Царская невеста - Виктория Анатольевна Воронина

расчет. Алексей Михайлович тут же объявил о своем твердом желании взять Милославскую в жены, а Морозову только этого и надо было. Илья Милославский, представитель рода выходцев из Польши принадлежал к партии его сторонников, но боярин раньше не рассматривал его двух незамужних дочерей в качестве невест для государя из-за возраста – самая младшая дочь Ильи Милославского Мария была на пять лет старше царя Алексея. Но когда Борис Иванович увидел ее во время недавнего богомолья в Троице-Сергиевой Лавре, то сразу понял – это лучшая кандидатура царицы если не для его царственного воспитанника, то для него точно. Мария Милославская была подобна лицом Евфимии Всеволожской и вполне могла уменьшить тоску Алексея Михайловича по своей высланной любимой избраннице. Семья Милославских во всем зависела от милостей Морозова, и была так бедна, что Мария собирала в лесу грибы и продавала их, пополняя таким образом скудную семейную казну. И еще довод в пользу Марии Милославской на царском троне заключался в ее старшей сестре Анне. Морозов решил жениться на этой девице и таким способом породниться с царем. Отсутствие приданного у младших дочерей бедного дворянина Милославского обернулось для них сказочной удачей – поначалу никто не хотел брать их в жены, но теперь первые лица Русского царства возымели желание вступить с ними в законный брак.

Маша поспешно встала с лавки при появлении Морозова и отвесила ему низкий, до земли поклон. Боярин коротко кивнул ей головой и грузно опустился на лавку возле печи, давая отдых своим ногам. Девушка осталась стоять недвижимой на месте, настороженно ожидая слов всесильного временщика, от которых снова зависела ее судьба. Морозов помолчал немного, затем негромко сказал:

- Вот что, Маша, замуж за великого государя ты не пойдешь!

Маша равнодушно чуть передернула плечом – не очень-то ей хотелось идти замуж за царя. Она всегда смутно ощущала, что Алексей Михайлович не ее судьба, и потому не сожалела, что по воле всесильного Морозова сорвалась ее свадьба с ним.

- Ты это что, не жалеешь, что не стала царицей? – остро взглянул на нее Морозов, ожидавший более бурной реакции с ее стороны в ответ на его слова и града девичьих слез.

- Жалею, Борис Иванович, ох как жалею! – поспешно ответила Маша, стараясь выдавить из себя слезу. А то еще ее равнодушие к молодому царю истолкуют чуть ли не как государственную измену. И спешно добавила: – Но воля ваша, как скажете! Велите в родительский дом вернуться, вернусь!

- Да не волнуйся, без мужа ты не останешься, - сказал, успокаиваясь после ее слов царский наставник. – Великий государь постановил ехать тебе в Касимов невестой для Сеид-хана и тебе надлежит без промедления выполнить государеву волю.

Машино лицо вытянулось от этих слов. Она догадывалась, что не стоит ждать от Морозова радостных вестей для себя, но не думала насколько они будут плохи. Никогда дочь воеводы Плещеева не мечтала стать женой татарина, даже не предполагала, что ее может постигнуть эта незавидная участь. Несмотря на то, что Москва и татары уже около ста лет жили в относительном мире, русские девушки по-прежнему настороженно относились к азиатским женихам и предпочитали своих соплеменников.

- За что мне наказание такое! – сгоряча воскликнула она, уже ничуть не притворяясь. – Почто меня жертвой сделали для басурмана, Борис Иванович, в чем моя вина?!

- Не кричи, девица, ты не на скотном дворе находишься, - поморщился расчетливый боярин, и назидательно поднял указательный палец – Это великая честь для тебя, ибо Сеид-хану обещали руку одной из царевен. Однако наши благочестивые царевны отрешены от всего мирского и земного, их взоры устремлены в сторону небесного. И Алексей Михайлович уравнял тебя со своими сестрами, когда нарек тебя невестой их жениха, возложил на твои плечи великую царскую миссию заключить вечный мир с Касимовым.

- Батюшка и матушка благословили меня на брак с великим государем, о других мужчинах они ничего мне не говорили, - попробовала было отказаться от этой чести Маша.

- Так ты с отцом своим хочешь повидаться, - на губах Морозова мелькнула недобрая усмешка. Он будто заранее предвидел все ее возражения и уже приготовился их всех подавить. – Будет тебе свидание с отцом, иди за мной!

Еще ничего не понимая, девушка поспешила за всесильным боярином, идущим широким размашистым шагом и довел он ее до пыточного застенка – Константиново-Еленинской башни Кремля. Страшные бородачи в стрелецких кафтанах отворили Морозову двери и впустили его с девицей в ту зловещую башню. Сердце Маши замерло, когда ее повели дальше мимо темниц к одной из решеток, за которой она с трудом узнала в оборванном и окровавленном человеке своего отца.

- Тятенька, что с тобой каты сделали, почему ты здесь?!! – в волнении закричала девушка, бросаясь к решетке.

Воевода Плещеев ожил при звуке ее голоса, приблизился к ограждению из железных прутьев, обнял Машу трясущими руками и заплакал.

- Прости меня, доченька! – всхлипывая, произнес он. – Вылезли наружу все мои прегрешения, брал я мзду великую, да еще припомнили мне мою изменческую службу полякам и литовцам. Следователи грозились мне голову отрубить, но намедни дьяк Посольского приказа Назарий Чистой поведал, что могу я жизнь сохранить, коли ты за касимовского царя замуж пойдешь. Так спаси своего батюшку, Машенька, не дай мне сгинуть в этих застенках, как какому-то татю безродному!

Маша бессильно опустилась на пол – сумел-таки боярин Морозов найти способ добиться ее согласия на супружество, которому противилась ее душа. Родного отца нужно было спасать всеми силами. Тяжело ей было смотреть на него жалкого, убитого несчастьем, и девушка покорно повернулась в сторону царского наставника, утратив всякую способность к сопротивлению.

- Ну что, Мария Никифоровна, поедешь в Касимов во исполнение государевой воли? – спросил Морозов, испытующе глядя в ее глаза.

- Поеду, Борис Иванович, только отца моего освободите, - с тяжелым вздохом проговорила Маша.

Морозов махнул рукой тюремщику и тот загремел ключами возле замка, отпуская злополучного воеводу Плещеева на волю.

 

» Глава 8

Спустя два дня обоз из Москвы двинулся в сторону Рязанской земли.

После освобождения отца из Константиново-Еленинского застенка Маша послушно выполняла все распоряжения наставника царя, однако Морозов, опасаясь, что ненароком девица заробеет и откажется к татарам ехать, поспешил снарядить посольство в Касимов во главе с Фомой Поликарповым – не