Двойная игра - Барбара Босуэл

— Несомненно. И не забудь о тетушке Элле и Рем. Вечер будет очень длинным, — жалобно сказала Холли. — И все они захотят знать, почему ты, Уатт и я до сих пор не обзавелись семьями. Я не удивлюсь, если они составили список тех, кого подобрали в пару для каждого из нас.

— А если мы скажем им, что у нас гомосексуальная направленность? Это охладит их пыл.

— Если не считать того, что маму хватит сердечный удар, а дедушка достанет свой дуэльный пистолет времен Гражданской войны и пристрелит нас на месте.

Корда передернуло.

— С меня хватит. Надо заехать куда-нибудь и выпить. В итоге я уже начинаю думать, что для того, чтобы выжить в тюрьме семьи Уэйев, надо напиваться. Теперь, вернувшись, я вспоминаю, как чувствовал это уже тогда, до отъезда.

— Не вздумай нанести визит на свои старые танцевальные площадки или в бар «Прибрежный», — предупредила его Холли.

— Я так полагаю, старый бар все еще стоит.

Он хотел было широко улыбнуться, но чистый голос Эшлин, с волнением и горечью описывающий жизнь Монро в Уэйзборо, неожиданно зазвучал в его голове. Он не смог улыбнуться.

— И там по-прежнему правят бал Монро. Они почти такие же старожилы в этом городе, как и Уэи, мне кажется. — Холли пожала плечами. — Но я бы рекомендовала тебе не возобновлять отношения с той девушкой по фамилии Монро, с которой ты гулял последнее время перед тем, как навсегда уехал из города.

Корд сдавленно застонал.

— Поосторожней, Холли, ты ужасающе начинаешь походить на маму. Но не волнуйся, эта глава моей жизни закончилась.

— Я давала себе подобную клятву в отношении определенных глав моей жизни, — сказала Холл скептически. — Но каким-то образом они продолжались снова.

— Ну, меня не собьешь. Спустя столько лет я уже не такой безумец.

И он доказал это себе, выбросив из головы мысли о баре «Прибрежный» и о своих прошедших неблагоразумных поступках и искушениях. Он вел себя корректно — и даже обаятельно — по отношению к своим родственникам и увенчал вечер, присоединившись к Уатту для участия в стратегической встрече с сотрудниками, организовавшими его предвыборную кампанию. Тут всплыло имя Этана Торпа.

— Дэн Кларкстон — всего лишь марионетка Торпа, — пренебрежительно заявил менеджер кампании. — Если он победит, то командовать парадом будет Этан Торп, можете на этот счет не заблуждаться.

— Но почему Торп сам не выдвинул свою кандидатуру? — спросил Корд. — Зачем он связывается с таким подставным лицом, как Кларкстон?

— Торпа не устраивают ограничения, которые регламентируют деятельность выборных лиц, — заявил авторитетно Уатт. — Его махинации и секретные сделки станут достоянием гласности и будут обсуждаться прессой. Лучше поддерживать какую-нибудь марионетку, подобную Кларкстону, и руководить игрой из-за кулис.

— Руководить игрой из-за кулис? — повторил Корд. — Это звучит так мелодраматично, почти в духе средневековья. Не переоцениваешь ли ты этого малого? Я думаю, он простой строитель, который осваивает новые территории, а вовсе не привидение. И он дьявол, — добавил он, вспоминая характеристику, данную Холли Этану.

— Если бы он был дьяволом, это как раз бы объяснило, какую черную магию он использовал для того, чтобы районная комиссия позволила ему строить эти кооперативы, — предположил один из сотрудников.

И доля шутки в его словах была небольшая.

Именно смесь озабоченности и любопытства привела Корда на следующий день в возмутительно модерновый офис Этана Торпа на городской площади, бросавший вызов оригинальному провинциальному обаянию Уэйзборо. Если Торп был силой, с которой надо считаться, то Корд шел как раз навстречу этой силе, чтобы посчитаться с ней.

Большую приемную Торпа украшали низкие кожаные диваны и блестящие хромированные столы. На полу лежал грубый ворсистый палас кроваво-красного цвета, а картины на стене казались импровизациями психических больных на тему пятен Роршаха. Корд оглядел приемную критическим взором. Модернистский интерьер выглядел просто ужасно, и он про себя поставил оформителю офиса «двойку».

В глубине приемной была маленькая ниша, где стоял лакированный стол, черный с золотом, безвкусный, как все остальное. Женщина — видимо, секретарша Торпа — набирала текст на компьютере и была настолько погружена в свое занятие, что не услышала, когда Корд вошел в офис. Когда он наклонился над ее столом, она неожиданно взглянула на него и сильно вздрогнула.

— Что вам угодно? — Ее голос прозвучал резко, и в нем слышалась явная паника.

— Так обычно приветствуют посетителей Этана Торпа? — спросил Корд испуганную и широко открывшую глаза Эшлин Монро. — Не стоит удивляться слухам о том, что в вашем боссе есть нечто зловещее.

Эшлин поднялась, сжав руками края стола, словно щит, который мог заслонить ее.

— Вы работаете здесь? — недоверчиво спросил Корд. — На Этана Торпа?

Какое неожиданное развитие событий! Увидеть Эшли снова именно здесь, в этом месте. Разве кто-либо из Монро работал где-нибудь, кроме бара «Прибрежный»?

Эшлин смотрела на него таким пронизывающим взглядом, словно читала его мысли.

— Нет, я здесь не работаю. Я просто ворвалась в офис, связала настоящую секретаршу, и как только все сгребу тут, она снова займет свое место.

— Юмор оценил, — сказал Корд, окидывая ее взглядом. Ее серо-голубое вязаное платье было такое же скромное и простое, как ее вчерашний неинтересный наряд. И тем не менее, это скучное платье облегало ее, повторяя малейшие изгибы ее тела, делая ее изящной и женственной, и даже сексуальной. Корд невольно сделал глотательное движение. — Я пришел сюда, чтобы повидаться с вашим шефом.

Не отводя от него взгляда, Эшлин нажала кнопку внутреннего переговорного устройства.

— Мистер Торп, Корд Уэй хочет повидаться с вами.

— Я занят. — Голос Этана Торпа прозвучал ровно. — Если мистер Уэй хочет увидеть меня, то ему придется очень, очень, очень долго ждать.

— Ну вот, вы слышали, — сказала Эшлин облегченно.

Она откинулась на стул, полностью переключив свое внимание на экран монитора.

— А как долго ждать? — спросил Корд. Эшлин не повернула головы.

— Понятия не имею. Но я никогда не слышала, чтобы он повторил слово «очень» три раза.

— Почему у меня такое ощущение, будто Торп сидит там и играет в оловянные солдатики? Или листает комиксы? Или раскрашивает картинки? Все что угодно, лишь бы не встречаться со мной.

— Если Этан не хочет видеться с вами, то и не станет этого делать.

— Этан? — Корд ухватился за слово. — Вот что это все значит. И вы вовлечены в один из его страстных служебных романов, Эшлин? — Он вздрогнул от отвращения.