Эль и Карамель (СИ) - Анастасия Константиновна Дока

Эль считал также, но Кристине доверять после такого не мог и всячески убеждал Карамелину передумать о совместной работе.

— Я дам ей шанс, Эль. Всё, тема закрыта. Давайте лучше решим, как быть с телом.

— Я слежу за тобой, — хмуро сообщил Эль Кристине и перевёл взгляд на Раису Павловну. — А как быть? Ясно как.

Сначали давали показания — лгали, ведь о магии в Чарограде знали лишь избранные. К тому же Эль никому не доверял. Затем навели чуть-чуть порядок в кабинете и наконец разошлись. С Кристиной. Она поспешила к сестре, оборвавшей мобильник, а Эль принялся настойчиво убеждать Асю в необходимости быть рядом и «под рядом» подразумевался не дом на другой улице, а нахождение в одном помещении.

— Не волнуйся, Карамелина, я лягу на кухне, — ответил он на её недовольно-смущённый взгляд.

Уставшая Ася для приличия поворчала, но немного, и согласилась.

— Постелешь сам. Бельё возьмёшь в шкафу в право…

— Я помню где, — вогнал в краску.

— Отлично. Спокойной ночи. — Вышла из комнаты и сразу вернулась. — И… спасибо. Ты вроде как… перенёс мой вечный сон в гробу на неопределённое время.

— Юмор — это хорошо, Карамелина, — улыбнулся бывший. — Не за что. Иди отдыхай. И не бойся смерти. Я рядом. Охраняю твой сон. — Хотел добавить, что ради неё хоть сотню убийц положит, но не стал, ограничился простым «спокойной ночи».

И ей, и ему являлись кошмары. В пижаме. С фламинго. Ася во сне даже вскрикнула, и чутко спавший Эль пришёл её успокоить. Дождался, когда она успокоится и остался: прилёг с края, но сначала «закрыл» дом волшебством против всяких там жаждущих крови. На всякий случай.

Ася открыла глаза первой и собралась возмутиться наглостью бывшего, но передумала. Приходилось признать: рядом с ним сны были спокойнее, она чувствовала себя уютнее. Ощущала защиту. А положа руку на сердце, Карамелина и сама хотела попросить Эля остаться с ней, но не решилась. Теперь, наблюдая за мирно посапывающим парнем, радовалась тому, что у него решимости хватило. И храбрости.

Спать с Асей в одной кровати было чревато травмами: то руку закинет, то ногу. А в одну из первых ночей, проведённых вместе, Ася, махая всеми конечностями на манер перевёрнутой жужелицы, умудрилась украсить лицо Эля парочкой здоровенных синяков.

Ася улыбнулась болезненному, но такому родному воспоминанию и подтянула одеяло повыше — Элю нравилось укрываться по самый подбородок.

Утреннее солнце прогнало страхи вчерашнего вечера, сбавило яркость новой трагедии.

«Вторая старушка отошла в мир иной, — вздохнула Карамелина, ставя сковородку. — Ужас какой…»

Пока румянились гренки, щедро посыпанные корицей с сахаром, она переоделась. Пока вскипал чайник, накрутила бигуди.

Эль, одетый привычно в одни лишь трусы, зевая прошёл на кухню, когда завтрак уже был готов, а Карамелина ждала в позе крайнего нетерпения.

— Кошмар! Эль, оденься! — прикрыла лицо руками, изобразив смущение.

— Да ладно, Карамелина. Ты что меня в трусах не видела? Я же «в», а не «без». Хорошо-хорошо, не будем ругаться. — Через минуту вернулся в футболке и джинсах.

— Сколько можно спать? — поинтересовалась Ася, накладывая гренки. — Я уже тысячу дел переделала, а ты дрыхнешь.

— Тысячу — это завтрак и бигуди? — уточнил бывший.

— Не придирайся, — налила чай.

— Я восстанавливал силы после применения магии, если тебя это интересует.

Вопросительно подняла бровь.

— Да-да, Карамелина. А ты, что думала? Прочитать заклинание — это так, ерунда какая-то?

Она не ответила.

— Ты не знакома с волшебством и ничего не знаешь. Но поверь, обращаться с магией совсем непросто.

— Не сомневаюсь.

— Зря ёрничаешь.

— Зря не ешь гренки.

— Боюсь несварения.

В глазах Аси вспыхнул испепеляющий огонь.

— Я не то хотел сказать! — отодвинулся от стола.

Бывшая вскочила, зависнув над ним скалой:

— А что ты хотел сказать?!

— Карамелина, успокойся. Говорю же, ты не смыслишь в магии, а любое превращение ухудшает пищеварение.

— Стихами заговорил? — ухмыльнулась, скрестила руки на груди.

— С тобой ещё не так заговоришь, — выдохнул. — Я тут подумал, если тебя как следует подготовить, любого мага, убийцу, маньяка, самого отъявленного психа одолеешь. Магия и твой взгляд сотворят чудо.

Села обратно:

— Ладно, умаслил. Так что ты говорил про желудок?

— То, что магия — штука своеобразная и действует на организм не всегда положительно. Точнее, почти всегда причиняет дискомфорт. И уж так сложилось, чаще всего она затрагивает пищеварительный тракт. У любого спроси: если ты поел мучного, даже немного перед тем, как принять иной облик — ожидай неприятностей. А если ты поел между превращениями, то вообще караул.

— Правда?

— Честное пионерское.

— Ты не был пионером.

— А в честное волшебное поверишь?

— Нет.

— Ась, я не вру. Ты готовишь замечательно, я говорил об этом не раз и могу повторить. Дело не в тебе, дело…

— В своеобразной магии, — закончила Ася. — Допустим, хотя звучит коряво. Но, может, тогда по-быстрому котлет? У бабушки в морозилке остались.

— Можно. И яичницу.

Карамелина достала яйца.

— И помидоры туда с лучком и сыром.

— Да помню я… — хмыкнула Ася, — поесть ты любишь.

Пока готовился новый завтрак, обсудили планы. Эль пояснил, что собирается стать птицей и послушать чужие разговоры. Вторая смерть за столь короткий промежуток времени неминуемо вызовет тревогу, должна вызвать. Ведь несмотря на возраст соседок, обе скончались при странных обстоятельствах. Одна от газа в исправной плите, другая во время полёта. Бред? Совершеннейший.

Эль напомнил, что на эмоциях люди часто сдают свои тайны, а в том, что тайны есть, он не сомневался. Вчерашняя вспышка тоже должна была привлечь внимание — пропустить взрыв, а по-другому без знаний тот звук истолковать никак нельзя — горожане не могли. И столп ярко-алого цвета, наверняка, заметили. А, значит, у любопытных и просто зрячих возникли вопросы. И их немало.

— Вопросы не дают ответов, — заметила Ася.