Волшебная ночь в Риме - Элли Даркинс

– Все не так, Хелен. Ты можешь вернуться домой в любое время. Этот дом не только мой, но и твой. И я знаю, что мы обе желаем Рози только добра.

– Рози?

Лили резко умолкла. Она не хотела называть девочку по имени, понимая, что взяла на себя слишком много, придумав имя вместо матери. Но больше некому было это сделать.

– Если тебе не нравится…

– Нет, это чудесное имя. Мне нравится. – Хелен постепенно успокаивалась. – Значит, я оказалась права. Именно ты сможешь позаботиться о ней, Лили. Я понимаю, что поступила неправильно, бросив ее и сбежав, но не ошиблась. Я не смогу растить ее.

Лили глубоко вздохнула, ощущая тончайший лед под ногами и понимая, что один неверный шаг навсегда разрушит ее отношения с сестрой и лишит Рози.

– Ты еще не совсем здорова, – мягко увещевала она. – Не стоит вот так сразу принимать серьезные решения. У нас еще будет много времени, чтобы все обсудить.

Хелен кивнула, на ее лице появилось умиротворенное выражение впервые с того момента, как Лили увидела ее.

– Я хочу быть частью ее жизни и твоей тоже, если ты меня примешь. Но я не передумаю. Ты – лучшая мать для Рози. А я не готова стать матерью, Лили. И возможно, никогда не буду готова. И решения своего не изменю.

Лили сжала ее руку, не зная, что сказать.

– И возможно, однажды я захочу вернуться домой, но не сейчас, Лили. Я не смогу этого сделать, пока не почувствую себя по-настоящему хорошо, а для этого потребуется некоторое время.

– Я могла бы…

– Я знаю, ты готова на все для нас, Лили. Но ты и так уже много делаешь. Мне будет лучше в одиночестве, поскольку просто необходима свобода.

Свобода? Сколько же еще ей понадобится этой свободы? Все эти годы у нее была неограниченная свобода, и вот чем все закончилось. Она оказалась там, где невозможно жить с собственным ребенком, о котором она даже не в состоянии позаботиться.

– Ты сделаешь это? Ты позаботишься о Рози?

У Лили на это существовал только один ответ:

– Конечно позабочусь. Знаешь, она сейчас здесь. Если хочешь, можешь взглянуть на нее.

На мгновение лицо Хелен исказилось от боли.

– Я думала, что готова, но нет, я не могу, Лили. Мне будет слишком больно увидеть ее. Ну так что ты скажешь? Я говорю не о нескольких неделях или месяцах, Лили. Я должна знать, что она будет в безопасности навсегда. А я смогу сосредоточиться на том, чтобы преодолеть свои проблемы без лишнего давления. Я знаю, это звучит эгоистично.

Вовсе нет. Возможно, это самое самоотверженное заявление, которое приходилось слышать Лили. Потому что на лице Хелен она видела неподдельную тоску и любовь. Она оставила Рози не потому, что та была для нее обузой или слишком много кричала. Она сделала это потому, что искренне любила дочь. Она разбила свое сердце, чтобы дать ребенку лучшее начало в жизни, и как можно осуждать ее за этот поступок?

– Здесь нет ничего эгоистичного. Конечно, я позабочусь о Рози. – Ее голос звучал глухо, когда она произнесла эти слова. – Я люблю ее, Хелен. Не беспокойся. Я все сделаю ради нее.

Услышав эти слова, Хелен немного расслабилась, и Лили почувствовала, что сейчас ей необходимо побыть одной.

Она стиснула руку сестры:

– Я приду снова, когда ты будешь готова. А теперь отдыхай.

– Спасибо, сестра. – Хелен постепенно погружалась в забытье. – Я всегда знала, что из тебя выйдет замечательная мама.

Выйдя в коридор, Лили прислонилась лбом к стене и несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя, прежде чем вернуться к Рози, не желая, чтобы малышка почувствовала ее огорчение.

Обернувшись, она увидела, что девочка лежит не в своей переносной кроватке, а на коленях у Ника, а тот кормит ее из бутылочки. Лили не смогла сдержать улыбку. Разговаривая с сестрой, она совсем забыла, что Ник остался с Рози. Забыла ужас на его лице, когда попросила присмотреть за Рози, хотя и понимала, что не следовало этого делать. Однако, взглянув на него, не заметила ни страха, ни паники. Вместо этого она ощутила нечто совершенно новое, и это ощущение вселяло надежду.

Глядя, как он держит малышку, Лили пыталась понять, что это значит. После того, как он рассказал душераздирающую историю о смерти сына, казалось, они выяснили все, раз и навсегда закрыли тему о собственных чувствах и совместном будущем. И вот теперь все оказывается совсем наоборот.

– Спасибо, что помог. – Она уселась рядом с ним. – Я могу взять ее, если хочешь.

– Она прелестна. Пусть допьет свое молоко.

Судя по его словам, он чувствовал себя вполне комфортно, хотя поза и движения свидетельствовали об обратном. Ник сидел неестественно прямо, плечи и руки были сильно напряжены, но Рози на его коленях чувствовала себя прекрасно и при этом не сводила с него пристального взгляда больших голубых глаз, сосредоточенно поглощая молоко.

«Как жаль, что я не могу вот так же смотреть на него, – подумала Лили, – не пряча свои чувства, не отводя взгляда, когда он смотрит на меня». Насколько простой, должно быть, Рози казалась жизнь, малышка и не представляла, какое влияние оказало ее рождение на всю семью.

– Как все прошло? – спросил наконец Ник.

Лили глубоко вздохнула:

– На самом деле я не знаю, что сказать, мне просто не с чем сравнивать. Но, думаю, неплохо.

– Это хорошо.

– Хорошо, что она желает измениться. Правда, мне предпочтительней, чтобы она вернулась домой и позволила заботиться о себе. Я долгие годы на это надеялась.

– Но ты беспокоишься о том, что будет с Рози, если твоя сестра поправится?

Лили кивнула, чувствуя, как к горлу подкатил ком.

– Знаешь, я не могу точно предсказать, что произойдет. – Ник заговорил ласково и неторопливо. – Но мы все желаем Рози только добра.

Лили снова кивнула, пока не в силах говорить.

Сначала она искренне верила в то, что станет заботиться о Рози только до возвращения Хелен. Но теперь не смогла бы спокойно смотреть, как кто-то другой поет малышке колыбельные, утешает ее, когда она плачет. Она немного ревновала девочку даже к Нику, который кормил ее из бутылочки.

– Словом, ты возвращаешься домой?

– Я думала немного прогуляться по парку, пока светит солнце. Думаю, нам с Рози не помешает свежий воздух. Ох уж этот больничный запах.

– Я составлю вам компанию, если не возражаешь.

Глава 6

Прогуливаясь по парку в компании Лили и Рози, Ник не мог отделаться от ощущения, что стал частью чьей-то жизни. Для окружающих они выглядели как обычная семья. Любящие муж и жена, неспешно прогуливающиеся со своим ребенком, разговаривая, строя планы на будущее. Когда-то он действительно так жил, и эта жизнь оставила в его душе такую глубокую рану, что он поклялся никогда больше не создавать семью.