Знак неравенства - Наталия Терентьева

Лора взяла его под руку, оглянувшись на полицейского, который внимательно поглядывал на разошедшеюся Дениса.

— Все утрясется, поберегите себя.

— Да действительно! Черт с ней! Ч-черт… — Денис споткнулся и, если бы не твердая рука Лоры, упал бы на горячую булыжную мостовую, сложенную из крупных камней неправильной формы. Он перевел дух и почувствовал, как душная волна поднимается откуда-то снизу, распирая грудину, пережимая шею и сводя скулы. Он помотал головой и несколько раз с силой выдохнул: — Да че-о-рт с ней! — Денис сплюнул горьковатую густую слюну.

Лора сдержанно кивнула:

— У вас есть фотография?

Денис удивленно взглянул на нее покрасневшими от напряжения глазами.

— Чья?

— Этой девушки, — терпеливо объяснила Лора.

— А, да, есть, наверное. На работе.

— Гм… А с собой?

— Здесь? Нет, конечно. Зачем? Да я вам ее опишу и адрес дам.

— Вообще-то… Ну хорошо.

— Вы ее не спутаете! Другой такой идиотки просто на свете нет!

— А сколько у нее сейчас месяцев?

— Н-не знаю… пять или шесть, что ли…

— Извините… Денис… это, конечно, не имеет отношения к технической стороне нашего… гм… вопроса… — Лора сняла с его плеча кусочек высохшего панциря моллюска. — А вы девушку свою любили? Раньше, пока…

— Любил ли я… Да разве нормальный человек может любить женщину, которая… ну, в общем, что называется, на все согласна… Безвольная ленивая похотливая овца…

— Понятно. Вы не возражаете… — Лора смешно чихнула, издав вдруг тоненький звук на одной ноте. — Ох, извините. Аллергия… на местный целебный воздух… — Она достала большой носовой платок и высморкалась. — Вы не возражаете, — она взяла его под руку, — если мы… уточним сейчас координаты нашей девушки и… пока прервемся. Мне, как я понимаю, необходимо вылететь завтра. Возвращаемся потихоньку к моей машине? Я подвезу вас поближе к гостинице, вам не надо быть дольше на такой жаре.

Денис пробормотал, постукивая себя по намокающим от жары под тонкими шортами бедрам:

— Па-па-тихоньку… Па-па-поближе… П-паранойя! Влип, ид-диот… — Он пнул ногой огромный цветок, оторвавшийся под собственной тяжестью от развесистого куста с ярко-малиновыми соцветиями, и все-таки не удержал равновесия, неловко упал ничком на темные, пахнущие пылью, кисловатыми водорослями и еще чем-то, похожим на запах старой собаки, камни.

«Не ищи меня среди камней…» — совершенно некстати проплыли в голове чьи-то странные, томительные строчки. Денис прижался щекой к горячему шершавому булыжнику и тихо, судорожно заплакал.

Глава 3

После неожиданных майских заморозков наконец наступила весна. Алена вышла на улицу ближе к вечеру, заметив на часах — без пятнадцати семь. Надо погулять хотя бы до половины девятого, тогда плюс к утренней прогулке до музыкальной школы будет три часа. Только после этого можно звонить Кире, иначе та обязательно начнет рассказывать, сколько гуляла она, когда носила Алену в животе…

Как странно… Почему Денис никогда не гуляет с ней? И не гулял раньше, даже когда был отчаянно влюблен, в первые годы их встреч. Он всегда куда-то спешит, что-то хочет успеть… И похоже, ничего не успевает. Он так хочет написать диссертацию. Он надеется, что она многое изменит в ботанике… И никак не может сосредоточиться. Никак не может вырваться из замкнутого круга: работа, опять работа, дочка, которую он очень любит, несмотря на то что у нее другой отец, и Алена, без которой прожить невозможно, но и жить с которой Денис не спешит. Хоть он и расстался с женой, уже два года назад, но никогда не предлагал Алене переехать к нему. «Врет! Значит, все врет!» — говорит Кира. А Алене кажется, что ему надо побыть одному, чтобы никто не командовал: «шагом марш на зарядку!», как командовала его жена и как все детство командовала мама. Алена командовать не будет, но Денис этого просто не знает. Он убежден, что все женщины, даже самые лучшие, хотят властвовать над ним.

Это было года четыре назад. Денис еще жил тогда в одной квартире с Оксаной. Смеясь, он не раз рассказывал Алене, что они с женой уже давно удивляются, встретив друг друга утром в коридоре возле ванной. И однажды он вдруг сказал Алене:

— Мне очень сложно принять такое решение, но я хочу, чтобы ты была со мной всегда.

Алена замерла и только вопросительно посмотрела на него — правильно ли она его поняла.

— Мне жалко Маргошу, но настоящая жена мне ты, понимаешь?

— Ты мне делаешь предложение, Денис? — спросила Алена, не уверенная, что надо это вот так прямо спрашивать.

— Да, то есть… Ну да. Надо оформить развод… Это непросто… Но я обещаю тебе — слышишь?

И как-то разговор этот замялся. Но теперь Алена знала — у Дениса самые твердые намерения. Она так и сказала матери. Кира тогда только вздохнула, прижала к себе дочку и покачала головой.

— Ну, дай бог… Жаль, конечно, что так все… Надеюсь, не ты — причина их развода?

— Он говорит, что это еще до меня началось, они слишком разные люди…

Занятая своими мыслями, Алена не заметила, как впереди появилась очень старая женщина, согнутая почти пополам, так, что не было видно лица. Наверное, она вышла из-за деревьев, на которых быстро, за два теплых дня стали распускаться первые светло-зеленые листья. Старуха, наклонив голову, шла прямо на Алену. Девушка хотела посторониться, а старуха вдруг быстро приблизилась, неожиданно подняла руку и стала тянуться к ней, как будто хотела дотронуться до ее лица. Алена чуть отступила, но та, не поднимая головы, негромко попросила:

— Деточка, наклонись поближе!.. Не могу говорить громко…

Алена, глядя, как зачарованная, на длинные рукава вязаной кофты, из-под которой виднелась цветастая блуза, наклоняться не стала, но все же сделала шаг к старухе. Тогда та схватила ее за руку и яростно сказала, тяжело и смрадно дыша ей в лицо:

— Ты скоро умрешь! Страшной смертью умрешь, в животе смерть свою носишь!

Алена резко стряхнула ее руку и, отпрянув от нее, быстро пошла прочь, стараясь не бежать и не оглядываться, инстинктивно прикрывая живот рукой. Она услышала, как старуха засмеялась и громко запела:

— «И как один умрем в борьбе за это!» — Юродствуя, она стала повторять на разные лады: — В борьбе за это, за это, за это…

Делала она это вполне музыкально, потом забормотала, то ли смеясь, то ли ругаясь. Через некоторое время девушка все-таки обернулась, но старухи уже нигде не было. Алена перевела дух, как будто пытаясь стряхнуть с себя наваждение.

— Господи…

Алена внимательно посмотрела вокруг, чтобы не оказалось, что старуха куда-то спряталась и опять вылезет из-за какого-нибудь куста. Кажется, это какая-то примета — когда встречаешь юродивого… Только примета чего? Алена достала телефон и набрала номер своей лучшей подруги, Наташки. Та, как обычно, наверняка занятая одним из своих троих детей, долго не брала трубку, а потом, запыхавшись, крикнула: