, неодобрительно потряс головой, отчего очки со лба съехали и упали на кончик носа. Он еще несколько минут задумчиво сидел, собираясь с мыслями, и, наконец, выдавил:

– Так у нас весь институт поедет змей ловить.

– Да, надо сказать, условия хорошие. Сто процентов зарплаты сохраняется, плюс каждая голова змеи сто рублей. А в пустыне змей о-го-го…, – Александр Андреевич условия изложил экспромтом, дабы развить тему. Проверять-то все равно никто не будет, а начальник отделения через пять минут обо всем забудет.

На некоторое время в кабинете воцарилось молчание. Смеяться или плакать? Пахать – пахали, картофель убирали, птичники строили, вот змей еще не ловили. В свете решения продовольственной программы все вполне правдоподобно.

Вероятность поездки специалистов в пустыню ни у кого не вызывала сомнений. Ярыгин и Усков работали в одном секторе, ведущими инженерами. Золотых рук мастера: в свободное от работы время ремонтировали автомобили. В тоже время имели написанные статьи, утвержденные НИИ авиационного приборостроения авторские свидетельства и заявки на изобретения. Правда, последние заявки явно противоречили ученой этике, и несколько смазывали общее солидное впечатление об авторах.

Дабы, пополнить копилку плановых ежемесячных заявок отделения на авторские изобретения Витя Ярыгин предложил легкой промышленности выпускать, по предложенным им эскизам, носки-перчатки в количестве не менее 1 миллиона штук. Прилагался также расчет годовой экономической эффективности, которая по самым скромным подсчетам должна была составить 500 тысяч рублей. При этом окупаемость затрат два месяца. В графе преимущества перед аналогами было написано: 1. Продукция гигиенична, утрачивается необходимость в закупке импортных лекарств, от грибковых заболеваний ног. 2. После первого этапа носки (либо по усмотрению владельца) предлагается напалечники носков отрезать, что позволит увеличить срок носки носков в два, а то и в три раза.

Усков предложил медицинской промышленности изготавливать универсальное кресло-лавку, позволяющее процедуру очистки кишечника, то есть клизму, проводить десяти пациентам одновременно. Расчетный экономический эффект при запуске в серию 5 тысяч экземпляров составлял 10 тысяч рублей, окупаемость 12 месяцев. Цель изобретения: сокращение времени процедуры, и организация рабочего времени медперсонала.

Начальник отделения вызвал одного, затем другого шутника, пожурил и заявки оставил себе на память…

– Да.

Василий Степанович неодобрительно сжал губы.

– Николай Валерьевич, выясните, все, что касается отъезда, и проведите беседу, – на слове «беседу» он сделал ударение на последнем слоге. И после некоторого раздумья добавил: – А то мы так без специалистов останемся.

После того, как Александр Григорьевич Кридин услышал данную информацию, лицо его невообразимо вытянулось, отчего заметно поглупело. Он очень внимательно слушал Анатолия Андреевича, тщательно перерабатывал данную информацию, и прикидывал, какая же может быть производительность, то есть, сколько змей можно поймать за день? Кридин еще даже не представлял себе, насколько это сложно, но цифра 100 первой высветилась в голове. После того, как он в уме перемножил 100х100, цифра вознаграждения, для советского инженера получилась не реальная. При таком раскладе можно всю жизнь змей ловить. Никто бы тогда не работал. Поэтому, чтобы приблизиться к реальности пришлось один нолик в уме убрать. Тысяча рублей в день… – Александр Григорьевич задохнулся, как от недостатка воздуха. А еще реальнее: одну змею – до обеда, другую после – если уж совсем будет жарко. Двести рублей в день, шесть тысяч в месяц плюс сто пятьдесят рублей средне сдельной зарплаты. За три месяца без малого девятнадцать тысяч рублей заработка. Александр Григорьевич посмотрел на своего начальника отдела – блатного алкоголика, который, опаздывая на совещание, втиснулся и сел рядом с ним. «Да пропади ты здесь пропадом», – подумал Кридин и поморщился от сшибающего в нос винного перегара. У него учащенно билось сердце от внезапно появившихся перспектив. Вот это цифра… Конечно, надо отдать долги. В первую очередь тестю с тещей… Хотя все, что они давали – давали в первую очередь своей дочери и на безбедное существование бабушки. Доброй и отзывчивой, но не в меру любопытной и всегда с особым мнением – бабы Яги… Поэтому хрен вам. И всем остальным… Купить… Что купить? Тут не только на новую машину и кооперативную квартиру. Здесь и на мебель, и на дачу хватит сполна…