Полночное венчание - Софи Уэстон

Впрочем, он себе в этом не признался. Весь вечер он провел под маской холодной учтивости.

— Вы хоть изредка бываете вежливы с людьми? — поинтересовалась Холли, когда он холодно отбрил одного слишком назойливого издателя. — Он ведь просто делает свою работу.

Джек передернул плечами:

— Неважно.

— А я думала, вы верите в братство всех людей на Земле, — ядовито сказала она.

— Может быть. Но если женщине доверить камеру, мир встанет с ног на голову…

— Какой женщине?

Джек пожалел, что не сдержался.

— Одна женщина-фотограф. Работает у него… она все это и организовала.

— И вам она неприятна тем, что она женщина? — Холли покачала головой. — Ваши предрассудки меня удивляют.

— Как женщина она мне нравится. А вот ее идеи — нет.

Холли усмехнулась.

— Значит, женщинам вообще не полагается мыслить? Вам кто-нибудь говорил, что вы — ископаемое?

— Из-за того, что я не согласен превращаться в законодателя моды? — рявкнул Джек.

— Так вам предлагали позировать для журнала мод? — изумленно спросила Холли.

— Да. У меня же другие цели в жизни. Я стараюсь исправлять последствия вреда, наносимого природе, — наконец сказал Джек. — А эти рауты и встречи — цена, которую я плачу за то, чтобы получить нужные средства.

— Извините, я не подумала… — Она взяла его за руку, стараясь изобразить жест примирения. Не получилось. Джек нахмурился. Поэтому Холли быстро выдернула руку, с блеском в глазах и очень неубедительным веселым смехом. — Почему вы так мрачны?

— Я не мрачен.

— Нет, мрачны, и даже слишком. — Она отпила глоток вина, засмеялась, глядя на него через стекло бокала.

— Вы всегда так себя ведете? — раздраженно спросил он.

Тут Холли рассмеялась уже вполне искренне.

— Стараюсь.

— В таком случае меня очень удивляет, что ваша семья хочет, чтобы вы жили вместе.

Как только эти слова сорвались у него с языка, он пожалел о них. Даже раньше, чем с ее маленького личика вдруг сползла улыбка.

— Мне не следовало так говорить. Теперь моя очередь просить прощения.

— Не стоит беспокоиться.

Весь остаток вечера она провела в подавленной задумчивости. Когда они вернулись в отель, она не пошла с Джеком и Рамоном в бар, а, односложно пожелав спокойной ночи, удалилась к себе.

— Черт, — пробормотал Джек сквозь зубы.

Рамон заказал пару бренди, и они сели за столик под розовой лампой-ракушкой. Бар был наполовину заполнен посетителями. Рамон сразу перешел к делу:

— Что ты собираешься с ней делать?

— А что я могу? Самый лучший выход для нее — выйти за меня замуж.

Рамон мудро придержал свое мнение при себе.

— Она просто никак не поймет сама, нужна ей моя помощь или нет, — раздраженно сказал Джек.

— А какого рода помощь ты ей можешь предложить? — спросил практичный Рамон. — Если уж женитьба не годится.

Джек сердито пожал плечами.

— Я еще не думал. Наверное, работу. Найти ей место, где она сможет спокойно жить и заниматься делом. Я еще не очень хорошо понимаю, как…

— Смотри, — вдруг перебил его Рамон. — Вон она.

Холли пробиралась между столиков, лицо ее было белым как полотно. Джек вскочил.

— Что случилось?

— Бренден, — срывающимся голосом сказала она, подойдя к ним. — Он был здесь. Здесь!

Она протянула Джеку листок бумаги. Ее рука так сильно дрожала, что листок трепетал, словно на ветру. Джек взял бумажку и сунул ее в карман, потом обнял Холли за плечи и быстро обвел глазами весь зал.

— Я его не вижу.

— Он вернется, — пролепетала Холли. Казалось, она вот-вот упадет.

Джек подтолкнул ее к выходу.

— Надо выбираться. Идем, Рамон.

Они вошли в ее номер. Джек усадил Холли в кресло и мельком просмотрел смятую записку. Бренден действительно предупреждал, что еще вернется, но с представителями закона.

Джек сел, обеспокоенно глядя на Холли.

— Здесь Франция. Он очень скоро убедится, что не может просто так увезти человека вашего возраста против воли.

Ее рука, лежавшая на столике, дрожала так, что браслет стучал по его поверхности. Джек накрыл ее своей ладонью.

— Вы ведь взрослый, самостоятельный человек. Вы можете с ним сладить, — сказал он с неожиданной мягкостью.

Рамон поддакнул:

— Действительно.

Холли сглотнула:

— Я не могу.

— Мы будем с вами.

— Вы не понимаете. Я не могу.

Джек решил не тратить время на споры.

— Тогда я найму вам адвоката…

— Я пробовала. — Губы Холли дрожали. — Единственный реальный способ вырваться от этой семьи — выйти замуж. Все остальное… — Ее голос задрожал. — Дело может пролежать в суде бог знает сколько месяцев, а в это время у него будет право…

— Почему вы так его боитесь? — мягко спросил Джек. — Вы ведь никого больше не боитесь.

Они оба смотрели на нее, словно на подопытного кролика. А она не могла даже возмутиться! Холли закрыла глаза.

— Он спаивает меня.

Повисла тишина. Даже с закрытыми глазами Холли словно увидела, что оба мужчины переглянулись.

— В таком случае вам надо выйти замуж за того, кто не будет вас спаивать, вот и все. И перестать убегать.

Холли раскрыла глаза. Дрожь оставила ее.

— Вы хотите сказать — за вас?

— Все в порядке, — мягко сказал Джек. — Вы не должны делать ничего против своей воли.

Скажи «нет»! Скажи «нет»!

— Да, — сказала Холли.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

После этого все пошло легко и быстро. До безумия легко и быстро, по мнению Холли. Невозможно на самом деле так легко и просто сбросить с плеч всю прежнюю жизнь, словно перевернуть страницу. Она даже сказала об этом Джеку, когда они ехали в поезде, пересекая Ла-Манш.

Джек только пожал плечами:

— А чего вы ждали?

— Но брак… — недоверчиво протянула она. — Мне казалось, здесь должно быть больше… сложностей.

Джек рассмеялся и подался к ней. На миг Холли показалось, что сейчас он к ней прикоснется. Она затаила дыхание, не зная, хочется ей этого или нет…

— Перестаньте жеманиться и скажите, какое вы хотите кольцо.

— Я не жеманюсь, — возмутилась Холли. — Я всего лишь… — Наконец до нее дошел смысл его фразы. — Кольцо? Какое кольцо?

— Если вы поедете на Сахарный остров без кольца, никто не поверит, что мы обручены, — сказал Джек.

Сахарный остров был местом, где им предстояло пожениться.

В Лондоне Джек потащил ее в волшебную пещеру с драгоценностями. Холли была слишком занята блеском различных минералов, выставленных в витрине, чтобы обращать внимание на кольцо. В конце концов Джек нетерпеливо указал на крупный бриллиант и ядовито сказал: