Полночное венчание - Софи Уэстон

— Нет, это не из-за самолета. Может быть, из-за вашей прически. Здесь, на Сахарном острове, взрослые женщины не носят косы. — Он одобрительно посмотрел на ее завитые локоны. — Так-то лучше.

Холли расправила плечи и смело зашагала к машине.

Берег выглядел так, словно праздник уже начался.

В песок были воткнуты огромные факелы. Их пламя бросало по сторонам загадочные светотени, в которые вплетался дым. Кто-то устанавливал навес. Еще кто-то наигрывал на саксофоне ночные блюзовые мелодии.

И кругом были люди. Масса людей! Мужчины в униформе, мужчины в костюмах, некоторые даже при галстуках. Мужчины в футболках и джинсах или даже в широких холщовых штанах, похожие на средневековых пиратов. Женщины, одетые совершенно по-разному: от блестящих вечерних платьев до деловых костюмов. Все сияло и пестрело разными цветами, включая кожу гостей — от темно-коричневой до молочно-белой.

Холли наблюдала все это как будто со стороны. Она вглядывалась в эту толпу, пока не заболели глаза.

Не могу поверить, что я это делаю… Я еще пожалею…

Джек, разумеется, уже был здесь. Холли хорошо была видна его высокая фигура в огнях факелов. Вокруг него была толпа народа, но Холли увидела его сразу, как только Протей помог ей выйти из машины.

Он стоял, словно идол на каком-то языческом празднестве. Может быть, секрет был в его спокойствии. Может быть — в том, как он вдруг обернулся и перехватил ее взгляд. Во всей этой шумной, волнующейся, пестрой толпе он один был спокоен и почти недвижим, словно скала в бурном море.

Об эту скалу я легко могу разбиться насмерть.

Холли сглотнула и сделала несколько осторожных шагов по песку.

— Готовы? — спросила Паола Винсент, разглаживая складки на платье Холли.

На замерзшей Холли была шаль, но это явно оскорбляло вкус Паолы Винсент, и она решительно содрала ее с плеч невесты. Холли поежилась от ночного ветерка, коснувшегося ее обнаженной кожи. Ее плечи накрыли длинные волосы, прогоняя холод… а потом ее словно коснулись его глаза.

О боже, эти глаза, темные, блестящие, настойчивые, непроницаемые. На миг Холли захотелось снова закутаться в шаль, спрятаться от этого взгляда. Ее губы пересохли, а сердце забилось часто и сильно.

Джек не опускал глаз. Сказал что-то стоящему рядом мужчине, и тот отошел, взяв в руки какую-то книгу. Похоже, он распоряжался организацией церемонии.

Ну вот, сейчас это случится, подумала Холли. Случится на самом деле.

Далеко-далеко, где-то за тысячи миль, саксофон заиграл что-то сладостное и серьезное. Веселая шумная толпа гостей притихла. Ее сандалии на плоской подошве бесшумно ступали по песку. Толпа расступилась и снова сомкнулась за ней.

Легкий бриз играл ее волосами. Одна прядь упала на губы. Холли попыталась отбросить ее, но безуспешно. Она чувствовала, что Джек смотрит на нее. Ее легкое свадебное платье колыхалось. Джек видел и это. И отчего-то в голову ей ударила мысль: он хочет коснуться меня.

Ей было холодно, страшно и одиноко. И в то же время ощущение самого большого приключения за всю жизнь не оставляло ее. И подбадривало.

Она подошла к Джеку. Какой же он высокий! Высокий, широкоплечий и такой теплый в этой темноте! Никогда прежде она не чувствовала себя такой открытой перед мужчиной. Он не дотронулся до нее, даже не взял за руку. И все же его взгляд ласкал ее нежнее, чем самые нежные прикосновения.

Голос Джека, когда он заговорил, звучал спокойно и просто.

— Фрэнсис, ты уже знаком с Холли, я полагаю.

— Конечно. — Мужчина в черном пасторском костюме с белым воротничком дружелюбно, хотя и несколько удивленно, улыбнулся ей. — Вы готовы принести свадебные обеты?

Вот как это бывает. Так просто, что не успеваешь ничего понять. И когда Джек надел на ее холодную руку обручальное кольцо, все началось.

Она словно со стороны слышала, как Холли Энн вручает свою жизнь Джеку Чарлзу, которого впервые увидела всего неделю назад. Он поцеловал ее ледяную щеку.

Озорной бриз снова растрепал ее волосы и бросил их Джеку в лицо. Джек слегка повернул голову, чтобы отвести их, и его губы скользнули по ее губам.

На миг Холли перестала дышать. Даже сердце остановило свой барабанный бой.

Джек отстранился. Ей почудился вопрос в его взгляде? Или это была всего лишь игра света и тени?

Саксофон открыто торжествовал. Люди хлопали Джека по плечам, трясли ему руку, смеялись и дружелюбно поддразнивали. Он обнял Холли за талию, как бы привлекая и ее к своему празднику. Но было видно, что никто толком не знает, что ей сказать. И все явно с облегчением отошли, когда объявили начало танцев.

Джек с непонятным выражением смотрел на нее.

— Устала?

— Да. — Это была чистая правда. Но, может быть, он принял это как ее желание остаться с ним наедине? Холли запаниковала. — Нет. То есть немного устала, но могу… Тебе не надо…

Он ничего не ответил на это.

— Хочешь потанцевать на собственной свадьбе?

— Потанцевать?

Он слегка усмехнулся.

— Думаю, для того сюда и пригласили музыкантов.

Он обнял ее за талию и привлек к себе. Холи бросило в жар.

— Наверное, свадьба не совсем такая, какую ты ожидала? — суховато сказал он. — Ты недовольна?

— Я не особенно задумывалась о том, какой должна быть свадьба, — честно призналась Холли.

Они оба замолчали, двигаясь в такт музыке.

— У тебя здесь много друзей, — сказала она, чтобы поддержать разговор.

— Да. Даже больше, чем я думал. Может быть, не следовало устраивать свадьбу здесь, — задумчиво сказал он.

— А я думаю — это замечательно, что столько людей желают тебе счастья. Даже если все это не по-настоящему… то есть я хотела сказать, немного не так, как обычно…

— Ты хочешь сказать, даже если это не настоящий брак, — с внезапной резкостью поправил ее Джек.

— Ну… да. — Холли смутилась. — Но ведь они этого не знают. Они желают тебе счастья. Это-то и замечательно. Я думаю, ты должен всегда помнить и ценить это.

Его голос звучал насмешливо:

— Да, вот именно. Помнить холодными, долгими, одинокими ночами.

Холли поморщилась.

— Не надо.

Он привлек ее к себе. Это, конечно, было не страстью. И не желанием поиграть на публику. Это был гнев.

— Знаешь, я никогда не думал, что первую брачную ночь проведу в ожидании одиночества.

Холли еще ни разу не приходилось видеть сдержанного Джека Армора таким разъяренным.

Со стороны это выглядело, наверное, как будто жених нашептывает невесте нежные слова. Только она, стоя к нему вплотную, знала, что это не так. Ее дрожь усилилась.