Царская невеста - Виктория Анатольевна Воронина

государств и земель, восточных и западных и северных, отчич и дедич, и наследник, и Государь, и Обладатель, шлет тебе, Касимовский властитель, богатые дары!

По знаку главы посольства слуги с поклонами представили хану Ильдару золотой обеденный кубок, балтийский янтарь, саблю с драгоценными камнями, заморские специи, шкатулку отборного жемчуга для Фатимы-Султан и главный дар – немецкие механические часы, с завода исправно отсчитывающие время.

Татары дивились на невиданный механизм, даже непримиримая к иноверцам Фатима-Султан благосклонно посмотрела на присланные дары, но Сеид-Бурхан мало обратил на подарки внимания, девушка под фатой интересовала его гораздо больше.

- Что за деву ты мне привел, дьяк Поликарпов? – нетерпеливо спросил он.

- Великий Государь обдумал твою просьбу о супружестве, властитель Ильдар, и послал тебе царскую невесту, каковую ты возьмешь за себя после святого обряда Крещения, - снова с низким поклоном объяснил дьяк, и тут же вызвал своей речью бурю негодования со стороны матери касимовского царя.

- С каких пор Москва указывает благоверным властителям Касимова какой веры им придерживаться!!! – гневно воскликнула Фатима-Султан, и резко оттолкнула от себя шкатулку, наполненную крупным бело-молочным жемчугом, который до того увлеченно рассматривала.

Хан Ильдар, не обращая внимания на ее выходку, с довольной улыбкой произнес, обращаясь к дьяку:

- Теперь, когда государь Алексей Михайлович решил со мной породниться, я буду верным союзником Москвы! - и тут же сделал попытку снять фату с Маши, желая увидеть ее лицо. - Какую царь мне прислал царевну – Ирину Михайловну или Анну Михайловну?

Девушка тут же проворно отступила в сторону, пробормотав:

- Положено снимать фату с русской невесты только после венчания!

А дьяк Фома Поликарпов, снова откашлявшись перед решающим объяснением, степенно сказал:

- Благочестивые царевны Ирина и Анна слишком заняты молитвами, не имеют они намерения на сторону замуж выходить. Но великий государь, дорожа дружбой с Касимовым отдает деву, выбранную им на царских смотринах для самого себя, желая, чтобы не было обиды между нашими царствами – дочь воеводы Никифора Плещеева Марию, и выделяет ей богатое приданое, такое же какое бы он дал родной сестре – в виде золота и новых земель. Вот, список всего, что дает великий государь за Плещеевой, - закончил русский посол, поспешно протягивая касимовскому царю большой свиток.

Однако сладкие речи посла не произвели никакого впечатления на молодого татарина. Он с злостью бросил свиток на пол, и насмешливо проговорил:

- Тебе не удастся одурачить меня, дьяк! Мы хоть не в Москве живем, но наслышаны, как царь Алексей отказался от дочери воеводы Плещеева ради венчания на Милославской. Зачем мне девица, которой пренебрегли ради другой?! Забирай все дары, а также отвергнутую великим государем девицу и возвращайтесь в Москву – я на такой союз, полный обмана, не пойду!

- Нет, ты должен примерно отомстить за это унижение, сын мой! – вскричала Фатима-Султан, радуясь представившейся возможности обострения отношений с Москвой. – Прислать тебе вместо царевны дочь одного из русских мурз не самого знатного рода притом, - оскорбление, которое нужно смыть кровью посла и девицы!

- Достаточно выслать их обоих за пределы моего владения, - поморщившись от столь кровожадного совета, ответил молодой хан матери. – Мне сделали предложение, я от него отказался – не вижу в этом особого для себя унижения. Но отныне никогда больше не пойду на союз с царем Алексеем, думавшего лукавством прельстить и взять меня!

Маша с надеждой посмотрела на дьяка Поликарпова, надеясь, что его находчивый ум подскажет выход из незавидного положения, в которое они вдвоем попали. Но у того был настолько удрученный вид, что девушка поняла – их миссия закончилась полным провалом. Даже богатые дары и завидное царское приданое не помогли умаслить касимовского царя и его мать. Можно было смириться с неудачей и бесславно вернуться в столицу, приняв на себя все последствия горечи царской опалы и наказания от боярина Морозова. Однако если она так поступит, вероятность войны возрастет, вся Рязанская земля заполыхает огнем и страдания ее соплеменников в Касимове станут безграничными. Бесстрашная девушка сделала еще одну попытку преломить ситуацию в свою пользу, осознав великую вероятность столь безотрадного будущего.

- Властитель Ильдар, разве Ислам не данная вам самим Всевышним светлая вера, что призывает к миру и добру? – громко спросила она касимовского царя.

- Почему ты об этом спрашиваешь, девица? – обернувшись, задал встречный вопрос молодой хан.

- Всевышний призывает к миру, но вы в Касимове ничего не делаете ради мира, - ответила девушка. – Какой толк вам молиться, если вы идете против Его воли?! Кем бы мы не были мусульманами или христианами, надо всегда оставаться верными Богу и его заветам. Дружить друг с другом и помогать в добрых делах друг другу!

- Кто ты такая, чтобы рассуждать о нашей вере! – возмутилась Фатима-Султан, и обратилась к сыну: - Ильдар, вели дать ей за дерзость сто плетей!

- Пусть эта невеста от царя Алексея договорит, - решил молодой хан и сел на свое место. – Интересно, что она еще скажет.

И он слегка погладил по макушке своего любимца-гепарда.

- Когда государь Иван Васильевич взял Казань, то стал вести себя с вами, татарами, как если бы видел в вас не врагов, а кровных братьев, - снова заговорила девушка, ободренная терпеливостью касимовского царя. – Дарил вам богатые подарки, наделял поместьями, принимал к себе на службу, ни в чем вас не ущемлял и не обделял. Вы же снова смуту хотите затеять, позабыв мирное прошлое, и тогда прольется много крови, ослабнут наши царства! Великий государь прислал меня в Касимов, чтобы нашим законным супружеством избежать этой беды, и я ни за что не уеду из Касимова, буду ждать, пока Всевышний вразумит тебя, царь Ильдар взять меня в жены!

- Хорошо, оставайся, дочь воеводы Плещеева, - неожиданно легко согласился с нею касимовский властитель, внутренне при этом смеясь над нею. Эта наивная московитка не знала, что для его матери ничего не стоит выжить неугодного ей человека из Касимова и заранее предвкушал забавное зрелище с ее участием. Его разочарование в надежде стать супругом русской царевны растаяло без следа при виде той смелости, какую проявила присланная ему девчушка, и он махнул рукой, отпуская русское посольство, затем обратил внимание на новых просителей.

Маша, все