Разгром Виктора Суворова - Кейстут Закорецкий

Вот, оказывается, в чём разгадка грандиозного разгрома: «многие из тогдашних руководящих работников Наркомата обороны и Генштаба» оказались дураками. Военная теория была на уровне времени, но она существовала сама по себе, а высшие руководители Красной Армии канонизировали опыт Первой мировой войны и готовились вести войну по старым рецептам и сценариям».

И далее в «Разгроме» предлагается ответить на вопрос: кто такие «они», подразумевая под «ними», конечно же, конкретных ведущих специалистов Генштаба и НКО. Но дальнейшее перечисление их профессиональных военных качеств и должностных обязанностей подводит к выводу, что держаться за методы Первой мировой войны «они» вообще-то не должны были. И Жуков не должен был держаться, будучи «главным планировщиком». Но он вину на себя вроде бы не взял.

С одной стороны, обоснование как бы верное. Но есть два момента.

Вообще, вчитываясь в подобный анализ, не совсем понятно, читал ли Суворов мемуары Жукова целиком? Или только выборочно и по диагонали? Лично я сразу сознаюсь, что всю книгу маршала я осилить не смог «за один присест». «Приседал» я к ней периодически и по разным отрывкам. Но сюжет по теме «мозга армии» мне запомнился. Но не тот, что приводится в «Разгроме». По тому же, который у Суворова, можно заметить, что (во-первых) он не доведен до конца. Если продолжить, то получится следующее:

«… Однако на деле они готовились вести войну по старой схеме, ошибочно считая, что большая война начнется, как и прежде, с приграничных сражений, а затем уже только вступят в дело главные силы противника. Но война, вопреки ожиданиям, началась сразу с наступательных действий всех сухопутных и воздушных сил гитлеровской Германии.

Надо признать также, что определенную долю ответственности за недостатки в подготовке вооруженных сил к началу военных действий несут нарком обороны и ответственные работники Наркомата обороны. Как бывший начальник Генерального штаба и ближайший помощник наркома, не могу снять с себя вины за эти недостатки и я». (Изд. 2002 г. Т. 1. С. 317–318.)

То есть Жуков какую-то часть вины за собой все же признал. И можно поспорить, какой она была (или могла быть) количественно и качественно. И могла ли она потянуть на «срок» в местах не очень отдаленных. И перевесили бы ее ордена «Победы» и Звезды Героя за последующие действия маршала? Но сам Жуков не относит свои «ошибки» под рассмотрение трибунала. Дескать, не только он «ошибался». И вообще, он выполнял приказы. Чьи? Вот об этом в мемуарах и есть конкретное объяснение. А под «старой схемой» он предлагает рассматривать лишь какой-то «старый метод» начала войны «с раскачкой». И намекает, что такая идея отрабатывалась не столько Генштабом, но в первую очередь политическим руководством страны. Откуда получается, что советский Генштаб не был «главным» по военному планированию. Это и есть «второй момент».

Причем на него может намекнуть и фраза « большинство командного состава оперативно-стратегического звена, в том числе и руководство Генерального штаба ». То есть в СССР, кроме Генштаба, существовали еще какие-то «отцы-командиры» оперативно-стратегического звена. А примечание к октябрю 1940 г. в 1-м томе «1941» намекает, что к ним относился и товарищ Сталин, который что-то там указывал Генштабу. Указывать Генштабу может только должностное лицо руководства страны с еще большими полномочиями оперативно-стратегического уровня, чем у ГШ.

Так что понимали что-то в теории войны и в стратегическом военном планировании генералы Ватутин, Маландин и Василевский (кстати, который выпал из обсуждения в этой главе «Разгрома») или не понимали, в СССР еще выше существовали стратегические начальники, от которых зависел Генштаб. Поэтому есть претензия к термину «мозг армии» как его характеристики. С одной стороны, сам Жуков вроде бы согласен с таким сравнением. В 9-й главе его мемуаров написано:

«К сожалению, приходится отметить, что И.В. Сталин накануне и в начале войны недооценивал роль и значение Генштаба.

Между тем Генеральный штаб, по образному выражения Б.М. Шапошникова, – это «мозг армии»… Однако И.В. Сталин очень мало интересовался деятельностью Генштаба. Ни мои предшественники, ни я не имели случая с исчерпывающей полнотой доложить И.В. Сталину о состоянии обороны страны, о наших военных возможностях и о возможностях нашего потенциального врага. И.В. Сталин лишь изредка и кратко выслушивал наркома или начальника Генерального штаба.

Не скрою, нам тогда казалось, что в делах войны, обороны И.В. Сталин знает не меньше, а больше нас, разбирается глубже и видит дальше. Когда же пришлось столкнуться с трудностями войны, мы поняли, что наше мнение по поводу чрезвычайной осведомленности и полководческих качеств И.В. Сталина было ошибочным». (Изд. 2002 г. Т. 1. С. 229).

Когда в «Разгроме» обсуждение дошло до слова «они», то лично я подумал, что дальше речь пойдет именно о Сталине, Молотове, Берии и др. членах Политбюро ЦК ВКП(б), а вовсе не о подчиненных Жукова по Генштабу и о его коллегах по НКО. Эта моя мысль базировалась на другом фрагменте из книги маршала – из 4-й главы «Командование полком и бригадой». Там есть два абзаца с упоминанием «мозга армии»:

« В ходе реформы были реорганизованы центральный и местный аппараты военного управления. Новый штаб РККА во главе с М.В. Фрунзе (помощники – М.Н. Тухачевский и Б.М. Шапошников) становился действительно мозгом Красной Армии . Управление упростилось, повысилась оперативность и ответственность в работе.

…

В конце 20-х годов вышел в свет серьезный труд Б.М. Шапошникова «Мозг армии», в котором был проанализирован большой исторический материал, всесторонне обрисована роль Генерального штаба, разработаны некоторые важные положения по военной стратегии».

Но так это было в первом издании (доп. тираж 1972 г., с. 80 и 96). В дальнейшем в первый абзац из цитируемых было внесено принципиальное изменение:

«Были реорганизованы центральный и местный аппараты военного управления. Новый штаб РККА во главе с М.В. Фрунзе (помощники – М.Н. Тухачевский и Б.М. Шапошников) становился основным организующим центром Красной Армии ». (Изд. 2002 г. Т. 1. С. 85.)

А после второго абзаца из цитируемых появился еще один:

«Дело прошлое, но и тогда, и сейчас считаю, что название книги «Мозг армии» применительно к Красной Армии неверно. «Мозгом» Красной Армии с первых дней ее существования являлся ЦК ВКП(б), поскольку ни одно решение крупного военного вопроса не принималось без участия Центрального Комитета. Название это скорее подходит к старой царской армии, где «мозгом» действительно был Генеральный штаб». (Изд. 2002 г. Т. 1. С. 100–101.)