Царская невеста - Виктория Анатольевна Воронина

Виктория Воронина

Царская невеста (ИЛР, 18+)

Аннотация: Дочь тульского воеводы юную Машу Плещееву молодой царь Алексей Михайлович лично отобрал на смотринах невест среди сотен претенденток на статус русской царицы. Никто, в том числе и девушка, не догадывались, к каким неожиданным последствиям приведет выбор государя.

Сюжет романа основан на реальных событиях, главные персонажи действуют под своими подлинными историческими именами.

» Глава 1

Утром ни свет, ни заря молодой задиристый петух заголосил на всю округу и разбудил всю женскую половину дома воеводы Никифора Плещеева. Маша открыла глаза при первых звуках заливистого кукареканья и тут же быстро вскочила с постели, не желая больше лежать на мягкой перине до рассвета. Нужно было спешить к заутрене и вести за собой младших сестер.

- А ну, лежебоки, вставайте, - принялась она тормошить Дуню и Любашу. Прислужницы проворно засуетились, подгоняемые ее торопливым голосом, но сестрицы не желали по первому требованию старшей отказываться от объятий сладкого сна.

- Маша, ну дай поспать еще немного, - начала просить младшая Любаша, сладко зевая при этом.

- Это окаянный петух сбил всех с толку. Еще темень - глаз выколи, а ему приспичило голосить как ошпаренному, - проворчала средняя Дуня, с досадой вбивая ни в чем не повинную подушку с такой силой, что с нее полетели разноцветные куриные перья. И пригрозила в сердцах: - Коли поймаю, непременно откручу шею паршивцу, и в похлебку его отправлю!!!

- Нечего наговаривать на невинную птицу, Дуня, - строго заметила Маша. Она всегда отличалась ответственностью, а присмотр за младшими сестрами только усилил в ней эту черту характера. – В середине зимы дни самые короткие, а ночи длинные. Петух вовремя закукарекал, и если бы не он, мы проспали утреннюю службу и отведали бы тятенькиной плети!

Упоминание Маши об отце и особливо о его плети оказало нужное воздействие. Девицы подтянулись, мамки-няньки набросили на них плотные сарафаны и теплые телогреи, укутали в пуховые платки, и они еще наполовину сонные и все же уже сосредоточенные вышли на парадное крыльцо, блестевшее от зимнего инея. Розовая заря едва занималась на восточной стороне, но свет все больше охватывал двор усадьбы. Супруга воеводы Варвара Ильинична, одетая в новую соболиную шубу и с высокой жемчужной кикой на голове, с удовлетворением посмотрела на готовых к поездке дочерей и первой села в возок, занимая место по центру. Возле нее, как цыплята подле наседки, обустроились подросшие дочери и младшие сыновья. Едва последний, Васятка, сел на край сиденья, возница зычно гикнул, и кони проворно побежали по накатанной колее дороги, припорошенной снегом.

Возок был ладный, украшенный золочеными шнурами и с бархатными занавесями, рассчитанный на парадный выезд с целью вызвать восхищение зевак. Сильные белые кони играючи довезли его до пятиглавого Храма Благовещения Пресвятой Богородицы, окруженного многочисленной толпой прихожан. Однако несмотря на многолюдность, поезду Плещеевых тут же дали дорогу – в Туле влиятельного царского воеводу побаивались. Варвара Ильинична с детьми вышла из возка возле многоярусной колокольни с шатровым завершением и степенно последовала за супругом, который доехал до церкви верхом со своими холопами, как и полагается военному мужу.

Маша, затаив дыхание, встала возле главного иконостаса по правую руку матери. В ее руке горела зажженная свеча, горячий воск падал на нежную кожу, обжигая ее, но девушка не замечала жжения. На нее строго смотрели скорбные глаза святых и Маша чувствовала себя большой грешницей. И впрямь она была грешна, коли вздумала в Крещение гадать на жениха. Но как можно незамужней девице, которую родители еще ни за кого не сговорили, одолеть искушение узнать свою судьбу?!

Служба дошла до самой торжественной части – Полиелея. В храме зажегся свет, отворились золоченные Царские Врата, мимо них вышло все духовенство в праздничных одеяниях в середину церкви, где с зажженными свечами и дымящим кадилом их встретили пономари. Пение стихов из псалмов сменилось Величанием Господа, затем из-за сильных морозов водоосвящение провели в храме. Река Тулица замерзла настолько, что ее не брал никакой топор, и в церкви поставили большую бадью, в которой освятили воду.

Домой Плещеевы вернулись умиротворенные и тут же принялись за праздничную трапезу, разделенную с дворовыми холопами. Позже к столу присоединились стрельцы и именитые горожане, ищущие покровительства Плещеева. Шум, толкотня все усиливались. Жене и дочерям воеводы не подобало быть на мужском пиру, но у них был свой стол, за которым они угощали знакомых им горожанок. Малышня взобралась на полати и оттуда с любопытством следила за весельем взрослых, уплетая сладкие пирожки.

Маша воспользовалась шумом и многолюдностью в трапезной, и выскользнула из дома в конюшню. Она любила лошадей с детства, в совершенстве изучила их нрав и вкусовые предпочтения всех четвероногих обитателей конюшни. Зная, какому скакуну что нравится, девушка несла им захваченные в кухне лакомства. Ее любимцу Снежку досталось самое лучшее сладкое яблоко.

Поздним вечером, когда все угомонились, наступил желанный и одновременно страшный момент, который старшая дочь воеводы Плещеева ждала весь день. Со страхом в сердце она сняла с себя нательный крестик, взлохматила волосы и в одной рубахе из домотканого холста, проскользнула в нежилую каморку, где летом спала ключница Акулина. Согласно обряду, Маша застелила подстилку из соломы свежей простыней, положила под подушку заговоренный новый гребень из соснового дерева и прошептала:

Суженый мой, ряженый!

Приходи ко мне во сне наряженный.

Себя покажи и меня причеши.

Да будет так.

После чего легла на свою новую постель, стараясь уснуть. Холод поначалу мешал ей сомкнуть глаза, но постепенно усталость взяла свое. Маша сначала задремала, затем полностью провалилась в черную бездну глубокого сна. И приснился ей молодец, статный, высокий, отменный охотник, если судить по тому как ловко он управлялся с луком и стрелами. Он с улыбкой протянул к ней руку, желая дотронуться до нее и провести по ее волосам сосновым гребнем, но тут, в самый животрепещущий момент, изо всех сил закукарекал несносный петух. Маша с досадой проснулась, желая, как и Дуня накануне извести излишне голосистую птицу. Она не успела разглядеть своего суженого как следует, лишь запомнила, что волосы у него черные как вороново крыло.

Девушка задумалась, стараясь понять у кого из знакомых Плещеевым молодых людей имелись иссиня-черные волосы,