Волшебная ночь в Риме - Элли Даркинс

До тех пор, пока не встретил Лили и не смог не думать о ней. Теперь настал момент, когда он должен принять решение. Он поведет себя нечестно по отношению к Лили, если сначала оттолкнет ее, а потом переменит мнение. Если он собирается воспользоваться этим неожиданным шансом, ему необходимо признаться в этом ей.

– Итак, – начал он, когда они вышли из парка, – есть какие-то планы насчет обеда?

На ее лице мгновенно промелькнуло замешательство.

– В холодильнике есть кое-какие остатки. Хочу состряпать что-нибудь простое. А может быть, заказать что-нибудь на дом?

Когда она наконец взглянула на него, Ник прочитал в ее глазах неуверенность и мысленно отругал себя за неудобства, которые, вероятно, доставил ей в последние несколько дней. Он отлично знал, каким вспыльчивым и одновременно холодным может быть. Ему хотелось протянуть руку и ласково разгладить морщинки озабоченности на ее лице. Однако вместо этого ободряюще улыбнулся, призывая ее рискнуть пригласить его на ужин.

– Мы могли бы заказать что-нибудь вместе, – предложила Лили наконец.

– С удовольствием, – тут же радостно согласился Ник.

Взяв еще кусок пиццы, Ник обратился с вопросом, который не давал ему покоя с тех пор, как они вышли из больницы:

– А твоя сестра поделилась своими планами насчет Рози?

– Еще слишком рано говорить об этом. Не думаю, что она пока в состоянии принимать серьезные решения. Но…

– Но?..

– Она хочет, чтобы я постоянно заботилась о малышке. Если я не захочу или не смогу, не представляю, что тогда произойдет. Думаю, ее отправят в приют.

– И как ты к этому относишься?

– К тому, что Рози отправят в приют? – Она поборола приступ паники и отвращения, напоминая себе, как социальные работники убеждали ее в том, что изо всех сил стараются не разлучать детей с семьями. И Рози заберут в приют лишь в крайнем случае. – На самом деле при одной мысли об этом мне становится тяжело дышать.

Ник пристально посмотрел на нее, и она опустила глаза под этим испытующим взглядом. Казалось, будто он видит ее насквозь.

– Наверняка найдется много патронатных семей, которые с удовольствием приняли бы опеку над ней. И много пар, которые захотели бы удочерить. По телевизору часто рассказывают всякие ужасы о приемных семьях, но в жизни всякое случается. Думаю, Рози найдет любящую семью, если вы с Хелен решите, что так для нее лучше.

Лили покачала головой, несколько мгновений не в силах вымолвить ни слова. Наконец, глубоко вздохнув, медленно заговорила:

– Но ей необходимо жить в своей семье. Я должна заботиться о ней.

– Почему-то мне кажется, что в этой истории есть какая-то тайна.

– Что ты имеешь в виду? Я просто хочу заботиться о своей семье.

– Ты не можешь одна взваливать на себя всю ответственность.

Ник снова говорил медленно и осторожно, Лили чувствовала в его словах скрытый подтекст. Он считал, что она ведет себя неразумно, ее надо отвлекать, как пьяного человека, который вот-вот все разнесет на своем пути. Что ж, если он продолжит в том же духе…

– Иногда человеку полезно признать, что ему нужна помощь.

– Спасибо тебе огромное, но мне не нужна помощь, чтобы заботиться о племяннице. Очень жаль, если ты хотел услышать от меня другое и надеялся, что однажды я проснусь, абсолютно свободная от этого ребенка. Я пока не планировала иметь детей, но теперь ответственна за нее и ни за что не отдам чужим людям.

Ник поднял ладони вверх и выпрямился на стуле, на его лице отразилось неподдельное удивление.

– Эй! Остынь, Лили. Я вовсе не это имел в виду. При этом не собираюсь лгать и говорить, что с Рози будет легко. Однако у меня и в мыслях не было предложить тебе отказаться от нее. Я бы такого не хотел.

– В таком случае чего же ты хочешь? Я признаю, что сейчас изо всех сил стараюсь удержаться на плаву. Когда мы последний раз разговаривали, ты ясно дал понять, что я для тебя не более чем квартирантка, к тому же не совсем желанная. А теперь все вдруг резко изменилось, и вот уже мы прогуливаемся по парку и вместе обедаем. Почему?

Лили не собиралась нападать на него, но он с самого начала развеял романтические и эротические фантазии, а теперь все неожиданно странно переменилось. Раньше она сдерживалась, стараясь загнать чувства в дальние уголки души, и у нее это вполне неплохо получалось. Они оба взрослые люди. И если у него к ней возникли чувства, пусть ведет себя по-мужски и открыто скажет о них.

– Видишь ли, я не могу заставить себя не хотеть этого, хотя и пытался, Лили. Пытался за нас обоих. Однако я не тот, кто тебе нужен. Я старался держаться в стороне, полагая, что так будет лучше для нас, повторюсь, я не тот человек, с которым ты должна связать жизнь. Но что-то толкает нас навстречу друг другу, и я не знаю, сколько еще смогу сопротивляться этой силе.

Что ж, довольно откровенно.

Лили замерла, не донеся кусок пиццы до рта. Конечно, она надеялась на его искренность и честность, но никак не ожидала, что он будет настолько откровенен. Неограниченная власть его слов притягивала и одновременно отталкивала ее. Он ведь всего лишь сказал, что не уверен, готов ли к отношениям, поскольку серьезно рисковал ее и своими чувствами. Лили сомневалась, что вообще хочет вступать в эту игру. Хорошо ли он все обдумал?

– Я не уверена, Ник. У меня едва хватает времени и сил думать о чем-то, кроме следующего кормления и смены подгузников. Вопрос в том, смогу ли вообще помыслить об отношениях. И, надеюсь, ты понимаешь, что мы с Рози неотделимы друг от друга, правильно? Я не знаю, что произойдет с Хелен в будущем. Буду ли я заботиться о Рози всю следующую неделю, месяц или оставшуюся жизнь. Здесь нет никаких гарантий. – Она медленно и глубоко вздохнула. – Прости, но сейчас я не в состоянии думать об отношениях. Если ты захочешь остаться друзьями, я с радостью.

Он окинул ее долгим, пристальным взглядом и тоже вздохнул:

– Конечно. Ты права. Остаться друзьями тоже неплохо. Я согласен.

– Это именно то, чего я хочу. – Лили осторожно улыбнулась ему, чувствуя, что понемногу успокаивается.

– Представь себе, какая это большая честь для меня. Кстати, а как насчет того, чтобы перестать анализировать наши отношения и просто сменить тему? Если мы собираемся дружить, разговор за бокалом вина и вкусной пиццей вполне поможет лучше узнать друг друга.

– Согласна. Итак, Доминик Джонсон, чтобы хорошенько узнать друг друга, расскажите мне для начала что-нибудь, чего я еще не знаю о вас. Давайте для разнообразия поговорим о чем-нибудь вполне обыденном.

В ожидании ответа она откусила кусок пиццы, пытаясь расслабиться. Однако сейчас ее больше всего на свете интересовали не его рассказы, а он сам. Его запах, близость и то, как ему удалось разрушить все защитные барьеры, которые она пыталась построить между ними.