Эль и Карамель (СИ) - Анастасия Константиновна Дока

качая головой, что-то бубнил, а затем махнул в сторону Карамелиной. И в сторону Кристины, когда заметил её буквально в паре шагов от себя.

— Привет, — неловко улыбнулась Кристина.

— Что нужно? — в лоб спросил Эль.

Ася обернулась. Радости на её лице не было.

— А я тут… — замялась девушка, — вам блинчики принесла. Извиниться хочу. За вчерашнее. Не обратила я внимание на кристалл, схватила, не подумав. Простите. Я честно всё-всё исправлю. Хотите… — воодушевлённо развела руки, едва не задев сумочкой Эля, — прямо сейчас что-нибудь сделаю? Прибраться могу, поговорить с кем надо. Ещё что-нибудь. Вы только скажите! Я… правда очень виновата и хочу загладить вину.

Бывшие переглянулись. Злость друг на друга подутихла. Эмоции сконцентрировались на гостье. Кристина испуганно прижала сумочку к груди, ощутив ещё теплые блинчики. Облизнулась. Она-то позавтракать из-за примерки-перемерки так и не успела.

— Хорошо, немного подумав, — сказала Ася. — Пойдёшь со мной.

— Да ей нельзя доверять! — всполошился Эль. — От неё одни проблемы!

— А ты, как истинный мужик, не прощаешь ошибки?

— Я, как истинный мужик, знаю, что такое обязательства!

— Да ладно?

— Карамелина, хватит.

— А кто обещал съездить со мной к зубному и не поехал?

— Так у меня ж экзамен был.

Ася посерела:

— Но ты же обещал! Так что не строй умника. Кристина идёт со мной. Да?

Та отчаянно закивала.

— Спасибо за шанс! Я не подведу!

Эль промолчал. Ася с Кристиной удалялись. Караулить двух девушек ему не хотелось. Но что поделать? Не оставит же он взрывоопасных леди наедине? Обратился пустельгой и полетел следом.

— А из-за чего вы поругались? — спросила Кристина, чтобы не идти в тишине.

Эль подлетел поближе.

— О-о-о! — протянула Ася, вытаскивая леденец. — С ним невозможно не ругаться. Я тебе сейчас расскажу. — И с удовольствием пустилась в объяснения. Конечно, с её слов Эль выходил монстром. Только Эль знал: бывшая любит приукрашивать. Впрочем, не меньше, чем он.

— Он не хочет, чтобы я искала убийцу бабушки! — возмущалась Ася. — Опасно, слишком серьёзно для такой, как я. А я какая? Несерьёзная? Безответственная? Наивная? Он, между прочим, так и сказал, я лишь перечислила его… — скривилась, — комплименты. — А сам-то? Строит из себя невесть кого, а правду рассказал только после смерти бабушки. А раньше почему молчал? Держал обещание? А я теперь в полной… луже? Вот как мне быть? Столько всего свалилось сразу: тайнами, как букашку, прихлопнули, но я же не букашка, я выстою. Но мне тяжело, Кристина, понимаешь? Перед Элем храбрюсь, держусь, язвлю, а сердце, мозг полыхают в пожаре обиды и непонимания. Зачем они со мной так? Неужели я бы не смогла сдержать секрет?! Магия, магия… Всё это странно, непонятно и совершенно неправдоподобно, но смена президента ещё неправдоподобнее. А обещание высоких зарплат? А государственная помощь, способная обеспечить достойную старость? Ты в подобное веришь? Я — нет. Магия звучит с этой точки зрения как-то понятнее и проще, что ли. В общем, я Эля убеждаю, что не могу сидеть на месте и буду расследовать, а он мне про мои незнания в области волшебства и в целом. А кто виноват? Я? Вот именно, что нет! Так что его претензии ко мне считаю необоснованными. Я имею право поступать так, как считаю нужным. А Эль… непонимающее чудовище. Он хотел заставить меня остаться дома! Не дождётся!

Кристина молчала. Ася хрустела. А что тут сказать? Асе явно требовалось выговориться. Она выговорилась и теперь дышала свободнее. Один леденец сменился другим.

«Ненавижу леденцы», — выдохнул Эль. Он был зол. Как же Карамелина не понимает: он о ней, дурёхе, беспокоится! Крылья шумно рассекали воздух. Слишком шумно. Пришлось взлететь повыше.

Девушки тем временем начали обсуждать совсем неинтересные темы — платья. Ася оценила яркий наряд Кристины. Та улыбнулась. В пустой болтовне и беспрерывном полёте вверх-вниз дошли до больницы. Здесь же располагалось отделение экстренной помощи и морг. Всё рядом. В соседней части здания.

«Удобно», — мрачно подумал Эль.

Ася подумала о том же.

Никакой охраны в «костюме» из мускулов, хотя Карамелина такого ожидала: всё-таки единственная больница-скорая-морг в городе. Лишь старичок малого роста, напоминающий сморщенную горошину: такой же круглый с блестящей, будто отполированной головой, лысой и слегка приплющенной. Вопросов тот не задавал. Взгляд оставался прикованным к экрану мобильного, где вместе с рябью бродили менты из одноимённого старого сериала.

Пришедшие не стали акцентировать на себе внимание и проследовали дальше, благо, все названия, а также имена красовались на дверных табличках. Пустельга Эль без проблем влетел в открытое окно, правда, со стороны туалета и теперь ждал девушек, сидя рядом с засыхающим бонсаем. Видимо, в белых стенах умирали не только люди, но и растения. И мухи. О чём ярко свидетельствовала облепленная чёрными тельцами лента, висящая прямо в воздухе, чуть ниже потолка.

«Магия», — догадался Эль. Забеспокоился.

Ася уверенной звёздной походкой, сшибающей многих парней универа, прошла мимо деревца, не приметив птичку, и вызвала тем самым праведный гнев в мужском сердце: «Ну, как можно быть такой невнимательной? Откуда в больнице пустельга? О чём она только думает? Непутёвая!» Кристина, похоже, тоже мало, о чём думала. Каблуки цокали, поспевая за Асей.

Бывшая остановилась у двери с грозным именем «Доктор Буянов Фёдор Буянович» и постучалась. Эль приготовился. «Грозный» вышел. В съехавших на кончик носа очках читался пьяный вопрос: «Где моя бутылка?»

— Разговор есть, — заявила Ася, втолкав доктора обратно. Эль проскочить в щёлку не успел. Пришлось искать обходные пути. И быстро. Бывшая с пьяницами была крайне неприветлива. Уж он-то это прекрасно знал. Пришёл однажды после встречи с друзьями — они тогда отдыхали здесь, в Чарограде, у её бабушки. Только прилёг, чтобы развидеть самолёты, выделывающие головокружительные пируэты, как был встречен ледяной водой.

Карамелина потрудилась взять бабушкину лейку и, словно, цветочек, полить сверху: и на Эля, и на одежду, и на одеяло. А затем, когда он, очумев от такой заботы, вскочил чуть более трезвый, вставила ему наушники с попсой. Та громко орала, пытаясь петь, а голова Эля раскалывалась, пытаясь выжить. Нет. Ася и пьяный — это прямая